Константин Саввич приложил руку к уху.
— В эфире радио «Монако», у микрофона Артур Грей. Последние новости. Сошел сума телеведущий Алексей Панченко. В прямом эфире он заявил, что его посетил дьявол. После этого экстравагантного заявления Панченко пришел домой, раскалил сковородку и полизал ее…
— Вредная у нас работа, — сказал Эдик, прибирая звук. — Правильно говорят: язык мой — враг мой!
— Правильно или нет… но на твоем месте я бы так не говорил.
— Что именно?
— А вот про язык-с.
— Почему?
— А вот не говорил бы, да и все.
— Я за это дело браться не буду, — заявил полковнику майор Корягин. — Я журналистов терпеть не могу. С ними всегда в говне будешь.
Полковник покряхтел, пожевал губами.
— Дело необычное, Иваныч, некому поручить. Я тебя как человека прошу!
— Так это что — приказ?
— А ты как думал, майор?
— Но ты ж мне не все сказал, правильно я понимаю?
— Я не могу молодых просить! Тут нужен человек с опытом. Вот материалы, вот запись последних программ Панченко, — полковник подвинул стопку. — Порешаешь, что нет состава, ну и хрен бы с ним. Но, — полковник поднял палец, — надо разобраться.
Корягин сидел у себя в кабинете и пересматривал последнюю программу Алексея Панченко.
Тот как раз говорил:
— …хозяин квартиры предупредил всех, что в ночь на первое мая вечеринка будет необычной…
— Я подумала тогда — ну что такого еще можно придумать?
Корягин нажал на паузу, улучшил контраст, рассматривал неподвижную часть лица Марины и курил. Определенно, она ему кого-то напоминала.
Он встал, подошел к шкафу и достал с полки книгу.
Перелистал, нашел страницу с фотографией. Сам автор, обнимающий девушку, молодой Корягин и еще один. Подпись была противная: «Александр Шаповалов и друзья его молодости».
Майор Корягин положил раскрытую книгу перед телефоном, снял трубку и набрал номер человека, как говорится, из прежней жизни.
— Привет… Ага… Ну, не звонил, не звонил, а вот взял да и позвонил. Слушай, есть вопрос — только без приемчиков твоих. Я слышал, у Тани была дочка от Шаповалова…. А ты не видел ее? Похожа она на мать?.. Ага, но ей около тридцати что-то должно быть, да?.. Как умер? Погоди! Шаповалов умер? Первого мая… Ничего не путаешь?.. А давай я к тебе сегодня вечером нагряну, а?
Днем майор заехал в психушку пообщаться со свихнувшейся телезвездой. Двери и стены палаты были расписаны крестами. Мел лежал на тумбочке.
Панченко сидел на кровати и дрожал.
— Майор Корягин. Будем, Алексей, теперь разбираться, кто вас довел до такого состояния.
Панченко дернул головой, взял блокнот и написал:
«Не надо. Ко мне приходил Тот, кто был с Мариной».
— По-вашему, с Мариной был дьявол, а там где дьявол — полиции делать нечего, правильно? — Корягин подвинул стул к кровати и сел. — Я вашу логику понимаю.