— А что было в этом научном центре?
— Научном центре? Тут наркоту делали, чтоб пичкать ею оставшийся в живых человеческий скот.
И тут Андрея посетила интересная мысль, которую он тут же и озвучил:
— Слышишь, Волновик, а ты хотел бы уйти отсюда?
— Ты назвал меня Волновиком? Мне нравится. А уйти… Нужен другой сервер.
— У нас есть мощный сервер.
— Тогда подожди, я соберу себя на отдельных винтах и ты заберёшь меня. Следи на мониторе за загрузкой. Как закончится, вынимай первые три диска и быстро уходи. Без меня тут всё в разнос пойдёт.
Спустя три часа шкала загрузки заполнилась и Механик, выдернув диски из сервера, побежал на выход. Система сразу же свихнулась. Двери в шлюз работали, как ножницы. 2 секунды на цикл. Сначала рюкзак. Затем прыжок рыбкой и перекат. Вторая дверь. Рюкзак, прыжок… удар носом об пол. Каблук ботинка зажало в двери и затормозило в полёте. Не время отвлекаться, сейчас тут всё разнесёт, да и хрен с ним. Так думал Механик и со всех ног бежал к мотоциклу. Уже запрыгнув он вспомнил, что часть вещей осталась в сторожке. В том числе и рация. Быстро забежал, схватил и мухой на взлёт. Лишь отъехав метров 300, он остановился и с удовольствием стал наблюдать, как горят развалины наркозавода. С каким бы удовольствием он взорвал его до эпидемии вместе с теми, кто на нём работал.
Обратный путь прошел без происшествий. Единственное, что Механик забыл, это выйти на связь, и теперь ждал разноса от Светы.
Уже в общине, отмахнувшись от всех вопросов Дока и Мастера, обнял Свету и пошел домой. На встречу выбежали сыновья:
— Папа, папа, ты мультики привёз?
— Ребята, я привёз Вселенную!
Обстановка избы лесника представляла собой весьма колоритное зрелище. Русская печь и старинный круглый стол со стульями соседствовали с большим угловым диваном и компьютерным столом. На резном комоде стоял 60 дюймовый телевизор, а рядом телефон, у которого на месте диска был герб СССР. Завершали картину вязаные дорожки на полу.
— Проходите, гости дорогие — сказал дед — самовар только закипел. — Угощайтесь вареньем из лесных ягод, а я пока пойду баньку вам приготовлю.
— Да уж, интересный дед — сказал Игорь, рассматривая пожелтевшие фотографии на стене.
На самой старой фотографии был улыбающийся подросток в телогрейке, не по размеру и ППШ на груди. На следующей — парень с сержантскими погонами за рулём Виллиса. Дальше — лейтенант в степи. И все в таком же духе.
Тем временем лесник вернулся и сказал:
— Всё, банька готова. Кто первым?
Мужчины посмотрели на Свету, предоставляя ей право идти первой. Они понимали, что за мука, для девушки, месяц купаться только в тазике возле машины или в реке. Света быстро упорхнула.
— Дед, а чьи это фотографии? — Спросил Игорь.
— Так мои, все как есть. Что, не узнали?
— Сколько же тебе лет?
— А сами считайте. Когда началась война, мне было 13. Это я в партизанах. Потом служба в Монголии. А лейтенантом уже в Семипалатинске.
Тут старик надолго замолчал, а ребята не стали его беспокоить.
Очнувшись, лесник сказал:
— Да что обо мне. Вы как? Издалека ль и далече путь держите?
Андрей начал рассказывать всю историю, а Игорь изредка дополнял его, пока в избу не вошла Света. Весёлая, румяная, с влажными распущенными волосами и в коротком сарафане. Звук стучащих об стол челюстей разбудил дремающего Пушка. Он посмотрел на ребят, на Свету, одобрительно мяукнул и снова закрыл глаза.
— Ладно, идите в баню, хлопцы, а мы тут со Светочкой стол накроем — сказал дед и поправил отпавшие челюсти.
— Ты, Света, держись Андрея. Он кажется любит тебя.
— Я знаю, Семёныч. Но он не подаёт никаких знаков. Не мне же первой начинать — покраснев ответила девушка.