— Да, профессор Долиани? — откликнулась я.
Преподаватель по зелья был в ярости. Ещё бы! Его ещё покрывала корка льда! Да, проклятие Ледяных ветров производит побочный эффект. А вчера я выяснила, что при испуге, проклятие морозит всё и всех в радиусе пяти метров…
— Вы самый не воспитанный студент!
Согласна. Моим воспитанием особо-то и не занимались. Всё внимание Ларины уделяли Эвелине.
— Посмотреть, что ви наделаль?!
Я огляделась. Аудитория была заляпана зельем, успевшим покрыться коркой льда. Вроде ничего страшного…
— Студент Кирсанофф! Придёте завтра с десятью домашними заданиями! И только попробовать что-то не сделайт! Во-о-н!
Меня как ветром сдуло. А ведь я просила не совать черпак в котёл! Хотела как лучше, а получилось как всегда… Однако настроение у меня не ухудшилось.
— Студентка Кирсанова! На месте стоять! — гневно пронёсся по коридору голос Устина.
Завуч Амарансеса был не в духе. Наверно, Киницава его всю ночь напролёт доставала.
— Была б моя воля — проклял бы! Топай за мной!
Я поёжилась. Находиться рядом с Устином удовольствие ещё то! Опыт учит, что интересоваться у Устина: куда, зачем и почему мы идём — пустая трата времени. Он всё равно ничего не скажет.
— Не могу поверить! Меня послали разыскивать студента! — ворчал завуч. — Это так унизительно!
Мы подошли к кабинету академика Аксена. Опаньки! Что Лилька, попалась? Массивные двери открылись, впуская нас. Со стеллажей сорвались чёрно-магические книги. Но их останавливали цепи. Книги с досадой возвращались на полки. Киницава заняла всю столешницу. Аксен её гладил, а рептилия млела от удовольствия. В кабинете присутствовали Евгения Андреевна и Рината.
— Хорошая работа Устин, — оценил Аксен. — Ты доставил студентку Кирсанову раньше.
— Раньше? — переспросила я.
— Допрыгалась! — выплюнул Устин.
— Подожди Устин! — осадил завуча академик. — Лиль, ты знаешь: зачем тебя сюда привели?
— Я не виновата! Я не знала, что проклятие даёт побочный эффект! Ну, забрызгала я аудиторию, с кем не бывает? — затараторила я.
— Забрызгала аудиторию? — переспросил Аксен.
И тут я поняла, что академик ещё не в курсе и прикусила язычок. Салганцев увидел, что я осеклась и продолжил:
— С тобой хотят поговорить капрасские маги.
Это случаем не те, которых Милан летом забавлялся? Я ждала продолжения разговора, но его не последовало.
— И чего они хотят? — осторожно поинтересовалась я.
— Мы и сами не в курсе, — ответила доцент кафедры травничества Алфёрова.
— И мне кажется…
— … креститься нужно! — закончила барышня в тёмных одеждах.
Она вплыла в кабинет академика с двумя мужчинами. Иссиня-чёрные волосы барышни сияли и блестели. Казалось, что она может ими ослепить любого, кто подойдёт ближе, чем на пять метров. Взгляд барышни скользнул по моей руке. Я чувствовала её прикосновение. Ощущение, будто проводят по коже ледяной рукой.
— Нам бы хотелось поговорить… наедине, — мягко произнесла барышня, поглядывая на Алфёрову и Ринату. Аксена бесполезно выпроваживать, да ещё и с его же кабинета.
— Жень, Рината, прогуляйтесь, — попросил Салганцев.