Вид был такой, будто меня покусали пчелы-убийцы. Красно-синий лоб распух и торчал навесом над глазами, которые, к слову, превратились в едва заметные щели. Неровные три зашитых полосы с засохшими кусками крови придавали всей картине еще больше трагизма.
– Прости, я была не права. Мне не стоило грубить.
– Как минимум – ужасно танцевала. Как максимум, тебя запомнят как Ирану с самой отвратительной улыбкой на свете! Ты даже стоять красиво не умеешь! Все время сутулилась. В твоих движениях совершенно нет изящества! Ирана – наша будущая королева, а ты больше похожа на плохо обученную служанку, только недавно приступившую к работе.
– Вот это да! – наигранно воскликнул тот. – Госпожа Ирана снизошла до благодарности простому слуге?
– Я попытаюсь, но ничего не обещаю. Скорее, придется просто замаскировать.
Люка подошел ко мне, все быстро отошли в сторону. Сейчас что, искры полетят? Чего они так задергались?
– Поставьте на кровать, – скомандовал Люка.
– Так пробуй! Чего стоишь?! – не выдержала Ника, которой тоже не пришлись по душе его наигранные сомнения.
– Я замолвлю за тебя словечко, все-таки это было ради госпожи Ираны, – отмахнулся Люка, то ли сжалившись над ним, то ли пытаясь намекнуть, что теперь я у него в долгу.
– Вот, собрал все, что было.
– Вы разбили стекло лбом. Я полночи и утро вытаскивал осколки и зашивал порезы. Вид у вас не очень! Но Люка обещал помочь… Если его магия на вас вообще подействует, вы все-таки из другого мира…
– Зачем?
– Пока нет, – ответил Люка. – Он не оставил никаких следов.
– Что же мне теперь делать? – Дога схватился за голову и присел. – Все мои запасы!
Я была в шоке. От этих полос точно останутся уродливые шрамы! Откуда руки у этого лекаря растут? Даже я, а у меня они точно не золотые, и то шью аккуратнее! Лучше бы Зире иголку дал!
– Фу! – закричала Ника, и я поняла, что «ползанье» мне не померещилось.
– Госпожа Ника, вам не следует так ее трясти, – тихо выказал свою обеспокоенность лекарь, за что я была ему благодарна.
Меня нарядили в коричневое платье – мой нелюбимый цвет в довесок к прекрасному дню – и усадили за трюмо. Зира принялась прочесывать спутанные волосы, а Дана – доставать косметику и украшения из ящиков.
Я внимательно наблюдала за его действиями, но ничего не могла понять. Травы и склянки просто лежали в разнобой. Он пентаграмму рисует или просто издевается?
Дым от сгоревших лекарств поднялся вверх, собираясь в плотное облако. Оно двинулось вперед и зависло прямо надо мной. Люка прокричал что-то зловещее и невнятное, и в этот момент облако взорвалось, а иголки выпрыгнули из-под моей кожи наружу и упали на кровать. Черные, слизкие, перемазанные в крови, они недолго лежали на месте. Внезапно каждая из них ожила, превращаясь в омерзительных червяков, которые быстро сползли на пол. Лоб защекотало.
Зира сочувствующе посмотрела на нее. А я выпала в осадок: как можно желать смерти целому клану из-за того, что кто-то просто мешал тебе спать? Нет, я никогда не пойму этих драконов, да и не собираюсь даже пытаться!
Зира повернулась к нему с выпученными глазами, словно еще секунда – и она надает ему хороших тумаков.
– Прошу вас не дергаться, в этом месте волосы сильно спутались, я боюсь сделать вам больно… ненароком, разумеется.
– А смысл мне здесь стараться? Меня же все равно…
– Не думаю, – вмешалась я. – Они бы не стали так рисковать.
– Да. Тогда, помнится, из клана Динария специально выкрали одного, он смог остановить кровотечение после того, как ей отгрызли руку.
– Ее тоже накажут? – испугалась я.
– Сядьте на середину.
– Колдун не стал пить вашу кровь, он собирался вас похитить. Значит, хотел разделить вас с кем-то еще, иначе бы сделал все здесь. Справиться с вами не так уж и сложно, – он указал рукой на меня, намекая на худощавое телосложение. – Служанки нашли бы вас только утром. А если уж он настолько силен, что может летать, то вполне мог бы к этому времени пересечь океан.
– Вам нужна моя помощь или как?