— Карл Уве Кнаусгор. Мне кажется, я просто вырубился. Ничего страшного. Я норм.
Я увидел идущую к нам Линду.
— Очнулся? — спросила она.
— Линда, привет. Я в порядке. Что случилось?
— Нет, не приезжайте, — сказал мужик в телефон. — Все в порядке. Пришел в себя, говорит, помощь не нужна.
— Ты, кажется, потерял сознание, — сказала Линда. — Вдруг раз и упал.
— Блин, как некстати, — сказал я. — Простите.
— Не тушуйся, ничего такого, — сказала она. — Это ты мне сказал. Самые лучшие слова, которые мне говорили.
— Помощь не нужна? — спросил мужик.
Я помотал головой, они ушли.
— Ты меня поцеловала, — сказал я, — и меня что-то черное как накроет… А очнулся только сейчас.
Я встал и, пошатываясь, сделал несколько шагов.
— Пожалуй, мне лучше поехать домой. Но ты оставайся, если хочешь.
Она захохотала.
— Мы едем ко мне. Я о тебе позабочусь.
— Как прекрасно звучит: обо мне позаботятся, — сказал я.
Она улыбнулась и вытащила телефон из кармана куртки. Мокрые волосы прилипли у нее ко лбу. Я взглянул на себя. Брюки потемнели от влаги. Провел рукой по волосам.
— Как ни странно, я совершенно трезв. Но дьявольски хочу есть.
— Ты когда ел в последний раз?
— Вчера, по-моему. Утром.
Она только глаза закатила, уже занятая переговорами с такси, продиктовала адрес, и десять минут спустя мы сидели в машине и ехали сквозь дождь и ночь.
Проснувшись, я сперва не понял, где я. Потом увидел Линду и все вспомнил. Я прижался к ней, она открыла глаза, и мы опять занялись любовью, и было так хорошо, так правильно, я чувствовал это каждой клеткой, что вот мы, она и я, и сказал ей об этом.
— Нам с тобой нужно сделать ребенка, — сказал я. — Иначе это будет преступление против природы.
Она засмеялась.
— Я серьезно, — сказал я. — Я совершенно уверен. И никогда раньше у меня такого чувства не было.
Она перестала смеяться и посмотрела на меня:
— Ты серьезно?
— Да, — сказал я. — Нет, если у тебя нет такого чувства, тогда все будет как-то по-другому. Но, по-моему, мы на одной волне. Такое у меня ощущение.
— Неужели это правда? — сказала она. — Ты лежишь в моей постели и говоришь, что хочешь от меня ребенка?
— Да. И ты ведь тоже хочешь?