Сколько шли мы я не знаю. Стук каблучков гулко разносился эхом по мраморному полу нескончаемых лабиринтов. Казалось дворец, вернее «обсерватория», была пуста, никто нам на глаза так и не попался. Мелькнула лишь в одной из бесчисленных развилок гигантская люстра главного зала. Наконец, мы дошли, и слуга распахнул передо мной двери обеденной комнаты.
"Бензином здесь и не пахнет, – с удивлением подумалось мне, - в прямом и переносном смыслах!"
Алистер подошел к портрету вплотную, снял его, повертел в руке, а затем выдохнув, будто перед прыжком в ледяную воду, решился:
- Я понял, что она всегда такой была. А еще, - Макс понизил голос до шёпота, - я понял, какая ты на самом деле.
***
- Эй, сюда! – шепнули из небольшого ответвленного коридорчика.
- Лив, что он сделал с тобой? – интересовался Расти на ходу.
- И не думал, – невозмутимо произнес королевич.
- Спрыгнул, конечно! – серьезно проговорил он. – Иначе, не смог бы тебя спасти. Не делай так больше!
Я сидела какое-то время молча, в кромешной темноте и тишине, прижатая к бывшему любимому парню, и не могла никак осознать его столь внезапные признания. Это выглядело все равно, что самый крутой парень из школы вдруг влюбился в лузершу и отправился спасать её в средневековье… самое смешное, что так оно и было на самом деле!
***
- Если бы любил, то всё бы давно рассказал, и про твое происхождение, и про меня. И никогда в жизни не допустил нашей с тобой встречи.
- Всё глухо Лив. Мы в каменном мешке. – его слова гулко раздавались в темноте.
Так вот почему он пялился на мою шею! Прикидывал, какое украшение подойдет, а я… дуреха, ничего не скажешь.
Одно дело, когда рассказывают, что рюкзак и вещи любимой были обнаружены залитыми кровью, и совсем другое, видеть след своими глазами. Сердце его защемило болью и тоской, а еще чувством вины.
- Ну. Смотрела. – не стала отрицать я. – А теперь всё изменилось.
Бывшая задумчиво оглядела придорожные кусты, прикидывая про себе что-то.
- Хорошо, что он тебя не покалечил… а мог ведь! – продолжала бубнить младшая сестра.
- Чего молчишь? – хмыкнула Лали.
- Идём! – кивнул Макс и решительно поднялся с табурета.
- Посидите тут, альета, Лив. Я сама всё вымою и воды для Флёр натаскаю.
Пока я, замерев от восторга, оглядывала все вокруг, к нам тихо просеменила женщина, одетая на манер медсестер в поликлинике – голубая курточка и брючки. На ногах мягкие тапочки, отороченные синеватым мехом неизвестного животного.
- Эй, больно! – вскрикнула я от неожиданности.
Лордон? Что? Он сказал Лордон? Стивник и Лордон… о, Боже! Тогда это многое объясняет, но как это возможно?
- Ты, тварь, на что намекаешь? – до Макса стало постепенно доходить - ситуация гораздо хуже, чем казалась до этого.
«Как же кстати!» – с облегчением подумала я. – Ну и принц! Проявляет просто чудеса заботы!
Поставив миски с дымящимся бульоном, Лали кинула красноречивый взгляд на Оксану.
- Могу предложить колу, – бармен не издевался, он реально хотел помочь.
- Отпустил бы, но передумал! – нагло ухмылялся принц, словно забавляясь с новой игрушкой.
- Скоро увидишь! – повел глазами прекрасный принц. – Тебе понравится.