— Тогда я бы тебя не заинтересовал, — ответил Рафаэль, положив руку Елене на талию. — Это Елена.
— Твоя охотница. — Когда Ли Дзюань впилась в неё взглядом своих бледных глаз, Елене понадобилась вся сила воли, чтобы не отступить назад, не спрятаться.
Поскольку Ли Дзюань была монстром. Таким, как те чудовища, что прячутся под кроватями и которыми матери пугают своих детей. И которых никто и никогда не должен видеть.
— Леди Ли Дзюань. — Официальное обращение, выученное благодаря Джессами, Елена произнесла нормальным тоном, хотя и не поняла, как это у нее получилось.
Ли Дзюань посмотрела на шею Елены:
— Ты не надела ожерелье.
Охотница не отвела глаз, даже не смотря на то, что внутри пылала от ярости.
— Мне больше пришелся по вкусу подарок Рафаэля.
— Клинок — такое украшение было модным в другие века. — Предмет внимания Ли Дзюань изменился, словно ожерелье, принесшее Елене столько боли уже её не интересовало. — Такие прекрасные крылья. Покажешь их мне?
Елена не хотела ничего показывать этому созданию, но её просьба была вежливой. Охотница не собиралась устраивать политический инцидент из-за того, что Ли Дзюань выглядела настолько не от мира сего, что это не поддавалось пониманию.
Она передвинулась, освободив себе побольше пространства, и раскрыла крылья, которые подарил ей её архангел вместе с новой жизнью. Но, когда Ли Дзюань протянула руку, чтобы прикоснуться к ним, Елена сложила их обратно.
В то же время Рафаэль сказал:
— Нарушать правила поведения — совсем на тебя не похоже.
— Примите мои извинения, — ответил Ли Дзюань и опустила руку, продолжая следить, не отрывая взгляда, за теми частями крыльев, что выглядывали из-за тела Елены. — Мое единственное оправдание это то, что твои крылья действительно уникальны.
— Спасибо, — ответила Елена, мечтая спрятать свои крылья подальше.
Ли Дзюань приняла благодарность так должное.
— Как ты видишь, мои совсем обычные.
Она расправила свои крылья.
Они оказались светло сизого цвета. Нежными и единственными в своем роде благодаря невероятной бархатистости.
— Возможно и обычного цвета, но из-за этого они не менее прекрасны, — произнесла Елена.
Ли Дзюань сложила крылья.
— Такая честная. Этим она тебя и зацепила?
Рафаэль не ответил прямо.
— Тебя мало интересуют такие земные эмоции.
— Ты меня заинтересовал. — Коснувшись его ладони, Ли Дзюань указала рукой по левую сторону от себя. — Я подумала, мы сможем поужинать в неформальной обстановке.
Елена еле сдержалась, чтобы что-то не сказать в ответ. Хоть эта комната и не была столовой, но её убранство и богатство не возможно было описать словами. Задняя стена состояла из зеркальных панелей в витиеватых рамах из золота, справа висели гобелены, которые явно стоили сотни тысяч, на передней стене находилось множество окон, через которые открывался вид на сияющую, всегда элегантную, празднующую толпу придворных внизу.
Стену слева, под которой они должны были сидеть, украшали бабочки.
Елена неохотно подошла к креслу с обивкой великолепного нефритового цвета. Она просто не смогла отвести взгляда от созданий, застывших в состоянии вечного сна.
— Здесь нет стекла, — пробормотала охотница себе под нос. — Как вы сохраняете их от разложения?
Ли Дзюань в очередной раз звонко рассмеялась. Сердце Елены сковало льдом, как только до неё дошло, что она сказала.