— Прекрасно, я тоже с удовольствием съем что-нибудь японское.
Юдит расслабилась, ей показалась, что нелепую ситуацию удалось сгладить. Она даже не поняла, что Габи обо всём догадалась. И уж тем более не знала, что уже через пару часов её Габи окажется в объятиях Фриды, а потом будет удовлетворять ненасытную страсть майора Вароша, и к концу «занятий» сделает приятно ещё одному посетителю, который щедро наградит её за старания.
Ожидая доставку, Габи пошла к себе в комнату, и усевшись на кровать, достала телефон. Ей не терпелось посмотреть фотографии, которые вчера снимал знакомый фотограф Фриды. Впервые она позировала обнажённой. Это оказалось так возбуждающе. Ничего особенного не происходило — она и фотограф, а как было приятно. Иногда даже казалось, что это приятнее самого секса, щекотало где-то под ложечкой и сладостная истома сковывала мышцы.
Габи разделась, и слегка смущаясь вошла в кадр. Фотограф долго смотрел на неё, потом подошёл, поправил волосы, и как бы случайно прикоснулся рукой к её груди, а когда вернулся к фотоаппарату, то она заметила то, что не могли скрыть его узкие джинсы. Габи улыбнулась, и с этой минуты между ними образовалась незримая связь — он возбудился, а она расслабилась. Работалось в удовольствие. Позы придумывались сами собой. Вспышки выхватывали из полумрака её очертания, запечатлевая в статичных кадрах скрытую под девичьей оболочкой суть.
Габи приняла душ, и они потом долго рассматривали на экране ноутбука отснятые кадры, выбирая лучшие. Фотограф краснел, когда переходил к весьма откровенным снимкам, старался побыстрее перелистывать их, но Габи останавливала его и подолгу любовалась своими прелестями. Никогда ещё она не видела себя в таких ракурсах, и увиденное приятно возбуждало. Ей казалось, что она влюбилась в себя.
— Я вам понравилась? — игриво спросила она фотографа.
— Ты лучшая из всех, кого я снимал, — запинаясь произнёс он.
— Я заметила, что понравилась.
Тот забросил ногу за ногу.
— А хотели бы попробовать меня?
Фотограф пристально посмотрел в глаза Габи и кивнул.
— Тогда ложитесь. И никаких вольностей. Понятно? Просто лежите. Но только одно условие, вы отдадите мне те деньги, которые вам дала Фрида за съёмку.
— Конечно, — согласился он, и улёгся в центре студии прямо на расстеленный фон.
— А помыть его вы не хотите?
— Ой, прости, — вскочил с пола фотограф, и придерживая расстёгнутые джинсы, побежал в душ.
Их игра не заняла много времени, Габи была сильно возбуждена, и ей достаточно было лишь небольшого проникновения, и несчастному фотографу вполне хватило этого.
— Это, наверное, был самый короткий секс в моей жизни, — улыбнувшись, произнесла Габи, — всё равно было приятно. Если захотите продолжить, позвоните Фриде, она назначит время, но учтите, мои услуги стоят дорого.
— Я это уже понял, — прошептал фотограф.
— И, пожалуйста, не говорите Фриде, что у нас, что-то было и что вы отдали мне её деньги. Хорошо?
Он утвердительно кивнул.
— А какая фотография вам больше всего понравилась? — спросила Габи.
Они не одеваясь подошли к компьютеру.
— Вот эта, — он ткнул пальцем в монитор, — я бы её увеличил…
— И что? Дрочили бы на меня?
— Дрочил бы… Честно… Дрочил бы каждый день. И сегодня буду дрочить, и завтра…
— Не мучайте себя, просто приходите в салон к Фриде, и не забудьте о моей просьбе.
И вот сейчас Габи снова рассматривала свои фотографии, и понимала тогдашнее желание фотографа. Если снимки возбуждали её, то что уж тогда говорить о нём. Она даже пожалела, что нужно ожидать эти дурацкие суши, ведь можно было бы по-раньше поехать к Фриде и заняться с ней любовью.
Интересно, подумала Габи, а папа с мамой снова будут трахаться когда я уйду. Что-то зачастили они.
ГЛАВА 21
Стас проснулся только к обеду, он вышел из спальни, где Тереза ему постелила, и непонимающим взглядом осмотрелся.