Я сократила расстояние между нами, остановившись прямо перед ним. Лицо мужчины было рядом, и я видела пот, проступивший на лбу, и появившиеся морщины.
– А что вы знаете про меня? Все еще хотите стоять у меня на пути? – тихо спросила я у него. – Подумайте над этим, когда придете в себя, и сделайте правильные выводы. Если вы еще не слышали, меня не пугают отрубленные головы.
Я обошла графа и направилась к двери. В коридоре меня ждал Вистан, натянутый как струна.
– Схватит его? – спросил он у меня, как только я вышла в коридор.
– Нет, – ответила я так, чтобы меня не слышал граф, оставшийся в комнате. – Все готово к отъезду?
– Да, как вы велели.
Я двинулась вперед по коридору, в одной из приоткрытых дверей заметив мужчин, располагающихся за карточным столом. Среди них был герцог Дорсет, который поймал мой взгляд. Я все еще сомневалась, был ли он заодно с графом Риверсом, иначе, к чему ему было обращать мое внимание на девушек из приюта?
Мы наконец-то достигли парадного входа. На улице оказалось прохладно, но у выхода стояла Дина, с теплой накидкой в руках. Я остановилась, надевая ее, и посмотрела на две кареты у входа.
– Приглядывай за девушкой, которую мы взяли с собой, – попросила я Дину и направилась к карете, где меня ждали фрейлины.
Оказавшись внутри, увидела на лицах девушек беспокойство и страх.
– Что случилось, ваше величество? – спросила у меня Анна, едва мы тронулись с места.
– Граф Риверс оказался нечестным человеком и ночь здесь могла вас скомпрометировать, – ответила я отрывисто. Рассказывать девушкам все не хотелось, но им тоже была необходима веская причина для нашего отъезда.
– Мне жаль, – я взглянула на их усталые лица, – но этой ночью нам не удастся отдохнуть.
Я знала, что в часе езды есть постоялый двор, но не хотела останавливаться так близко от имения графа. Выглянув в окно, я удостоверилась, что мы отъехали достаточно далеко. Протянув руку, я постучала, веля остановиться.
– Я поеду в другой карете, – дверцу открыли, и я ухватилась за поданную руку, выходя наружу. Было очень темно, потому я ступала медленно и осторожно. Достигнув второй кареты, где должен был находиться лорд Берт, я сама открыла дверцу и залезла внутрь.
Мужчина сидел, откинувшись на спинку сиденья. Его одежда была помята, а рубашка расстегнута у горла. В тусклом свете свечи, закрепленной в карете, я заметила, как блестит пот на его лбу. Мы тронулись с места, и я подалась вперед. Словно почувствовав мой взгляд, он открыл глаза.
– Почему мы в карете? – растерянно спросил мужчина, оглядываясь вокруг.
– А вы не помните?
– Ваши гвардейцы схватили меня и посадили внутрь, – вновь прикрыв глаза и положив на них руку, пробормотал Берт.
– И вы не сопротивлялись? Вас это не насторожило?
Неужели его чувство самосохранения исчезла напрочь? А как же здравый смысл?
– Вы либо велели им задержать меня за то, что я посягнул на собственность короля, – тихо проговорил он, – либо вздумали сбежать со мной. Неужели верным оказался второй вариант?
– Похоже, вы начинаете приходить в себя
Он убрал руку от лица и посмотрел на меня темными глазами, которые заполнили расширенные зрачки.
– Сейчас ты кажешься еще красивее.
По тому, как изменился тон, и он вновь легко перешел на интимное «ты», я поняла, что потребуется еще не один час, прежде чем разум лорда Берта окончательно прояснится.
– А вы кажитесь уязвимым.
Я придвинулась так близко, что между нами почти не осталось пространства. Мужчина внезапно тоже подался вперед и, схватив меня за руку, потянул на себя. Карета подпрыгнула на ухабе, и я полетела в его объятья. Неожиданно для себя, я оказалась на коленях у мужчины, а его руки плотным кольцом сомкнулись на моей талии.
– Я никогда еще не ощущал себя настолько хорошо, – нагло заявил он.
– Наслаждайтесь, – я старалась, чтобы мой голос остался невозмутимым, – завтра вы почувствуете себя как-никогда плохо.