– Не бросаемся мы! Да и прохожих у нас почти не бывает. Вон мой отец вообще считает, что нельзя на людей нападать, все добровольно должно быть.
– Ха, а ты значит считаешь иначе?
– Нет, не так, просто… – смущённо запнулась пленница, что на неё было не похоже. – Просто, ты мне понравился, а мне уже двадцать лет исполнилось, я тоже семью хочу! – горячо закончила девушка невольно повысив голос, отчего наемник был вынужден предупреждающе сжать шею, отчего Оглая ойкнула, но тон снизила.
– Отца подставила. Ты чем вместо головы думала, иным местом?
– Никаким местом я не думала! В любви, как на войне, все средства хороши!
– Это кто тебя такому научил, не отец-ли?
При этих словах девушка всхлипнула, но задрав покрасневший нос гордо промолвила:
– Дедушка. Он так с бабушкой познакомился, она тоже вначале не рада была, а потом успокоилась и даже влюбилась, теперь живут душа в душу.
– Мдаа-а – лишь протянул наемник, ошарашенный детской логикой, казалось бы взрослой женщины. – А поговорить вы не пробовали?
– Пробовали, но у нас мало кто бывает, а остальные сбегали.
– Так заявите о себе.
– Чтоб нас всех перебили, да и нам нужна кровь.
– Уверен, что нашлись бы те, кто дал бы вам её добровольно. Долго ещё идти? – быстро перескочил он с надоевшей ему темы.
– Пришли уже почти, – зло ответствовала пленница, от прежнего испуга и неуверенности которой не осталось и следа. – Затем леском будет переправа.
– Хорошо, – поблагодарил ее он, не испытывая благодарности.
Уверенно шагая веред, и не особо любуясь окружающей природой, Клод прислушивался к ночным звукам. Вот где-то рядом ухала сова, под ногами стрекотали сверчки соревнуясь, кто из них споёт лучше, но приятнее всех был звук бегущей воды, яростно бьющейся по камням, осыпая брызгами берега и подмывая песчаные склоны.
– Давай прощаться, Оглая, надеюсь больше не свидимся, иначе я закончу то, что начал! – угрожающе произнёс парень. Естественно он не собирался выполнять обещанного, но припугнуть её стоило, чтоб она не вздумала со своими сородичами его нагонять.
– Чудовище! – взвилась собеседница, высокомерно качнув головой, отчего её густая грива пощекотала его по подбородку. – Я в тебе ошибалась.
– Все равно. Прощай, и больше не набрасывайся на незнакомых тебе людей. – С этими словами он слегка толкнул девушку в спину, заставив отскочить от него на шаг и направился дальше, отчего-то он был уверен, что со стороны Оглаи ему было больше нечего опасаться.
Высокая трава приятно гладила ноги, ночной ветерок шевелил свободные от капюшона волосы, а парень неожиданно улыбался. Несмотря на встречу с трольгином, падение с обрыва, хищных рыбешек и глупую Оглаю, на душе было хорошо и спокойно, как уже не бывало давно. Он словно вновь попал в те времена, когда путешествовал сам по себе, не ограниченный обязательствами и отношениями. Полянка постепенно сменилась негустым леском, в котором водилось не мало ягод. Горсть которых не удержавшись, он отправил в рот. Хоть ему и удалось поспать несколько часов, этого все равно было мало и сейчас шагая вперёд, он постепенно ощущал, как усталость начинала напоминать о себе. Но он для себя решил, что никакого отдыха, пока он не достигнет переправы у него не будет. Пусть – это выглядело жестоко, но так он был уверен, что скорее дойдёт.
Так и шагая вперёд, он спустя полтора часов вышел из леса и оказался на берегу широкой полноводной реки. Солнце уже окрасило верхушки облаков розовым цветом, а ботинки намокли от выступившей росы, но он не заметил этого. Внимательным, даже скорее жадными взглядом, высматривая знакомые ему фигурки среди людей столпившихся возле переправы. Большого широкого парома, перемещавшегося по канату, перекинутому через полотно реки, но сейчас сиротливо причаленному к этому берегу. Клод не знал откуда взялось, это чувство, но он знал, что встретит спутников здесь. Так и случилось. Конечно у него был шанс, сейчас развернуться и уйти, навсегда позабыв о непоседливых подростках и вечно влюбчивой Алите, вновь став свободным, одиноким, ни с кем не связанным наемником, но обязательство тяжким грузом давило на плечи. Да и хотя он боялся признаться в этом даже самому себе, но он начинал скучать по их компании. Пусть и с момента встречи с ними у него не было ни одного спокойного дня, ему это нравилось.
Приближаясь все ближе он едва оказался в зоне видимости товарищей, как от их маленькой группы отделилась небольшая фигурка и с радостным вскриком бросилась у нему.
– Клод! – Разлетелся по округе звонкий радостный голос и в опешившего от такой нежной встречи наемника врезалась счастливая и расплакавшаяся Дейзира.
Глава 13. Чумной Станбург.
Мужчина стоял поражённый неожиданно тёплой встречей девчонки, да и остальные спутники стояли не в силах скрыть счастливых улыбок, озаривших их лица. "Неужели он стал им так дорог!" – удивлялся парень, никак не способный свыкнуться с мыслью, что кто-то может так сильно переживать за него. Нет, за него конечно и раньше переживали, и ждали, как без этого, но чтоб настолько, словно он был им не просто знакомый, случайный попутчик, а самый настоящий друг. Неуверенно приобняв хрупкие вздрагивающие плечи, он вдруг как-то растерявшись, легонько похлопал девушку по плечу, желая утешить. Но та разрыдалась лишь пуще прежнего. Окончательно запутавшись в том, как ему поступить, парень просто замер, обнимая Дейзиру и больше не делая попыток её утешить. Лишь изредка слушая, как сквозь негромкие всхлипывания она бормотала обрывочные фразы, вот только ему или себе, парень так и не понял.
– Мы думали… ты погиб… мы искали… ты… мы…
Наконец наплакавшись, она отстранилась, легонько ударив его кулаком по плечу и отвернулась. Спешно смущаясь своего заплаканного лица. А на Клода уже обрушился Ролк, сверкая белозубой улыбкой.
– Котяра, вот как есть, Котяра! Какую жизнь уже потратил, восьмую или девятую?! Я рад, друг! – вдруг неожиданно тепло закончил он и дружески обнял прикоснувшись плечом к плечу друга.
– Спасибо, я и сам до сих пор удивляюсь как.
Но не успел Ролк отойти от него как на его шее уже повисла Алита, прижавшись к нему всем телом. Так что стало неловко даже самому наемнику, и немного запальчиво произнесла: