Поцелуй архангела: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не думаю, что они оставили что-то… я бы тут же учуяла свежий след, когда мы только нашли Ноэля, в том месте было чисто, совсем ничего. А что насчет отпечатков обуви на его спине?

— Недостаточно информации — его раны уже начали заживать.

Рафаэль был уверен, это сделано преднамеренно.

Не для того, чтобы скрыть отметины ботинок, а чтобы осколки стекла наверняка остались погребенными глубоко в теле и причинили мучительную боль, когда Ноэль очнется.

— Насколько он плох? — Тихий вопрос.

— Хуже некуда.　

Елена положила раненую руку поверх колена, сухожилия бледнели на фоне темно-золотистой кожи.

— Ты доверяешь Илии?

— Это не более, чем попытка поиграть со мной. — Если бы Илия решил убить его, то не стал бы тратить время на детские игры. — Илия не желает новых завоеваний.

Елена встретилась с ним взглядом, было видно, что она огорчена тупиком.

— Могу ли я чем-то помочь?　

— Чем сильнее ты становишься, тем труднее тебе навредить.

Ее лицо напряглось, словно она услышала нечто, не предназначенное для ее ушей.

— Для тебя это личное, также как и для Иллиума и всех остальных.　

— Я не позволю, чтобы с моими людьми обращались, как с вещью.

И он хладнокровно прикончит каждого, кто осмелится преследовать Елену.

— Таково же правило охотников. Нападают на одного, нападают на всех нас. — Быстрый кивок. — Чую, ты кого-то подозреваешь.

— Назараху более семи веков, и, как для многих древних, боль приносит ему наслаждение.

Между Назарахом и Рафаэлем существовала ментальная связь. Если он станет убивать, его казнь отзовется криком во всем мире.

Елена играла рукояткой кинжала, Рафаэль не видел, как она его достала.

— Тогда ты и понимаешь, что переступил черту. — Она посмотрела на него, в глазах испуг. — Когда боль становится приятной.

— Ты никогда не пересечешь эту линию, — запротестовал Рафаэль и, подойдя к ней, заставил встать.

Может он не уверен насчет себя, но нисколько не сомневался в Елене.

— Откуда ты знаешь? — Ее лицо, словно маска, скрывающая тысячи ночных кошмаров. — Я радовалась смерти Урама. Была так чертовски счастлива, что ублюдок мертв.

— Ты наслаждалась его болью? — пробормотал Рафаэль в ее ухо. — Улыбалась, когда текла его кровь, когда горела его плоть? Смеялась, когда я лишил его жизни?

Он почувствовал ее несогласие раньше, чем она помотала головой и крепко его обняла.

— Все еще беспокоишься?

— Да. Видимо, жестокость — признак вечной жизни и власти.　

Рафаэль вспомнил о Ли Цзюань, поднимающей мертвых и играющей с ними, как ребенок с игрушками.　

— Я заглядываю в свое сердце и вижу там бездну, смотрящую на меня.