Пилот ракетоносца. Вижу цель: читать начало книги онлайн

«Ну, и с кем же мы воюем?»

– Это превентивные меры безопасности? – повернулся он к Грит Мюстерс. – Или у вас тут и в самом деле военное положение?

– И то, и другое, – ничуть не смутившись, ответила разведчица. – Мы с Трилистником обеспечиваем безопасность «Тропы паломников», а «Форт Фламберг»[26], где мы сейчас находимся, – планетарная военная база первой категории. Вернее, первая категория начинается пятью этажами выше, – указала она пальцем вверх, – и продолжается еще метров на триста вниз. Но мы вниз не поедем – нам туда не надо, – а сразу отправимся наверх, к солнцу.

Так они и поступили, а наверху, под голубым небом и ярким солнцем – через полчаса времени и многие километры пути, проделанного на стремительных электрокарах, скоростном монорельсе и трех диагональных лифтах, – за пределами «Форта Фламберг», Эрик и Анна оказались уже в городе. Самое интересное, что он так и назывался Урбс.

– Кажется, на латыни «урбс» – означает город, – прокомментировала капитан-лейтенант Мюстерс.

– А разве не «урбус»? – уточнил любознательный Эрик, и на нем тут же скрестились взгляды трех женщин, в компании которых – «Цветник!» – он отправился в путешествие на Холод-5.

– Ты знаешь латынь? – удивилась Анна, которую, казалось, он уже устал удивлять.

– Не то чтобы знаю… – пожал он плечами. – Так, нахватался по верхам.

– Но в основе вашего языка, госпожа советница, – повернулся он к Наташе Мозер, – по-моему, тоже лежит латынь. Я прав.

– Латынь, – кивнула женщина, соглашаясь с очевидным для Эрика фактом, – а также фламандский язык и небольшие включения из английского и немецкого.

– Добро пожаловать на Терру, господа! – добавила она через мгновение, резко меняя тему разговора.

Как раз в этот момент створки автоматических ворот разъехались в стороны, и перед Эриком открылся вид на широкую, мощенную бурыми и буро-красными плитами площадь, окруженную невысокими трех-четырехэтажными домами, сложенными из белого камня и темно-красного кирпича. Красиво и необычно, не говоря уже об архитектуре. Вот вроде бы все то же самое, что и везде – во всех человеческих мирах, – и все-таки не совсем. И неспроста.

Выйдя из ворот, врезанных в высокую наклонную стену, отлитую из темно-коричневого керамита, Эрик осмотрелся, пробегая внимательным взглядом по фасадам домов, фонтану со скульптурной группой, расположившемуся посередине площади, по лицам и одежде людей, оживлявшим движением открытое пространство.

– Они не люди, – это сказала Анна, опередившая Эрика ровно на те несколько мгновений, пока он решал, стоит ли показывать хозяевам, насколько он удивлен. Эрик решил, что не стоит, но Анна взять себя в руки не успела или не смогла. Удивление ее было неподдельным, искренним и столь сильным, что сломало даже жесткую дисциплину, в большинстве случаев позволявшую графине Монк держать свои нервы в узде. Впрочем, ее не в чем было упрекнуть, слишком уж неожиданным стало открытие.

За полтысячи лет космической экспансии человечество так нигде и не встретило братьев по разуму. Высших животных – имея в виду уровень развития нервной системы – найдено было немало, но разумных существ среди них не оказалось. А тут, не успели прибыть на Гибралтар, и сразу же такая, можно сказать, неожиданная встреча. Площадь оказалась людной, вот только по первому впечатлению едва ли не единственными людьми на ней, имея в виду потомков землян, были «члены посольства и сопровождающие их лица». Остальные, за небольшим исключением, – аборигены, как изволила давеча выразиться советник Мозер, людьми, скорее всего, не являлись.

Они были очень похожи на выходцев со Старой Земли, но все-таки не люди. Невысокие – от силы метр сорок, а то и меньше, – тонкокостные, можно даже сказать изящные, с обильным волосяным покровом светлых тонов – от песочного до платинового – скорее наводившего на мысли о мехе или шерсти животных, чем о шевелюре в человеческом понимании. Вообще, звериного в них – на взгляд Эрика – было куда больше, чем у людей, которые тоже ведь не от растений произошли. Но у терранцев эти отличительные особенности – форма глаз, черты «лица», челюсти, превращавшие человеческий рот в подобие звериной пасти, – были гораздо более выраженными.

– Мы называем их элоями[27], – прокомментировала ситуацию Грит Мюстерс. – И да, они не люди. Они аборигены Терры. Эволюционировали из местных некрупных хищников, но к тому времени, когда мы открыли эту планету, у них уже была здесь кое-какая цивилизация. Города, дороги, тягловый скот, сельское хозяйство, ремесла… В общем, ранний железный век[28]. Оружие делали из бронзы и железа, глиняную посуду, керамику, одежду…

– А теперь? – продолжила расспросы успевшая взять себя в руки Анна.

– А теперь они часть нашей цивилизации, – пожав плечами, объяснила Наташа Мозер. – Вам это кажется несправедливым?

– Разумеется, нет, – поспешил заверить гостеприимных хозяев Эрик. – Все разумное – справедливо…

Анна по неопытности могла сказать лишнее. Она, в отличие от Эрика, не знала настоящую жизнь во всех ее скотских проявлениях, а проявления эти порой бывали весьма неаппетитного свойства. В империи Торбенов – не говоря уже о прочих мирах – многие миллионы потомков людей, покинувших в давние времена Старую Землю на космических кораблях, были низведены до уровня примитивного существования, вполне сопоставимого с земным средневековьем. И не специально – в наказание или по злому умыслу, – а просто в силу обычных для молодой цивилизации обстоятельств. Так жило, например, более половины населения планеты Эвр, на которой родился и вырос Эрик. Во всяком случае, Смоляной городок и Туманная долина именно в таком «средневековье» и пребывали. А ведь кое-где в империи существовало даже рабство, хотя сам термин «рабство» никто вслух не произносил. Но, как ни назови невольника, – крепостным, колоном[29] или холопом, – он, как был рабом, так рабом и останется, в особенности если является предметом купли-продажи. А торговля людьми – хотя в этом никто в империи официально никогда не признавался – процветала не только на окраинных планетах, на том же богом забытом Эвре, но и на вполне цивилизованных столичных Иль-де-Франс и Эно[30]. Так что нет, Эрик не собирался осуждать холодян за то, что, вырвав этих вот элоев из эпохи варварства, они пригласили их – пусть и не без помощи кнута – в современное государство. Во всяком случае, одеты терранцы были не в пример лучше, чем большинство людей, которых Эрик видел в детстве на Эвре. Не выглядели они также голодными или угнетенными. Да и ошейников, тем более кандалов, на них не наблюдалось. Свободные люди в свободной стране, вот как они выглядели. И хотя это могло быть ложным впечатлением, похоже, все так на самом деле и обстояло.

– Железный век на Старой Земле продлился примерно полторы тысячи лет, – начала свой рассказ госпожа советница, когда они вчетвером устроились на террасе одного из ресторанов, расположенных в окружающих площадь домах, – и культуры, возникшие в этот период на земном Ближнем Востоке и в Средиземноморье, не говоря уже об Индии и Китае, до сих пор поражают своим богатством и разнообразием. А здесь, на Терре, аборигены продолжали толочь воду в ступе добрых пять тысяч лет, не изобретя за это время даже приличного алфавита. Ни развитых математики и инженерного искусства, ни сформированной государственности, как в греческих полисах или в Римской империи… Ничего. И неспроста. К моменту начала космической экспансии средний коэффициент умственного развития[31] на Старой Земле колебался в пределах ста плюс/минус три и оставался практически неизменным в течение почти двухсот лет, со времени начала использования соответствующих тестов. Не знали?

– Я об этом знаю, но в самых общих чертах, – вежливо ответила Анна.

Еще бы ей не знать. Курс общей и специальной психологии входил в учебную программу как звездной академии, так и ВАКУ ВКС[32]. Так что знали эту историю оба, и Анна, и Эрик.

– Продолжайте, Наташа, – чуть улыбнулся Эрик. – Все это крайне интересно. Мы вас внимательно слушаем.

– Не знаю, каково сейчас положение дел у вас, – кивнув в знак согласия, продолжила свой рассказ Наташа Мозер, – но на Холоде, имея в виду именно холодян, средний коэффициент интеллекта на данный момент – сто семнадцать, а у элоев – девяносто два. И это сейчас, а не тогда, когда мы впервые прибыли на эту планету. Почти триста лет под нашим патронажем, приличная система образования и здравоохранения, отсутствие голода и прямого угнетения… И никакого видимого прогресса, господа. Слишком маленький мозг, слишком быстрое его созревание, слишком много врожденных форм поведения… Для сельского хозяйства, сферы обслуживания и работы на промышленных предприятиях, впрочем, хватает. Тем более что мы автоматизировали буквально все, что возможно, но для более сложных задач – скажем, пилотирования атмосферных шаттлов или ремонта сложной техники, – пригодны от силы семь процентов населения…

– Тогда к чему совершать при посадке противоракетный маневр? – спросил Эрик, чтобы собеседники не держали его за дурака. Средний коэффициент интеллекта в имперских ВКС был равен ста пятнадцати, а результат Эрика вообще относился к верхней промилле[33]. 163 – один из лучших показателей интеллекта в военно-космических силах.

– Несколько процентов индивидов с IQ в пределах от ста до ста двадцати – это несколько миллионов элоев, среди которых встречаются и те, у кого коэффициент почти дотягивает до границы одаренности[34].

На самом деле, ответ был очевиден, поэтому ни Анна, ни Эрик слова госпожи советницы комментировать не стали: везде и всегда, как учит нас история, умные индивиды хотят править сами, а не таскать каштаны из огня для других. Ну а дураками легче управлять, это и ежу понятно.

– Партизанят? – спросил Эрик вслух.

[26] Фламберг – клинок волнистой (пламевидной) формы, который монтировался на двуручные (реже – одноручные или полуторные) мечи.

[27] Элои (англ. Eloi) – вымышленная гуманоидная раса, описанная в романе Герберта Уэллса «Машина времени». Путешественник во Времени встретил их в 802701 году. Элои невысоки ростом (до четырёх футов), грациозны, изнеженны, слабы физически.

[28] Железный век – эпоха в первобытной и раннеклассовой истории человечества, характеризующаяся распространением металлургии железа и изготовлением железных орудий; продолжался примерно с 1200 г. до н. э. до 340 г. н. э.

[29] Колон – сословие полузависимых крестьян в Римской империи периода упадка.

[30] Эно – столичная планета империи Торбенов. Иль-де-Франс вторая по важности планета империи. Эвр – провинциальная планета в империи Торбенов.

[31] Имеется в виду IQ – коэффициент интеллекта.

[32] ВАКУ ВКС – Высшее Адмиралтейское Командное Училище.

[33] Промилле (лат. per mille, pro mille – на тысячу) – одна тысячная доля или 1/10 процента.

[34] То есть приближается к отметке 130, после которой начинается область одаренности.