— Для того, чтобы мы с тобой поговорили в спокойной обстановке, а не в парке при десятках свидетелей.
Вот оно как. Он хочет, чтобы у нашего общения был только один свидетель, имя которому Виктория? Спасибо, я лучше бы расцарапала ему лицо в парке и сбежала бы оттуда. Или попросила бы кого-то меня защитить. Только вот одна беда, близких у меня нет. Маму нельзя волновать, ей ещё только не хватало спасать свою дочь, находясь на грани смерти. Отец — это просто запись в свидетельстве о рождении, запись, пытающаяся разжиться на мне.
Он был бы в восторге, если б услышал, что я жду от Олега ребенка. Это же такая отличная возможность содрать с него побольше денег! Поставить перед фактом, что либо он платит, либо никогда не увидит нашего ребенка.
Я бы лишила его этой возможности безо всяких "либо" и "или".
— Я не пойду в этот дом, — тихо промолвила я. — Если не хочешь просто отвезти меня обратно, то можешь выпустить и оставить в покое. И больше мы с тобой никогда не увидимся.
— Почему не войдешь?
Я закрыла глаза.
— А это не очевидно?
— Боишься воспоминаний?
Если б я боялась такой ерунды, как воспоминания, то, наверное, давно уже умерла бы. И мама бы умерла тоже, она и так прекратилась в жертву интриг. Нет, я просто не хотела, чтобы об меня в очередной раз вытирали ноги люди вроде Викки, те, у которых на то нет никакого права. И, возможно, надеялась, что Олег хоть немножечко меня уважает. Этого было бы достаточно, чтобы не заставлять сталкиваться с моей бывшей мачехой.
Я не сдержала смех, но он получился каким — то очень рваным, болезненным, словно я пыталась таким образом выплюнуть всю свою обиду.
Не вышло. Мне даже не стало легче, и увереннее от этого я выглядеть не стала. Только, может, лишний раз выставила себя дурой.
— Я просто не хочу видеть твою невесту, — прошептала я. — Это как-то непорядочно, приводить в дом к женщине, которую любишь, залетевшую от тебя случайно девицу. Тебе не кажется? Или я слишком высокого о тебе мнения?
Лавров удивленно взглянул на меня, на его губах заиграла растерянная, полная сомнений улыбка, и он хмыкнул, выражая собственное недовольство.
— Женщина, которую я люблю? — спросил он. — Невеста? Что за бред, Стася?
Я попыталась улыбнуться, хотя со стороны это больше походило на нервный тик, чем на улыбку. Так, дернула уголком губ и тут же поникла, не в силах изобразить достойную эмоцию.
— Ну как же, — прошептала я. — Ты привез меня в свой дом, где, очевидно, собираешься жить со своей будущей женой. Она, предполагаю, уже здесь осталась. Скажи, — я взглянула на него с вызовом, — не противно спать с Викки на той же постели, на которой она занималась этим с моим отцом? Или твои чувства, пережившие столько лет, и такую ерунду спокойно преодолеют?
Олег медленно повернулся ко мне, и в его глазах засверкало что — то сродни обиды и злости, как будто он не понимал, как мне вообще пришло в голову такое говорить. Он даже поймал меня за запястье, но я вырвала руку, не заботясь о последствиях, и выпалила:
— Правда глаза колет, да?
— Какая правда? — прошипел он. — Что ты несешь?! Какая Викки? Что она забыла в этом доме?
— А что, — хмыкнула я, — вы с Викки ещё не съехались? Ты всерьез думаешь, что можешь так просто привести меня в её дом поговорить о судьбе моей беременности? Тогда ты очень наивный и глупый человек. Я была о тебе лучшего мнения.
Я попыталась открыть дверцу автомобиля, чтобы поскорее умчаться прочь с этого двора и больше никогда не возвращаться, но Олег заблокировал машину изнутри, и всё, что я могла
— это только ударить ладонями по бронированному затемненному стеклу и упереться в него лбом в попытке скрыть катившиеся по щекам слезы. В какую-то секунду я даже порадовалась, что не пользовалась косметикой — по крайней мере, у меня не будет черных потоков туши на щеках.
Хоть что-то хорошо.
— Это мой дом, — проронил Олег. — А значит, принадлежать Викки он точно не может. Никогда.
— Да неужели? — усмехнулась я. — Держишь свою бывшую-будущую на коротком поводке?
В стекле я видела только размытую тень, не отражение, и даже не поняла, когда Олег успел приблизиться ко мне на достаточное расстояние, чтобы обнять за плечи, отрывая от чертова стекла. Я попыталась сбросить его руки, но безуспешно. Он был сильнее.
— Свою бывшую, — прошептал он мне на ухо, — я не пущу даже на порог.
— Да? А как же масштабные планы на свадьбу?
— На какую свадьбу?