— Но я думала… силу хальдагам даровала богиня, — ошарашенно пробормотала я. — По крайней мере, меня так… эмм… в обители учили.
«Я тебя умоляю! — фыркнул вейр, закатывая глаза. — Этой красивой сказочкой потчуют в таких вот божьих приютах, чтобы показать Ильсельсию всесильной и сделать ее культ неоспоримым. Хотя лично я вообще в неё не верю. Неверующий я, Филиппа, абсолютно неверующий».
Хм…
«А сила у Стальных от нэймерров и нэймесс. Ильсельсия к нам вообще никаким боком не причастна. Лучше бы ты, сиротка, не любовные романы по утрам читала, а пробелы в знаниях восполняла. Вас там небось в обители только и учили, что сутками молиться?»
— Именно, — с готовностью подтвердила я. — С утра до вечера только этим и занимались. А любовные романы по ночам читали, тайком от наставниц. Вот поэтому я здесь и расслабляюсь. Душу отвожу, так сказать, — покосилась на свою замаскированную книжку.
«Любовный роман тебе и так обеспечит Мэдок. Ты бы лучше мозги тренировала. А то от этой приторной патоки они у тебя слипнутся окончательно, и станешь ты совсем недееспособной. А у нас, между прочим, охота!»
Я мысленно завозмущалась. Пусть только попробует этот кусок железа мне что-нибудь обеспечить! Не стану я для него магической батарейкой! Ни в качестве любовницы, ни в качестве нэймессы.
Надеюсь.
«Так вот, краса моя ненаглядная и неописуемая, — снова жмурясь, продолжал Морок, пока я переваривала неутешительные для себя новости, — расскажи мне непросвещённому, что вчера королю пообещал этот олух. Мой хозяин который».
— А с чего ты решил, что я что-то знаю?
«Элементарно, Филиппа. Эта каменная мумия ни за что не выпустила бы тебя из своей спальни, если бы Мэд не предложил ей взамен что-то стоящее. Вот я и задаюсь вопросом, что бы это могло быть, сиротка. Расскажешь?»
— А что мне за это будет? — заискивающе посмотрела на Морса.
Нет, ну а что? Никогда не помешает иметь в должниках вейра. Особенно в моём положении.
«Я тебя не укушу».
— Ты и так меня не укусишь.
«Рискнёшь проверить?» — оскалился бесстыжий.
Оскал получился очень хищный и весьма устрашающий, я даже отодвинулась от не-милахи Морса подальше. Потом подумала, что вот он, мой потенциальный источник информации по пламени, и сказала:
— Герцог пообещал королю, что по первому же его требованию пройдёт через огонь несуществующей, как ты утверждаешь, богини.
Несколько секунд Морок молчал, а потом с выражением и эмоциями телепатически сказал:
«Ой, дура-а-ак!»
— Ну почему сразу дурак? — Я сделала вид, что оскорбилась. — Его всемогущество, между прочим, меня защищал, свою наину и ценное приобретение.
«Никакое ценное приобретение не стоит того, чтобы рисковать из-за него жизнью! — рыкнул дог. — Или как минимум здоровьем!»
— А вот отсюда поподробней…
«И эта такая же, — проворчал вейр. — Оба безголовые! Тупицы и идиоты! Ты думаешь, для чего хальдаги проходят через пламя?»
— Для чего? — эхом повторила я, поцеживая остатки кофея.
«Чтобы очистить разум и тело, разумеется. Ритуал не из приятных, можно даже сказать, болезненный, но очень полезный. Священный огонь выжигает в хальдагах, говоря доступным для наин языком, лишнюю магию. Не вся сила, что Стальные лорды забирают у пришлых, приживается в их организмах. Иная так и остаётся инородной, и, если вовремя от неё не избавиться, она начнёт отравлять хальдага, а впоследствии может даже убить».
— Ну и что в этом плохого? — недоумённо спросила я и тут же поспешила уточнить: — Это я не про убить, а про очистить. Детокс, знаешь ли, штука полезная.
«А плохое заключается в том, Филиппа, что после очистительного огня хальдагу нужно время на восстановление. Сразу после ритуала он ослаблен, а значит, уязвим. Улавливаешь мою мысль?»
Кивнула осторожно.
«Во-о-от, — удовлетворённо протянул вейр. — А теперь постарайся поднапрячь свои размякшие в амурной глазури мозги, краса моя, и скажи, когда, по-твоему, Рейкерд может потребовать от Мэда пройти через пламя Ильсельсии?»