— Это кипрей или иван-чай, — сказала тётя Сима-агроном. — Его сюда ветер занёс.
Вот здесь на старом заборе, где между доской и жердью скопилась земля, пробивается травинка, а там, среди кучи щепок уже вырос целый кустик. А вот вдоль улицы летит пушинка. Да не одна, их много!
— Тётя Сима, а ведь это здорово! Никто деревья не сажает, а они сами путешествуют, куда хотят. Молодцы, пушинки!
Тётя Сима только головой покачала.
— Молодцы, Митя, да не очень. Видел, сколько чертополоха растёт вдоль дорог? Это наш враг. Когда он вызреет, то разлетятся пушинки по всем полям и вырастут везде сорняки. Если б ты знал, малыш, сколько сил надо приложить, чтобы выполоть их! — тётя Сима вздохнула. — Иногда из-за сорняков комбайном поля нельзя убирать, столько их там вырастает. Вот и обкашиваем мы обочины дорог, чтобы и на полях было чище, да не всегда в колхозе рабочие руки на это находятся…
Митя посмотрел на свои руки, схватил вдруг саблю и бросился к Васе…
Возвращаясь домой, колхозники увидели у дороги настоящее сражение. Три мальчугана, размахивая деревянными саблями, не на жизнь, а на смерть бились с чертополохом.
— Р-р-раз! — и летит наземь макушка вредной травы-татарника.
— Два! — ломается пополам крепкий, как палка, стебель.
— Три! — и противник валится на груду поверженных злодеев.
Раскраснелись Миша, Вася и Митя, вспотели, но не сдавались. Сплеча рубили они врагов картошки, моркови и всех колхозных полей. И только тогда сделали передышку, пока последний, самый здоровый кустище не свалился на землю.
…Летят над деревней пушинки. Летят издалека, за много-много километров. Это не просто пушинки, это семена-путешественники отправились завоёвывать новые земли.
Митя хвастает
Собрались однажды на Митином крылечке ребята. Это уже под вечер было, после ужина. Целый день ребята не видались. Стали рассказывать, кто как время провёл.
— Я, — говорит Вася, — с мамой на покос ездил. Ух, и хорошо там! На тракторе с дядей Федей катался, а потом меня Валерий на возу с сеном прокатил и дал немного лошадью поправить. Здорово! Потянешь за вожжу — Орлик сразу идёт, куда надо. Умный он.
— А я, — сказала Маринка, — сама к обеду картошки начистила. И все, все ели суп из моей картошки. Всех я накормила. А потом купаться ходила, и видела, как дяденька художник картину у речки рисует.
— Это что, — сказал Митя. — Мы с бабушкой варенье варили, и я пенки ел. Вкусно!
— А меня, — тихонько проговорила Сонечка, — кошка оцарапала. Мама меня мазала йодом, а я не плакала. Вот! — И она протянула забинтованный палец.
Ребята засмеялись. Очень уж смешной был Сонечкин палец, словно маленькая белая куколка — столько бинтов на него накручено.
— Хорошая у художника картинка, — вздохнула Маринка. — Всё как взаправдашное. И Петляйка, и лес, и стога на лугу. Красиво!
— У нас лучше, чем в городе, — сказал Вася. — В городе и купаться негде и ягоды собирать негде. И лошадей там нет.
— Зато у нас троллейбусы есть, а у вас нет, — обиделся Митя.
— Ну и что, что троллейбусов нет. У нас в колхозе зато свой автобус есть. Ни у кого нет, а у нас есть, — затараторила Маринка. — На нём колхозники в район иногда ездят, а учеников в школу возят.
— Я в детский садик хожу, а у вас его нет, — похвастался Митя.
— Вот и не знаешь, вот и не знаешь! — перебивают друг друга ребята. — У нас тоже будет садик. Видел, у правления большущий дом стоит — это нам. Нас уже записали, и Марину, и Сонечку, и всех других ребят, кто в школу не пойдёт. Мы тоже будем в садик ходить!
Митя растерялся. Что бы ещё сказать?
— У нас кинотеатр есть, — проговорил он.
— А к нам в клуб кино приезжает. И колхозники сами — знаешь, какие представления дают!
— У нас в городе парк во какой! Даже заблудиться можно.
— А наш лес лучше, в нём грибы и ягоды есть. И даже орехи.