— Зависть очень плохое чувство, — поддержал её муж. — Из-за него может случиться много бед.
— Кто тут говорит о зависти? — в комнату вошла свекровь. — Тот, кто кому-то завидует, не получает вкусных блинчиков, — привела она важный для детей аргумент.
— Я не завидую и хочу получить самую большую порцию! — раздался из коридора голос свёкра. — Кстати, если не поспешите, я всё съём. М-м-м, тут ещё и клубничное варенье… — протянул он в явном расчёте на внуков.
— Я тоже хочу-у-у! — Стеша умчалась на кухню, за ней с улыбкой вышла бабушка.
Стефан тоже глянул было в сторону двери, но разговор с отцом был важнее. Сын внимательно слушал напутствия Ярослава и подавал ему шурупы.
— Так что первым драку не начинай, — подвёл итоги Яр, — но вступиться за Стешу, если её обижают, ты должен, тут мы с мамой согласны.
Закончив с полкой, отец и сын отправились за своей порцией блинчиков. Виолетта замыкала шествие, можно сказать, как пастух пасла своих драгоценных овечек. Большой стол, которым Ланины обзавелись для таких вот совместных посиделок, был накрыт изящно и со вкусом. Невестка со свекровью старались создать в доме уют, чтобы мужчинам было приятно проводить время рядом с родными, а не искать комфорта на стороне.
Виолетта наслаждалась ароматным чаем и с нежностью смотрела на свою семью. Да, Ланины стали для неё настоящей семьёй, куда более близкой, чем родные мама и папа, которых она навещала так часто, как могла, но каждый раз после возвращения испытывала невероятное облегчение, словно вновь и вновь вырывалась из плена.
Что уж говорить о малышах… Эти двое карапузов заняли надёжную нишу в её сердце и с каждым днём проникают в душу всё глубже и глубже. Бог оказался милостив, и дети почти не походили на родного отца. Немного экзотические черты лица компенсировались зелёными глазами и светло-каштановыми волосами. Виола не переставала молиться и благодарить генетику, которая оказалась на её стороне, хотя ещё неизвестно, не проявятся ли отголоски кавказской крови у внуков.
Во время беременности она штудировала интернет и искала фотографии детей из смешанных браков, надеялась, что шансы на удачный исход есть. И действительно, у славянских женщин и мужчин других национальностей нередко рождались дети, напоминавшие отцов только отдельными элементами внешности, которые гармонично сплавлялись с наследием, доставшимся от матери. Такие детишки выглядели очень красиво и необычно, что как раз можно сказать о Стефане и Стефании. Как бы там ни было, бабушки и дедушки с обеих сторон подозрений не выказали и дружно решили, что малыши всё же похожи на маму и кого-то из более ранних предков. Яр не говорил ничего, хотя по мере взросления деток иной раз поглядывал на них очень задумчиво.
Сегодняшний воскресный день, когда вся семья была в сборе и могла насладиться обществом друг друга, обещал быть приятным и «отдыхательным», как говорит Стеф. А ещё «сладкоежным», как называет его Стеша. Но один телефонный звонок разом разбил всю идиллию, по крайней мере для Виолетты. Звонила Марья Павловна, директриса школы: гимназия отмечала торжественный юбилей, семьдесят лет со дня основания, и их с Яриком как бывших выпускников попросили станцевать на празднике… совсем как в старые добрые времена.
В Виоле моментально всколыхнулись все неприятные воспоминания, хранимые в сердце с той страшной выпускной ночи. Будто ушат ледяной воды плеснула за пазуху.
— Мамочка, что случилось? — Стеша взяла Виолу за руку. — Тебе сказали что-то плохое?
— Ма-ам? — вопросительно протянул Стеф и несильно подёргал её за юбку.
— Виол, что там? — забеспокоился и супруг.
— Нас приглашают выступить с танцем на юбилее школы…
— Станцевать на юбилее? — уточнила тётя Света. — Так это же хорошо! Видите, вас помнят даже спустя столько лет.
Возможно, кто-то другой и был бы польщён этим предложением, но не Виола. Такого возвращения в прошлое ей не хотелось. Не сейчас, когда жизнь потихоньку налаживалась. Начиная с пятого класса они с Яром танцевали на подавляющем большинстве школьных мероприятий. Были своеобразной изюминкой любого концерта. Правда, вскоре к изюминке прибавился и орешек: в седьмом классе с пьедестала главных танцоров их потеснила пара Гаджиев-Дорохова.
В итоге с лёгкой руки директрисы они разделили сферы влияния: Виолетта танцевала латиноамериканскую программу, а Тимур европейскую. Его партнёрша Лена, которая училась в параллельном классе, блистала в роскошных бальных нарядах, которые Виоле и не снились. Дорохов-старший заботился о дочери, да и семья Гаджиевых была совсем не бедной. Нет, техника у Елены хорошая, она не пустышка, выезжающая на папиных деньгах, но эти самые деньги открыли ей много дверей, о которых и не мечтали многие другие, кому не так повезло с родителями.
Масла в огонь добавила и Рита, к которой Виола заглянула вечером на чай. Устроившись на уютной кухоньке, они болтали о популярном танцевальном шоу, когда подруга вдруг произнесла злосчастное имя, услышав которое Виолетта невольно стукнула ложкой по чашке.
— Кстати, ты знаешь, что Тимурчик вернулся? — Ритка всегда была в курсе последних новостей, так что её осведомлённость ничуть не удивила. — Вернее, они с Ленкой. Ах да, я и забыла, что у тебя настоящий информационный вакуум, ты единственная из наших, кого нет в Одноклассниках. Ох, опять вы будете соперничать…
А Виоле и не нужны никакие Одноклассники, она и так в курсе, что Лена Тимуру уже давно не просто партнёрша, а жена! У них даже пятилетний ребёнок имеется. Виолетта упустила момент, как и когда между чемпионатами Елена успела родить, но на танцах её материнство никак не отразилось. Вот что значит хорошая физическая форма и годы тренировок!
Виола, которая избегала разговоров о Гаджиеве и была бы рада ничего о нём не знать, по долгу профессии следила за крупнейшими танцевальными чемпионатами, а он постоянно там мелькал среди финалистов. Временами появлялись и Ритка с Вовой, но куда реже. Так что волей-неволей Тимур продолжал мельтешить перед глазами.
Узнав, что он стал отцом, Виолетта испытала неприятное удивление. Выходит, Гад всё-таки способен на серьёзные отношения. Вон, не только женился, а ещё и ребёночка завёл… Или это была женитьба по необходимости? Соблазнил Дорохову, но её отец не из тех, кто оставит такое просто так, поэтому заставил жениться? Впрочем, об этом можно строить лишь догадки, кто там разберёт, где правда, а где ложь?!
— И к-когда он вернулся? — запнувшись, спросила Виолетта.
— Да на днях буквально. В курсе, что Тимурчик танцевальную студию у нас открывает? — сделала страшные глаза Грибанова. — Ездил с Ленкой туда-сюда, мотался по миру (Америка, Европа, Азия), потом в столице ненадолго осел, а теперь, кажется, насовсем решил вернуться. Видимо, столичная конкуренция ему приелась, а тут (да с его-то уровнем!) можно очень хорошо устроиться.
— То есть там он всем жизнь уже отравил, теперь приедет, чтобы и нам травить, — не удержалась Виола.
— Злая ты сегодня, — усмехнулась Ритка, прихлёбывая чай. — Но если вспомнить ваше прошлое, оно и немудрено.
— Я не злая, я справедливая.
— Ладно, ладно, справедливая ты наша. Но я действительно в шоке, что ты вообще не в курсах о происходящем, — подруга отправила в рот шоколадную конфету. — Ты в соцсети хоть иногда заглядываешь? Да и вообще, погуглить можно, их пара сейчас очень известна.