— Силий, мне кажется, что это все игра.
— Тогда это печально. Я к тебе серьезно отношусь, — ответил он. Они сидели рядом и шили.
— Но ведь это не любовь.
— А что для тебя любовь, кроме симпатичного лица?
— Не знаю. Когда с человеком хорошо. С тобой вроде хорошо, но не так… Нет того ощущения замирания сердца. Когда вот дух захватывает. Смотришь на человека, а сердце бьется-бьется. И сразу о весне вспоминаешь.
— Ой-ой, вот кто-то на днях эту весну вспоминал, когда мы с тобой…
— Не надо! Это все было давно и неправда, — покраснела она.
— Ага, неправда. Вот самая настоящая правда. Полночи потом мне про цветочки и бабочек рассказывала. Сейчас закончим с кофтой и будем бабочек и весну призывать.
— Спать будем. Ночь на дворе. Это тебе неймется кофты шить, — отмахнулась Мируша.
— Еще успеем выспаться, — сказал он.
— Силий, а чего князь решил уйти?
— Уехать собирается. Но ты тему не меняй. Мы тут про любовь говорим.
— А я и не меняю. Все же сказала. Нет весны… Прекрати мне мешать шить… Сам посадил за иголку с ниткой…
— Я тут весну призываю. Люди говорят, что ты колдунья. А я тоже ворожить могу, — сказал он, целуя ее.
Нитки и иголки были забыты. Осталось лишь двое человек, которым не важна была погода на улице, а главное было, что творилось у них на душе. А на душе
распускалась весна…
Мируша покрутилась, стараясь рассмотреть себя со всех сторон. Новые сапоги, красная юбка, черная кофта — прям сбывшаяся мечта. Силий смотрел на нее. Нашла чему радоваться, но для нее это была ожившая мечта. Сказка о Золушке. Так Весий сказал? Может он и прав. Но понравится ли этот финал птичке? Силий до конца в этом не был уверен.
— Красиво смотрится, — сказала она. — Не думала, что ты ее дошьешь.
— Я же обещал, — зевая, ответил Силий.
— А я уснула.
— Заметил. Ты только и делал, что сопела и про весну говорила. Может ее надо не постоянно испытывать? — предположил он.
— Может быть, — Мируша неожиданно улыбнулась. — Ладно, уговорил. Пойду за тебя замуж. Но у меня характер плохой.
— Заметил, — ответил Силий. — Вредный и упрямый.
— Да ладно, не такая уж и я упрямая. Мне просто страшно, — она подошла к нему. Силий охотно ее обнял.
— Не бойся. Вместе со всем справимся. И весну найдем, и лето. Проблемы решим. Так что зря ты переживаешь.
— Хочется в это верить, но страшно.
— Птичка, я тебя могу убеждать в обратном долго, но так и не докажу. А могу вот так обнять и поцеловать, чтоб знала, что все страхи вместе встречаем.
— Поверю на слово. Не подведи Силий.
— Знаю во что ввязываюсь, — ответил он. Все-таки поверила. Главное, чтоб эта вера не пропала после случившегося.
Праздник проходил в столовой. Он отличался от других танцев масштабом. Наконец спали морозы. Были устроенны гулянья на улице. Горки, огромный костер, музыка, веселье. Прошлые беды оставались в том году. Еще неизвестно, что должен был принести Новый год, но люди его встречали с надеждой на лучшее. Дружинники учили молодежь из лука стрелять. Или давали опробовать оружие. Кузнецы приготовили для всех сюрприз, выковав лезвия для коньков. Еще с вечера был залит каток. Теперь все желающие могли привязать лезвия к валенкам и попробовать прокатиться. Мируша отказалась сразу. А вот Луиза пыталась освоить лед. Падала постоянно, но продолжала с невероятным упрямством и упорством, пока ей на помощь не пришел Борис, который держался на льду уверенно.