Был ясный день. Серые тучи впервые за несколько дней разошлись и выглянуло солнце. Борис смотрел со стены на тренировку, которая развернулась у ворот. Он отметил, что у людей поднялось настроение. Появилась уверенность, что они могут защитить себя и свои семьи. Хорошая была идея дать им в руки оружие, которое прогоняло страх. Отцы хотели, чтоб не было обязательной воинской повинности. Каждый должен был заниматься своим делом. Но сейчас это порождала лишь страх и плохие мысли. Люди остались без всего. И если дома можно было отстроить вновь, но вернуть уверенность, что такое больше не повториться, никто не мог.
Всадник появился со стороны разрушенной деревни. В ярко-желтом плаще, который выделялся пятном среди белого снега, которым были укрыты поля. Гнедая лошадка неторопливо везла его в сторону крепости. Когда он подъехал к крепости, то можно было разглядеть зеленую куртку, красные сапоги и черную шапку, у которой козырек напоминал клюв птицы. Странно одетый тип напоминал яркую птицу. У гостя был лук со стрелами. На поясе висел короткий клинок. Борис спустился, чтоб узнать что это за тип. Ребята к тому времени прекратили тренировку и теперь с интересом рассматривали гостя.
Он был молод. Но точный возраст определить было сложно. Светлая борода почти полностью скрывала его лицо, оставляя лишь яркий взгляд голубых глаз. Он остановился около ворот. Соскочил с лошади.
— Доброго дня. Могу у вас остановиться? — спросил он почему-то улыбаясь.
— Кто ты и куда путь держишь?
— Диж из леса. Без роду, без племени. Иду куда ветер зовет и глаза глядят. Учился одно время у колдуна Кинута из Приморья. А как обучение окончил, так поехал по свету места искать. Вот решил у вас счастья попытать. По миру ходят слухи, что проклятую долину заселили пришлые. Решил на вас поглядеть. Если мне здесь не рады будут, то дальше пойду, — ответил он.
— Нам колдуны здесь не нужны!
— Так я больше ведую, чем колдую. Ранки залечить, дождик призвать, ветер угомонить. От меня вреда, как от козла молока, — отмахнулся Диж. — Пользы еще меньше. Сейчас все больше места сильные занимают, а не те, кто говорит.
— Нам не нужны такие…
— У тебя рука болит. Хочешь поправлю, а потом решишь гнать или оставить, — предложил Диж.
— Не надо мне ничего править! — Борис хотел сделать шаг назад, но не стал, так как вокруг уже собрался народ, смотря на это как на представление.
— Да ладно тебе. Сколько она у тебя заживать будет! А так уже вечером мечом махать сможешь.
Не слушая возражения Бориса, тот подошел к нему. Воевода с трудом подавил в себе желание убежать. Диж положил ладони на плечо. Наклонился к уху Борису. Словно ветер прошелестел. Рука дернулась. Ее обдало холодом, потом жаром. Тут же прошла боль, которая в последнее время все чаще давала о себе знать.
— Так могу остаться? — отходя от него, спросил Диж все с той же улыбкой.
— На ночь. А там посмотрим, — пробормотал Борис, решив, что надо на результат колдовства посмотреть. Для этого надо было сходить к лекарке.
— И я так думаю, потому что не знаю, захочу ли здесь остаться, — ответил Диж.
— Тебя на кухню проводят. Накормят. Я пока с князем переговорю, — ответил Борис, который впервые столкнулся с чем-то непонятным и не знал, как реагировать.
Мируша лежала на лавке и смотрела в потолок. Лихорадка привычно сжигала ее. При этом ей было холодно до такой степени, что стучали зубы. Хотелось забраться на печку, чтоб хоть как-то согреться, но это было опасно. Поэтому оставалось лишь кутаться в одеяло. Иногда к ней заходил Борис, который приносил еду, но есть не хотелось. Они больше не разговаривали. У нее просто не было сил, а ему было некогда. Весий заболел. Надо было встать и помочь ему, но не было сил. Они словно куда-то делись, пропали. Осталась лишь слабость.
— Мируша, как ты? — тихо спросила ее Луиза, которая бесшумно зашла в комнату.
— Болею, — хрипло ответила та и вздохнуло. Горло сандило. Кашель разрывал легкие. А кашлять было больно. Любое движение давалось с трудом.
— У нас половина крепости слегло, — сказала она.
— Лу, ты не сиди со мной. Там надо помогать. А ты на меня время тратишь.
— У меня пока дел нет. Борис меня заставил с детьми заниматься, — сказала она. На губах появилась улыбка. — Оказалось, что это интересно.
— Рада, что нашлось занятие по душе.
— Это правда интересно. И разговаривать, на вопросы отвечать. Они такие интересные, умные. А еще их учит Михаил. Он недавно к нам пришел. С седой бородой и очками. Он много интересных вещей рассказывает. Прям заслушаешься. Про природу, дождь, снег, землю. И так интересно, что даже жаль, когда он прерывается. А еще тетя Маша рассказывает про их прошлую жизнь. Они ведь раньше из другой страны были. Совсем другой, которая на нашу не похожа. По небу летали и ездили в быстрых телегах без лошадей. Машинами их называли.
— Рада за них, — Мируша устало прикрыла глаза.
— Мируша, может тебе чего-нибудь принести?
— Ничего не хочу. Ты иди, Лу. Я посплю.
— Хорошо, но ты поправляйся. Обязательно поправляйся.
— Вначале поболеть надо. А потом уже и поправляться.