– Ты сейчас доиграешься, Сола, – зашипела Ника.
– О, да! Этот парень здорово проявил себя в бою. Его Величество, как всегда, будет весьма доволен своим любимым сыном. Но, как видите, – он указал на свой закрытый глаз, – я тоже не подкачал.
– Никто не сможет обойти правила. Отбор еще не закончен! – вскипел Рога.
– Мы можем договориться. Года хватит?
– Не знаю. Наверное, потому, что больше предложить не могу.
– Никто не станет…
– Как я и думал!
– Ты еще чего тут забыл?! – недовольно воскликнула Ника.
Ника вскочила на ноги и бросилась в сторону обидчика. Красные глаза засияли ярче прежнего, придавая ей еще более грозный вид. Рога еле поспел схватить сестру за рукав и оттянуть назад, прежде чем она сумела одарить грубияна пощечиной. Чему я, кстати, не обрадовалась. Пусть и не всегда, но именно в данной ситуации я была с ней полностью солидарна. Этому самовлюбленному увальню явно не хватало хорошего леща.
– Думай, что говоришь! – взревел Рога.
– Кажется, та, к кому вы столь бесцеремонно заявились, – сказал Ника, – не горит желанием и далее пребывать в вашем обществе.
– Станут!
Он, как и я, не пришел в восторг от услышанного. Хотя, в какой-то мере его реакция все же меня обижала. Я была желанной невестой для всех здесь, кроме него…
– Над кухней? Бывшая королева жила над кухней?
– Что именно я должна знать?
– Как грубо, – хмыкнул тот. – Я пришел не к вам, а к госпоже Иране.
– Тебе здесь не место, Сола, – вмешался в назревающий спор Рога.
– Что? – удивилась я.
Брат с сестрой удивленно повернулись в мою сторону. Я быстро замотала головой:
– Как я рад видеть вас в целости и сохранности, – добавил он с усмешкой, посчитав мою реакцию забавной.
– Несложно было догадаться. У нашей мамы туго с фантазией, она обычно орудует тем, что проще и очевиднее.
– Знаешь, я ее ненавижу так же сильно, как и ты. Но сейчас не думаю, что она сделала что-то не так. Твой эгоизм уже просто зашкаливает, братец! Обернись! Не только ее существование зависит от тебя, но и мое! Мое, понимаешь?
– Ты как сюда попал? – продолжала гневаться Ника.
По моей спине пробежали мурашки. Сердце замерло в ужасе. Я узнала этот голос. Слишком хорошо помню этот злосчастный тембр.
– Кто бы знал! – Ника отошла и плюхнулась в кресло. – Возможно, чтят память одной из самых уважаемых женщин в истории Дракардии?
– Мы прямо над кухней, – пояснила Ника. – Здесь всегда жарко.
Резко обернулась и заметалась взглядом по комнате в поисках призрака, но ничего необычного, кроме пестрящих цветами стен, так и не нашла.
– Сколько ты хочешь прожить? Месяц? Два? Три? Может быть, год?
– Слухи ходят, что сразу после парада будет объявлено о вашей свадьбе, дорогая госпожа Ирана.
Рога выглядел таким же удивленным, как и я, в отличие от Ники, которая продолжала злобно скалиться на Сола.