* * *
Мучительно долго потянулись дни, недели, месяцы. Дружининым пришлось занимать деньги у
родственников, сдавать вещи в ломбард. Георгий Николаевич попытался устроиться рядовым
инженером в ремонтные мастерские. Но когда заведующий мастерских узнал от Дружинина его
историю, он беспомощно развел руками и смущенно сказал:
— Не обессудь. Но... не могу. . Сам понимаешь.
— Нет, не понимаю. — сказал Дружинин.
— Я бы тебя взял! — И он, хлопнув дверью, ушел.
Прошло полгода. Когда человек долго живет под прессом страха и угнетения, он со временем
становится либо безропотным его рабом, либо в нем подспудно зреет протест и надежда. Надо
сказать, что Дружинин, вопреки всему, что происходило вокруг, не терял надежды на справедливый
исход своего дела. Он черпал эту слепую уверенность только в своей правоте. При этом он прекрасно
понимал, что и его арестованные друзья ни в чем не виноваты. И все же он верил... И когда писал
заявление в бюро МГК с просьбой о реабилитации и потом, когда страшными ночами держал под
подушкой свой старый маузер. Он побеждал свой страх верой.
* * *
Однажды утром в квартиру Дружининых ворвался громкий телефонный звонок. Анна Семеновна
потом говорила, что так громко их телефон никогда не звонил. Дружинина вызывали на заседание
бюро МГК, где должен был состояться разбор его персонального дела.
* * *
В большой приемной ожидали вызова на заседание бюро еще несколько человек. Перед дверью в
зал заседаний за столом сидела пожилая седая женщина со строгим лицом и усталыми,
внимательными глазами. Дружинину показалось, что лицом она похожа на Крупскую. "Хорошая
примета", — подумал он и назвал свою фамилию.
— Здравствуйте, товарищ. Присаживайтесь. Придется немного обождать, — и она подала ему
несколько свежих газет. Он сел на стул, развернул "Правду". В этот момент кто-то положил руку ему
на плечо. Рядом стоял давний знакомый Дружинина, бывший студент-парттысячник Иван Васин. Он
наклонился и взволнованно прошептал:
— Георгий, да ты ли это? — Дружинин встал и подал ему руку.
— Здорово, Иван! И ты... сюда? А у тебя...