- Ваше величество, клянусь я и подумать не мог, что ваш зять способен на такое. – Красный от переживаний Авенир, трясущейся рукой протягивал тонкую папку королю. – Прошу, пощадите.
Исидор, разбуженный среди ночи срочным донесением, сейчас находился в кабинете, ожидая первых результатов расследования. Сильный магический всплеск был зафиксирован в поместье его сестры. Донесение гласило о обрушившейся лаборатории и найденном теле Стефана Сейджа. Никаких разрывов засечь не удалось, однако была использована магия нитей. Правитель ждал худшего, а именно тела Николь под завалом, однако явившими в его кабинет нес плохие вести совершенно другого толку. Наскоро пролистав отчет, король перевел взгляд на вестника.
- И вы утверждаете, что не имели никаких подозрений насчет его работы раньше?
- Но как я мог? Столько лет он трудился на благо короны, ваше величество.
- Почему же вы решили проверить его преданность сейчас?
- Сегодня Стефан показался мне особо нервным. Он так куда-то спешил, что забыл записи, ваше величество. Но я понимаю, это всецело моя вина. – Маг покорно опустил голову. – Я приму любое наказание. Я сам не понимаю, как мог не заметить такое безумие в своих лабораториях!
В коридоре послышалась возня и дверь кабинета без стука распахнулась. Страж с окровавленным мечом в одной руке переступил через порог и огляделся. В бешенном яростном взгляде горело пламя. Исидор ухватился за нити ровно в тот момент, когда мужчина вытянул руку с перстнем в его сторону. Но раньше всех среагировал до того казавшийся неспособный ни на что толковое посетитель. Схватив со стола тонкий нож для бумаги, Авенир бросился на непрошенного гостя, проворно всаживая жало в шею и отскакивая. Тонкая нить прорезала пространство, лишая стража головы.
- Отменная реакция, мастер Плем. - Прокомментировал Исидор, обойдя стол и сняв так и не активированный перстень с пальца предателя. – Думаю, мы с вами еще поработаем.
Глава 14 Прощание
Двенадцать лет спустя, седьмой округ, Земля.
Огромный швейный цех находился на окраине трущоб. Невысокое здание в два этажа с просторными помещениями, разделенными тонкими перегородками и вечно гудящими автоматами. Электрические раскройные ножи споро кроили тканое полотно по заранее расставленной разметке. В этой части цеха работало несколько человек, следя за оборудованием, заранее настилая ткань и предупреждая поломки. В соседнем же цехе сидели швеи, споро обрабатывающие края, делающие петли и дырки для пуговиц. В целом они так же собирали все элементы воедино, выпускали однотипные комплекты рабочей одежды или же выходные наряды. Здесь получали свою плату и женщины, и мужчины. Единственное что требовалось – это желание обучаться и тонкие пальцы, способные справиться с аккуратной обработкой. Ровно в восемь вечера звучал гудок, ознаменовывая конец рабочего дня, а сотрудники неровным строем покидали цех.
Вот и сегодня, как только над высоким потолком разнесся сигнал, Николь с удовольствием потянулась, окладывая работу в сторону и выключая швейную машинку. Выйдя из цеха, она быстро направилась к первой линии трущоб, низко натянув кепку на глаза и стараясь не обращать на себя внимание окружающих. По дороге женщина зашла в небольшой магазин, купив яйца, молоко, несколько шоколадок и пакет ярких розовых яблок. Рассчитываясь, она попросила пачку сигарет. По узкой улице, обходя выставленные на тротуар мусорные пакеты, женщина наконец-то добралась к нужному дому. Лифт здесь не работал, так что она свернула на лестницу, побежав по ступенькам на нужный этаж.
- Я дома! – Крикнула Николь, пройдя в квартиру и с удовольствием стягивая тяжелые ботинки.
- Мамочка! – На встречу ей выбежали и кинулись обнимать две маленькие девчонки со смешными косичками.
- Мои хорошие, - Николь прижала дочерей, поочередно чмокнув в щечки, - как же я скучала. А у меня есть для вас кое-что. – Она потянулась к пакету, доставая сладости и вручая счастливо подпрыгивающим детям.
- Здравствуй, Николь. – С комнаты показалась еще одна фигура, и женщина замерла не веря своим глазам.
- Матильда! – Николь бросилась к ней в объятия. – Тебя не было так долго! Я боялась, что тебя поймали.
- Прости, родная. – Магичка заключила подругу в крепкие объятия, как в былые времена поглаживая по голове.
Проводив гостью на узкую кухню, Николь включила чайник, открыла форточку и подожгла тонкую сигарету. Она знала, что Матильда не одобряет этой привычки, но эта привычка часто помогала занять дрожащие пальцы и даже отвлечь от окружающего мира. Ей так нравилось вдыхать сладковатый дым, зная, как к этому отнесся бы Стефан или Исидор. От их неприятия, пускай и иллюзорного, она становилась счастливей.
- Николь, вернись домой. – В который раз просила Матильда. – Прятаться на земле – не выход. Подумай о девочках.
- Десять лет наш разговор начинается с твоей просьбы вернуться. – Николь выдохнула серое облако сигаретного дыма. - Десять лет мой ответ не меняется. Я не вернусь в Райс.
- Николь… Просто расскажи ему все… - Укоризненно покачала головой Матильда. – Ты же знаешь, Исидор не причинит тебе вреда. Да, бессомненно, он король и пытается удержать власть в сложившейся ситуации. Однако ты тоже первая кровь. И, что важно, ты ни в чем не виновна. Напротив, ты ведь пыталась остановить Сейджа…
- Мое возвращение ничего не изменит. Даже если меня помилуют, - женщина затушила окурок и буднично принялась нарезать хлеб для бутербродов, попутно залив кипятком небольшие чайные капсулы, - у меня слишком много врагов в рядах заговорщиков. Они не достанут меня, но что помешает достать моих детей? У меня две дочери и как минимум одна обладает сильным даром. Я не хочу что бы Оливия стала их куклой на престоле.
Матильда смотрела как Николь быстро раскладывает бутерброды с тонким слоем сыра на тарелку, как споро орудует ножом. Ее длинные тонкие пальцы не казались столь нежными, как раньше. Она хорошо видела сухую кожу и слишком коротко остриженные ногти. Кое где на руках виднелись тонкие шрамы.
- Ты пыталась открыть портал? – Спросила магиня, беря женщину за руку.
- Давно… Когда ты пропала, я места себе не находила. – Пояснила та. – Мне даже показалось, я увидела нити. К сожалению, они не поддались… Даже не натянулись… - Тяжело присев на табуретку, и обхватив руками горячую чашку, не подымая глаз от темнеющей от трав воды, Николь спросила. – Есть еще один вопрос, который я задавала каждый твой приход. Мои девочки будут жить?
- На какую жизнь могут они рассчитывать здесь, Николь? Рано или поздно о близнецах узнают.
- Но пока никто ничего не обнаружил. Домашнее обучение в этом мире не ново, а за детьми с трущоб никто не следит. Правда, представь себе, Оливия нашла работу. Ей было всего одиннадцать, а она уже начала прислуживать в доме какого-то богача. В этом я нахожу некую схожесть наших миров. – Грустно улыбнулась женщина. – И, в то же время, мне страшно. София совершенно другая, она хочет вырваться от сюда, не понимает какому риску подвергает всех нас. Она вся в отца, такая же неугомонная, увлекающаяся… Мне с трудом удалось договориться с девочками… Но если проснется дар…
- К Софе возвращается сила? – Удивленно всплеснула руками собеседница. – Неужели это правда…
- Нет, что ты. Дар настолько слабый… все из-за этой дьявольской машины. – Николь внимательно посмотрела на подругу. – Ты никогда не вдавалась в подробности своего видения, но мне кажется, кое кто недоговаривает. Скажи, почему ты так рьяно пытаешься вернуть меня?