Превосходство разума (издательская редактура): читать начало книги онлайн

Глава 2

— Ван…Волшебник Ван… — Я повертел в руках чудом уцелевший при уничтожении стола миниатюрный горшочек с полузатертыми от возраста угловатыми буквами, складывающимися в словосочетание «Правая почка» и покатал на языке имя, которое вроде бы было моим, однако довольно короткий набор звуков не вызывал принятия. Но и отторжения тоже. Пожалуй, он казался каким-то…Неправильным? Незавершенным? Однако, других вариантов никто из присутствующих предложить не мог. А жаль, очень жаль. Была надежда, что имя поможет развеять туман, сгустившийся над воспоминаниями. — Как-то коротковато, не находите? Интересно, а кто-нибудь из тех уродов, что отрезали часть моей души дабы присобачить её одному из своих друзей и тем изрядно увеличить силы того подонка, может знать полный вариант?

— Скорее всего, друг мой, — поспешил заверить меня облаченный в доспехи гигант, главной деталью облика которого являлась клочковатая рыжая борода. Торчащие в разные стороны грязными бесформенными колтунами волосы скрывали собой и рот, и нос и вообще все кроме блестящих черных глаз мужчины, неудачно примерившего трофейные доспехи. Или скорее удачно, ведь в единственный имеющийся комплект брони он все-таки влез, а что растительность на лице в металлическую шапку не вмещается — это уже мелочи. Здоровяк представился бароном Форстом Трехручьевым Седьмым и именно ему я был обязан своим пробуждением от искусственно поддерживаемого сна. А он в свою очередь считал, будто находится у меня в неоплатном долгу за прошлые заслуги. — Все же вы далеко не рядовая жертва…Да чего уж там, я далеко не рядовая жертва и наверняка запал бы в память упырям, а мне до вас было уровней сто!

Из окна задувал холодный ветер и открывался просто изумительный вид, как и всегда бывает, если смотреть на мир с большой высоты. А тут она была очень большой, ведь мы находились почти на самой вершине какой-то воистину циклопической башни. Да и пейзажи не подкачали. Раскинувшийся на десятки километров в разные стороны город, где встречались как и районы с относительно низкой застройкой, так и высотки на пару десятков этажей, внушал даже сам по себе. А сейчас, когда его весьма активно штурмовали, зрелище и вовсе захватывало дух. Больше всего внимания привлекал огромный черный дракон, чей размах крыльев составлял никак не меньше километра. Титанических размеров ящер на огромной скорости кружил вокруг двух парящих прямо в воздухе бастионов и рвал их толстые каменные стены ударами лап и хвоста, стараясь избегать плетей непонятных зеленых молний, которыми огрызались оба рукотворных летающих острова. В паре десятков километров от нас сверкало на солнце море, где темными пятнами выделялись боевые корабли. Очень большие корабли, некоторые размером аж с целый городской квартал. И временами прилетающие с той стороны огненные шары сносили сразу по несколько зданий, оставляя после себя обугленные каменные остовы и пытающиеся расползтись в стороны пятна пожаров. Метались туда-сюда крылатые ящеры размером поменьше, от пары сотен метров до вполне сравнимых с человеком габаритов. И были их тысячи, а то и десятки тысяч. С ними воевали отряды лучников, перемещающихся по воздуху на многоместных коврах-самолетах, а также нечто вроде очень крупных бумажных журавликов. Летели с крыш домов лучи всех цветов радуги и выпущенные из крупных баллист стрелы. Важно и с обманчивой неторопливостью полз прямо через населенный пункт клин из десятка больших черепах, массой своей далеко превосходящих даже черного дракона, а на спинах давящих здания монстров располагались мини-крепости с какими-то светящимися башенками по центру. И на открытых площадках данных сооружений то и дело прямо из воздуха появлялась новая крылатая тварь, а после взмывала ввысь и присоединялась к кипящей в воздухе собачьей свалке. Нечто более мелкое с такой высоты различить было сложно, хотя я не сомневался, на улицах сего населенного пункта сейчас творится то еще «веселье». Особенно ближе к морю, где с кораблей просто обязан был высадиться десант.

— Максимум семьдесят, ваша светлость, — педантично поправил здоровяка блондин, не отвлекаясь от вытаскиванья крупного осколка стекла из ступни второго более-менее одоспешенного члена нашей группы. Бой с ящерами и нападение тролля оставили этого человека относительно невредимым, если не считать пары синяков и порезов, но потом он расслабился…И наступил голой ступней прямо на обломки крупной реторы, ранее стоявшей на растоптанном столе. — Как известно, темница риамской башни полностью подавляет способности тех, кто не достиг сто пятидесятого уровня, а после лишь значительно ослабляет их…Если мэтр Ван в своей камере мог творить волшебство, сравнимое с потугами ярмарочных фокусников, то боги благословляли его где-то сто шестьдесят раз.

— Плюс-минус пару десятков уровней, сука инквизиторская! — Выкрикнул оперируемый, стуча по полу здоровой ладонью, чтобы хоть так выплеснуть терзающую его боль. — У одних хватит запалу переселить полноценные антимагические оковы, которыми так любят бренчать твои собратья, а других, блять, смущают даже амулеты, продающиеся по пучку за золотой в каждой волшебной лавке!

— Не дергайся, шваль пиратская! — Не остался в долгу блондин, касающийся заметно трясущимися руками открытой раны, что чуть заметно светилась и медленно закрывалась. Не то других светловолосому лечить было сложнее, чем себя, не то у него просто силы кончались. — Если я пропущу какой-нибудь мелкий осколок, то он как пить дать проявит себя в самый неподходящий момент. И у меня нет никакого желания подыхать, просто потому, что ты охромел внезапно.

Покинуть помещение, в котором мы находились, оказалось не так-то просто. Нет, формально никаких преград не было, если не считать кровавой каши в районе порога. Только вот из пяти присутствующих в комнате мужчин, целым и невредимым остался один только я. И одному мне по вражеской территории бродить немного сцыкотно, а даже если вдруг и наберусь храбрости, то далеко с ней не уйду. Прирежет кто-нибудь, ведь даже копье низкорослого ящера мне кажется довольно тяжелой штукой, ворочать которой удается едва-едва. Какая уж тут самооборона? А махать оружием точно придется, ведь хозяева данного места мне не друзья. Иначе не лежал бы я на столе одетый в дерюгу и посреди скальпелей и сосудов, предназначенных для внутренних органов. Со штурмующими город ящерами мы тоже вряд ли подружимся. Мало того, что они вряд ли находятся в подходящем настроении, чтобы отличить одного человека от другого, так еще и людоеды. Ну, если верить моим новым знакомым, находящимся далеко не в лучшей форме. Даже способный к исцелению себя и других блондин, оказавшийся не кем-нибудь, а младшим инквизитором Феодором Итракийским, несколько утратил боеспособность. Оказывается, его сверхъестественные способности заживляли только раны и ничего не могли сделать с ядом. А оружие кого-то из покойных ящеров было отравлено, и потому сейчас обладатель светлых волос был бледнее как полотно и трясся словно жертва лихорадки. Дважды попавший под удары тролля коротышка тяжело дышал, держался за грудь и иногда плевался кровью. Однако раны, заставившие бы нормального человека скулить от боли и лежать, боясь лишний раз шелохнуться, доставляли ему лишь весьма умеренный дискомфорт. Магия, видимо. Или результат набранных им уровней. Вспомнить бы только, чем одно от другого отличается. Ну а громила в трофейных латах, чтобы драться как лев после длительного голодания на тюремных харчах, побоев и пыток, использовал какое-то временное усиление. И сейчас страдал от отката, превратившего здоровяка в едва-едва способную ворочать языком развалину.

— Хватит сидеть, людишки, — пробасил коротышка, сплевывая на пол новую порцию крови и направляясь к выходу. — Мы еще живы только потому, что маги упырей и их телохранители собрались на самой верхушке башни и оттуда дают прикурить драконом, а обычная стража где-то внизу в районе входа. На средних ярусах остались лишь часовые в разных важных местах, да слуги какие-нибудь. Но долго наше везение не продлится…

— Ты прав, гном, — барон со стоном поднялся на ноги, мимоходом поддев пяткой одно из бесхозных копий. Тяжелая палка с острым наконечником взлетела в воздух и была поймана той же рукой, которой громила без особого труда удерживал вырванную с мясом дверь. Опираясь на трещавшее от натуги древко, будто на костыль, здоровяк медленно пошел вслед за коротышкой перешагивая через убитых ящеров. — Единственный наш шанс вырваться на свободу, это освободить других заключенных.

— В свою башню риамцы тащат лишь элитных пленников, уровнем не ниже пятидесяти, — глубокомысленно промолвил младший инквизитор, отпуская наконец-то приведенную в порядок ногу своего пациента. Поняв, что еще чуть-чуть и придется тащиться в самом хвосте процессии, я поспешил догнать барона. За ним, в случае чего, можно будет спрятаться почти как за стеной. Только вот выбранное мною копье постоянно норовило то зацепиться за что-нибудь, то неведомым образом извернуться и подставить своему новому владельцу подножку. Первоначально хотел взять еще и второе оружие, но потом отказался от данной затеи. Тут с первым бы справиться! — Я бы сказал, сейчас тут дожидающихся своей очереди узников сотни две-три…В такой компании вероятность успешно прорваться из города поднимется с ничтожно малой, до всего лишь очень-очень низкой.

Коридор башни, где мы находились, очень напоминал то помещение, в котором я очнулся. Все очень просторно, светло и в общем-то даже красиво: от одной стены до другой метров пять, до потолка еще столько же, всем иным материалам строители предпочитали отполированный белый мрамор. Главное не присматриваться к тому, что чавкает под ногами. Избежать жертв битвы при дверном проходе еще можно было бы попытаться, в крайнем случае, просто перепрыгнув наиболее проблемные участки, но вот попавшиеся под лапу троллю ящеры оказались раздавлены как помидоры. И содержимое их богатого внутреннего мира нередко покрывало площадь в несколько квадратных метров.

— Даже если деру дать и не получится, то навести шухеру в темнице было бы неплохо. В хорошей компании, как известно, даже помирать легче, — оскалился пират, топаяющий вслед за нами. — Эй, а может, пробежимся по местным коридорам, пощупаем упырей за сундуки? Не ради золота, осьминога мне в зад, а шобы хоть сандалии какие добыть. Без штанов то ладно, не впервой…

— Ааа! Рабы взбунтовались! — Раздался за поворотом, куда мгновение назад завернул барон, громкий женский голос, принявшийся стремительно удаляться, говорил на каком-то другом языке, однако, её слова были вполне понятны. Кстати, а ведь та речь, при помощи которой общался со своими спасителями, мне тоже не родная! Туман в голове рассеялся окончательно, да и язык больше не напоминает всунутую в рот тряпку, но слова получается произносить с некоторым трудом. Непривычные они какие-то. — Скорее! Стража! Все сюдааа!!!

Женщин вообще-то бить неправильно. Убивать тем более. Но, если честно, стремительно удаляющуюся от нас особу мне как-то сразу захотелось собственными руками придушить, даже если я своими глазами её так и не увидел. Больно уж резво драпала. А вот идущий впереди всех здоровяк и гном на тыл сей представительницу прекрасного пола полюбоваться все же успели. Увы, сцепленные вместе ошейники впустую выбили несколько крошек из светлого камня, а брошенное на манер дротика копье в беглянку так и не попало, поразив вместо неё зачем-то перегородившую коридор ширму, состоящую из рядов тонких реечек и натянутыми между ними квадратами белой бумаги, в центре каждого из которых темнел какой-нибудь иероглиф. В чем смысл подобной преграды мне осталось как-то невдомек, рванувшие вперед бугай и коротышка, во всяком случае, пробили её навылет, даже не заметив. А я вот как человек культурный прошел через дверь, которую местная обитательница не удосужилась за собой закрыть. Даже если стражи порядка и намерены призвать нас к ответу отнюдь не за вандализм, то зачем рисковать поцарапаться об острые края сломанных перекладин? Это же просто не разумно!

— Сдавайтесь, чернь! — Первый увиденный мною живьем риамец собственно живым оставался совсем недолго. Коридор убегал куда-то вдаль, до следующей ширмы метров через пятьдесят, но сбоку было свободное пространство и две широкие мраморные лестницы. Одна вела вверх, другая вниз и по каждой, при желании, могло бы пройти сразу человек двадцать, если они утрамбуются поплотнее. Спускающийся к нам с верхнего этажа очень бледный человек с красными глазами был облачен в кольчугу и шлем-тарелку, а нес в одной руке плеть, а в другой шпагу. Идеальным для скоростного фехтования клинком он и попытался защититься от удара кистеня-переростка, вот только цепочки обвившись вокруг тонкого лезвия, вмазали сразу тремя тяжелыми ошейниками точно в лоб нашему врагу. И изрядно углубились внутрь, проломив кости черепа. Несмотря на недостаток роста, сила коротышки поражала…Впрочем, кажется гномам и положено быть несколько крепче людей? Но как бы там ни было, а покойник бряцая железом покатился по ступенькам прямо к нам. Жаль только вслед за ним уже спускалось еще восемь человек. Гулко и практически синхронно печатали шаг семеро закованных в блестящий металл с ног до головы верзил, ничуть не уступающих в росте барону. Каждый из то ли рыцарей то ли просто тяжелых пехотинцев нес металлический щит круглой формы и саблю, на лезвиях которых весьма заметно светились неизвестные иероглифы. Ну а последний, облаченный в расшитые золотыми узорами алые одежды, крепко сжимал обеими ладонями короткий серебряный посох, на верхушке которого весело плясало бездымное рыжее пламя.

— Валим! — Скомандовал я, делая самый разумный в данный ситуации поступок. Бросился вниз по лестнице, двигаясь зигзагами. Как оказалось, маневрирование мое было вовсе не лишним. Огненная плеть, хлестнувшая мраморную лестницу в считанных сантиметрах от ноги конечно не заставила камень потечь, но горячий воздух обжег кожу и придал дополнительной прыти, разом открыв второе дыхание. Странно, но боли в общем-то не было, хотя от разошедшегося в стороны жара даже дерюга затлела. — В своих самоварах они нас не догонят!

Вступать в заранее обреченную на поражение битву было занятием для героев, самоубийц или полных дебилов, не способных к простейшей логике. Нас вдвое меньше, и мы находимся далеко не в лучшей форме. С какими-нибудь вооруженными лакеями или там заплывшими жиром тюремщиками, привыкшими воевать исключительно со связанным противником, еще можно было бы испытать удачу, но снаряжение практически марширующих бойцов выглядело дорого. Такое если и вручат какому-нибудь богатому неумехе, то приставят к нему как минимум одного ветерана-наставника. Плюс если бы на шум сражения подтянулось подкрепление, то прийти бы оно могло исключительно к вражеской стороне.

Мимо меня пронесся гном, несмотря на свои коротенькие ноги драпающий со скоростью пнутого под зад гепарда. Затем пират и инквизитор, несмотря на недавние раны несшиеся не хуже призовых рысаков. Рискнув на секундочку повернуть голову и бросить взгляд назад, я пораженно присвистнул. Отступающий последним барон метнул свой импровизированный щит, но не во вражеский строй, а через него. В мага, представляющего своими дистанционными атаками максимальную опасность для пустившегося наутек отряда. А тот как видимо как раз собирался засандалить по нам боевыми чарами и на сей использовал что-то с площадным уроном. Заклятие и весящий минимум килограмм двадцать метательный снаряд встретились на середине пути, как раз перед лицами спускающихся пехотинцев противника, которые оказывается тоже умели вполне себе шустро бегать несмотря на навешанное на них железо. Взрыв, случившийся метрах в двадцати выше, был не таким уж и слабым. Меня, во всяком случае, с ног свалило. Однако практически тот час же подняло за шиворот рукой барона, прыгающего по ступенькам с резвостью горного козла. А вот риамцам, получившим в лицо ударную волну и брызги магического пламени, пришлось заметно хуже. Ну, судя по крикам боли, раздающимся из той кучи-малы, в которую превратился их грозный строй.

— Инквизитор, ты их просканировать успел?! — На бегу крикнул здоровяк, стремительно выплачивающий все свои долги, перепрыгивая сразу через пять-шесть ступенек и даже не думая выпускать меня из рук. Ну, в принципе, я вполне сопоставим по своей массе с дверью, павшей смертью храбрых несколько секунд назад. Может даже полегче буду, все-таки жировых отложений в теле точно нет, одни лишь кожа да кости. Главное, чтобы как метательный снаряд не использовали…

— Вояки — стражи башни! Уровни в районе сороковых, упор сделан на силу, внимательность и живучесть, а также сопротивление алхимии и ментальным чарам! — Отозвался блондин, которого мы медленно настигали. Двумя этажами ниже нам попалась какая-то пожилая женщина, тащащая ведро с грязной водой, но к своему собственному счастью она с визгом шарахнулась куда-то в сторону. А то бы затоптали. Кстати, уборщица, исполняющая свои рабочие обязанности даже несмотря на вражеское вторжение альбиносом не была, скорее уж наоборот, её кожа имела довольно темный оттенок. Ну а волосы просто поседели от времени. — Должны оторваться…А мага просветить не получилось, у него защита!

— Не догонят нас эти меднолобые! — Азартно выкрикнул бегущий впереди всех пират, сумевший опередить даже гнома, но потом вдруг резко попытался затормозить на одном месте, перебирая ногами, словно носившийся по гладкому линолеуму кот, которого вдруг занесло инерцией. — Ой, бля…

Этажей примерно на шесть ниже того места, где мы чуть не вступили в последний и героический бой, тоже имелся пост защитников башни. И тоже из десятка вояк в блестящих металлических латах, скрывающих все кроме глаз в компании уже не с одним, а с целыми двумя магами. К счастью, стояли они не прямо у ступенек, а отступили на десяток метров в коридор. Один обладатель посоха с огоньком на конце казался братом-близнецом встреченного несколькими этажами выше колдуна, а вот второй, вернее вторая, отличалась в лучшую сторону. Во всяком случае, в плане внешности. Красноглазая и беловолосая красотка с большой грудью и не менее внушительным противовесом, одетая лишь в несколько весьма эффектно выделяющихся на её формах черных кожаных ремешков, управляла настоящим водоворотом из непонятно откуда взявшейся здесь жидкости, одуряющее пахнущей морской свежестью. К счастью, мощь созданной волшебством стихии была направлена не на нас, иначе бы только и осталось, что пытаться пустить как можно более красивые последние пузыри. Кружащаяся на одном месте штормовая волна перетирала в кровавую слизь одного за другим уже отлично знакомых мне ящеров в кожаной броне. Проскочивших мимо стегала огненная плеть, легко прожигающая чешую, мясо и кости. А тех, кто все-таки умудрялся прорываться мимо боевых заклятий, встречала своими клинками стража башни. Несмотря на относительно скромные размеры, сабли легко отсекали рептилиям головы и конечности, а то и вовсе перерубали их пополам. Иногда, даже вдоль, а не поперек. Силы закованным в блестящие латы громилам действительно было не занимать, а латы их видимо несли на себе какие-то косметические чары, поскольку упорно отказывались покрываться кровью. Вот только пусть риамцы и уничтожили, пожалуй, не меньше сотни врагов, но меньше тех не становилось. Словно бурлящее изнутри облако, состоящее то ли из сверкающего песка, то ли из мелких-мелких жемчужин, то ли вообще из одной лишь энергии с подобным окрасом выбрасывало из себя все новых и новых нападающих в произвольно выбранном направлении со скоростью от пяти до семи нелюдей в секунду. Правда, иногда те прибывали частями. Примерно одно покрытое чешуей тело из трех вываливалось из порта либо уже мертвым, либо умирающим по причине отсутствия изрядных кусков плоти: рук, ног, головы…Или все это было, но отдельно от истекающего кровью туловища. А еще невезучие рептилии изредка появлялись внутри башни так быстро, что находящийся уже в стенах вражеского укрепления ящер без посторонней помощи выполнял маневр «убей сибя ап стену». В роли последней иногда выступали стражи башни и, судя по парочке валявшихся под грудой низкорослых трупов бездыханных латнико, некоторые шансы на то чтобы повалить людей тварюшки все-таки имели.

— Убьем колдуна! — Я все-таки был поставлен ногами на лестницу, а после сразу же встал на цыпочки, чтобы иметь возможность говорить куда-то в район уха замершего на пару мгновений здоровяка, пусть даже его голова и была прикрыта шлемом. — Тогда ящеры одержат здесь верх и задержат тех, кто топает за нами сверху!

Стражи башни окружили облако, видимо являющееся своеобразным порталом, не позволяя ящерам растекаться в разные стороны и накапливаться. Чтобы встать стеной по периметру магической аномалии, их было слишком мало, но волшебница ликвидировала наметившиеся прорывы. Наше приближение риамцы наверняка заметили, но отреагировать толком вояки не успели, так как банально смотрели не в ту сторону. А возможно обнаружив краем глаза спускающихся по лестнице людей, машинально записали их в союзники, поскольку не имели возможности слишком сильно отвлекаться от шипящих ящеров, пытающихся вогнать копье или клинок в сочленение лат, пускай даже ценой своей жизни. Где уж тут приглядываться к одежде, вернее тряпкам её имитирующим! Увлекшаяся контролем жидкости волшебник тоже слишком промедлил и сделала пару шагов навстречу своим бронированным защитникам лишь после того, как барон оказался на расстоянии удара, а сжимаемый его рукой меч попытался снести беловолосую голову. И зазвенел, украсившись парой выщерблин, столкнувшись с возникшими прямо из воздуха струями воды, по воле ведьмы прикрывшими её напарника чем-то средним между щитом и капюшоном. Однако, одновременно с большим и страшным бугаем ударил и я, до этого момента держащийся чуть сзади. Длинным копьем, которое было сжато в вытянутых вперед руках. В расшитую узорами алую тряпку на животе, рассчитывая не пробить мантию мага, так по крайней мере отбить ему все внутренности и на пару минут вывести из игры. Однако острие трофейного оружия легко прорвало изукрашенную ткань и вонзилось в бледную плоть, выпустив наружу брызги красного сока и углубившись внутрь на целую ладонь. Глаза альбиноса расширились, кажется, он не сразу поверил тому, что произошло, но потом услышал испуганный вскрик девушки, все-таки почувствовал боль, лицо исказилось в гримасе страха, а выпустившие посох пальцы вцепились в инородный предмет, пронзивший его кишки…А после Форст, хладнокровно подпустивший к себе одного из стражей башни поближе, не обращая внимания на ударившую его по плечу вражескую саблю, каким-то образом сумевшую прорубить металл доспехов, пнул латника прямо на ведьму, сшибив её с ног живым, но крайне тяжелым снарядом. И помчался дальше вниз, уволакивая меня за собой. Я, захваченный осознанием содеянного, не сумел удержать древко оружия, буквально вывернувшегося из разжавшихся пальцев, однако утеря трофея неожиданно получила некоторую компенсацию.

Воин. Уровень 4.

Получен модификатор физического состояния. Ловкость +1.

Глава 3

Идущий сверху шум битвы затих. То ли портал закрылся, перестав извергать ящеров, то ли чешуйчатые воспользовавшись заминкой людей и временным отсутствием магической поддержки все-таки смяли риамцев. Однако, поскольку мы были уже достаточно далеко, то данный вопрос волновал меня куда меньше другой, куда более насущной проблемы.

— Да какого же размера эта чертова башня?! — Искренне возмутился я, жадно хватая ртом воздух, когда лестница внезапно кончилась. Однако, ступеньки привели нас не на первый этаж, а на какой-то балкончик, откуда открывался неплохой вид на город, охваченный пламенем войны. Здесь тоже использовалось очень мутное стекло, однако в нем имелась оплавленная дырка размерами примерно метр на полтора. Видимо какое-то из боевых заклинаний, разминувшись со своей целью, двигалось дальше до тех пор, пока не угодило сюда. С прошлого раза, когда можно было выглянуть наружу, изменилось немногое. Море и стоящие там корабли почти исчезли из поля зрения, из десятка гигантских черепах двоих опутали исполинские лианы, проникшие под кожу монстров и превратившие их в самые большие на свете клумбы. Огромный черный дракон заработал кровоточащую рану в боку, но сумел наполовину забурить в один из летучих бастионов и продолжал углубляться дальше, разрушая парящую крепость и не обращая внимания на атаки её товарки, терзающие его чешуйчатый тыл. — Мы спустились уже этажей на пятьдесят, а ей нет ни конца, ни края!