Преподавательницы удивлённо посмотрели на него. Аксен кивнул и дамы вышли. Обладательница иссиня-чёрных волос посмотрела на Аксена.
— Даже не думай Лизейн! — сухо отозвался Аксен. — Либо разговариваете при мне, либо Кирсанова уходит!
— Ну-ну, Аксен! Зачем так сразу? Я разве что-то сказала? Только посмотрела! Слушай деточка, ты бы не хотела учиться в Капрассе? — спросила она меня.
— Нет, — машинально ответила я.
— Почему? Аксен тебе рассказал, какие мы плохие? — встрял Макарий. — Это ведь не так!
— Мне ничего не говорили.
— Тогда почему? — не отставала Лизейн.
— На меня напал один из ваших студентов в прошлом году. Он не отрицал, что учится в Капрассе. В тот день я чуть жизни не лишилась. Спасибо академику Аксену и профессору Ринате, — выпалила я.
Рината ни один раз говорила, что маги из Капрассы могут читать мысли. Делают они это умело. Вот и сейчас что-то защекотало в голове. Я заблокировала своё сознание, представив сцену нападения неизвестного на Лизейн. Та поморщилась и перестала пытаться прочитать мои мысли.
— Я чувствую в тебе зачатки тьмы Лия. Свет — это не твоё. Тобой должен двигать мрак! Вселять в сердца людей страх, ненависть!
— Можно вселять ужас и страх в сердца людей и магов, и при этом быть светлым магом, — сообщила я. — Не важно, на какой ты стороне, важно, что творится в твоей душе.
Маги замолчали. Похоже, они не думали над этим. Лекции Евгении Андреевны не проходили даром. Она много чего нам рассказывала. Приводила примеры. Рината гоняет нас по проклятиям и сглазам, чтобы мы — и светлые, и тёмные маги — смогли выпутаться из любой ситуации. «Помните! Не бывает безвыходных ситуаций, бывают люди, не желающие его искать!» — говорила профессор Рината.
— Разве тебе не интересно, что мы изучаем? — спросил Макарий.
— Интересно…
Аксен кашлянул.
— … но углубляться в тёмную магию не стоит, — закончила я.
— И почему же? Боишься попасть под власть страшных существ? Где правит тьма? Как же твои прислужники? Ты же не боишься их? — поинтересовался молчавший Варлаам.
Мне внезапно вспомнился урок начертания. Аксен рассказывал о символах, которые лучше не рисовать. Их создавали маги, которым хотелось поработить других, более сильных магов. Они вложили в символы всю свою ненависть, боль и страдания. Теперь эти символы только и ждут, чтобы их начертили. Тогда частичка души каждого из создателей сможет расколоть весь магический мир на несколько частей…
Так я думаю и о тёмной магии, которую изучают студенты Капрассы.
— Нет, прислужников я не боюсь, но и углубляться в тёмную магию, я не хочу.
— А ты хорошенько подумай. Кони Аристарзиса не просто так тебя выбрали. Ты изучаешь тёмную магию, но только азы…
— Макарий, остынь! — попросил Варлаам. — Пойдём Лизейн. Нам ещё нужно в Капрассу заглянуть. Мы вернёмся к этому разговору тёмная магесса Лия.
Маги вышли из кабинета академика Аксена, и тут же мы с Аксеном услышали крики и угрозы. Думаю, Милан не смог остаться равнодушным к нашим гостям. Маги не знают, кто это сделал, но точно знают, что с ним сделают.
— В наше время трудности встречаются на каждом шагу. Не стоит недооценивать молодых начинающих магов. Ведь именно они открывают что-то новое, интересное, познавательное. Более опытные маги, привыкшие к проверенным заклинаниям, боятся экспериментировать. И не, потому что страшно, а потому что лень, — произнёс Аксен. — Я знаю, что это проделки Милана. Просто закрою глаза.
— Про коней они не зря упомянули, — покачала я головой. — Неужели все знают?
— Не все, но многие. Ты не представляешь, что мне пришлось выслушать о тебе.
— Я вроде не светилась, — нахмурилась я.
— Нет. Они видели на твоей руке сафирит…
— Проклятие Потерянного берега — вот, что я хотел с ними сделать! — отозвался Аристарзис.
Академик поперхнулся. Проклятие Потерянного берега считается одним из самых опасных проклятий магического мира. Против него есть заклинание исцеления, но не каждый маг, знающий это заклинание, сможет снять проклятие. Само проклятие особо себя не проявляет. Могут в ответственный момент отказать: сафирит, кольцо, волшебная палочка, и прочие магические предметы. Временные провалы в памяти. Чем дольше проклятие лежит на маге, тем сложнее от него исцелиться.