Наследник: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

"имярек" по его убеждению злостно оклеветан, как оклеветан сейчас и он сам, его участь была

решена. Его исключили из партии, а после утверждения этого решения на бюро райкома, сняли с

работы.

В их доме все изменилось. Перестали бывать гости и даже родственники, замолк телефон. Анна

Семеновна по ночам жгла над газовой плитой запретные книжки и газеты. Виктор однажды спросил

ее, зачем она это делает. Анна Семеновна, пряча глаза, сказала:

— Молчи, сынок, молчи... Так надо... Только папу ни о чем не спрашивай... Ему сейчас очень

тяжело...

— Да, — тихо сказал Виктор. — Я вижу.

Ожидая каждую ночь ареста, Георгий Николаевич писал письма в самые высокие инстанции и

даже на имя самого Сталина о том, что его оклеветали, требовал реабилитации и наказания

клеветников. Ответов на свои письма он не получал и потому еще больше впадал в отчаяние. В те

бессонные ночи Виктор слышал тревожный шепот родителей, чутко прислушивающихся к ночной

тишине и ожидающих в любую минуту роковой звонок в передней. Однажды до его слуха донеслись

такие слова: — Если за мной придут, я им в руки не дамся... — Анна Семеновна знала, что у мужа

сохранился его комиссарский маузер и прекрасно понимала, о чем он говорил. — Успокойся, никто и

никогда за тобой не придет. . Это может быть смешно, но я вчера гадала на картах... Виктор был

целиком согласен с матерью. Он тоже был убежден , что отца никогда не арестуют. "Никогда этого не

будет. Не будет и все...".

Дружинина томила бессоница. По ночам он ходил по квартире, курил, перечитывал Ленина и

Сталина... С утра уходил из дома на целый день, бродил по замоскворецким переулкам, приходил на

Красную площадь. Стоял у ГУМа и подолгу смотрел на Мавзолей. Однажды к нему подошел человек

в кожанке и негромко проговорил: — Проходите, гражданин... Здесь стоять не положено.

Всю обратную дорогу домой Дружинин шел со слезами на глазах." Какой-то нахальный молокосос

прогнал меня с Красной площади, от Ленина, — думал он. — Да кто ему, черт подери, дал на это

право!" И вдруг он вспомнил фразу, которую услышал от старика-отца, приехавшего из голодной

Курской деревни в Москву за хлебом-солью. " За што боролись, сынок, на то и напоролись", — сказал

тогда ему отец. Ох, какого же "перца" задал он тогда за это отцу! Анна Семеновна еле-еле их

помирила. Вспомнив об этом, Георгий Николаевич усмехнулся. "А ведь прав был старый. Сами во

всем виноваты. Сами...".