Западня: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ученица мастера-тени внезапно покачнулась и начала медленно валиться в сторону столовой. Камень дрогнул в ее слабеющих пальцах, и вероятность оказаться раздавленными появившейся из него скалой мгновенно превратилась для ее спутников почти в реальность. Однако никто из них не находился достаточно близко к предательнице, чтобы успеть подхватить падающее тело. Или хотя бы проклятый камень.

Копия Таэльмины, сосредоточенно помешивающая чай, внезапно бросила ложечку и начала стремительно уменьшаться, одновременно выпуская на волю радужные крылышки и взлетая под потолок. Оттуда старшая фея молнией ринулась на тень и успела в последний момент выхватить на лету камень из руки падающей Шенлии.

Почти одновременно с нею, сделав огромный прыжок, рядом с тенью оказался Зрадр. Подхватил девушку на руки и, не останавливаясь, ринулся по лестнице вверх, рыкнув приказ бежать за ним.

Однако добровольцы уже и сами успели сообразить, кто сумеет помочь спастись остальным, и бросились за драконом. Только Хатгерн стоял неподвижно, потрясенно глядя вслед улетевшей впереди всех фее. Превращение любимой девушки в это прелестное и могущественное, но совершенно чуждое существо совершенно не обрадовало герцога, и даже появившаяся надежда на спасение не могла примирить его с потерей.

Разглядев исказившую лицо напарника скорбную гримасу отчаяния, Таэльмина поспешила подавить рвущийся из груди горестный вздох. Не пристало полноправной тени ахать, как обычной знатной девице. Но в глубине души она отчаянно жалела, что не имеет возможности сказать Харну хотя бы двух слов ободрения. Как успели сообщить девушке феи, их невозможно услышать там, в избушке. И никто из ее бывших спутников даже не подозревает о множестве крохотных зрителей, с затаенным дыханием следящих за вероломным нападением гольдов.

Хотя на запретной тропе и нет ни одного жадного коротышки, — ну так ведь никто из тех, кому не дают покоя чужие земли, богатства или собственные планы захвата власти, никогда сами не ходят в подобные походы. Все находят либо готовых на все наемников, либо слепо преданных слуг и почитателей.

Изор одним прыжком метнулся с лестницы назад, сцапал герцога в охапку и бесцеремонно, как соломенное чучело, потащил на лестницу. Лишь через пару мгновений тень, с тревогой наблюдавшая за верзилой, сообразила, почему огр в этот раз был так откровенно груб. Видимо, раньше остальных услышал или почувствовал начало нападения.

Разом словно ожили недавние видения Таэльмины — за спинами беглецов встали дыбом доски пола, ворвались в домик серые каменные острия заклятий, раздирая стены с сухим треском, как трухлявую кору.

Огр чудом проскочил через две проваливающиеся вниз ступени, выскочил в коридорчик второго этажа, ринулся к лесенке на чердак, на которую Зрадр без труда забрасывал бежавших последними типаров. Он и Хатгерна забросил так же легко и ринулся вверх, не заботясь об огре. Видимо, точно знал, что Изор и сам не отстанет ни на полшага.

А ворвавшись на чердак, дракон вдруг начал расти, стремительно превращаясь в крылатого монстра, и никому из его спутников не нужно было объяснять, для чего он держит в лапах крепкую клетку. Беглецам хватило всего несколько секунд, чтобы дружно в нее ввалиться, и на этот раз никто даже не вспомнил про мягкий мох или одеяла.

Лишь фея не полезла в клетку, она сидела на плече дракона и, казалось, просто наблюдала за происходящим, однако тень подозревала, что крошке в золотистом платьице сейчас вовсе не до отдыха.

— Над крышей этой избушки течет наша родная сила… — мечтательно вздохнула Эала, подтверждая догадку тени.

Зрадр резко взмахнул гигантской лапой, окаймленной алым крылом, и половина крыши отлетела прочь, как сорванная ветром дамская шляпка.

А в следующий миг дракон свечой ринулся в рассветное небо, и к нему тотчас устремилось несколько круживших в небе огромных алых птиц. Подлетели почти вплотную, подставили мощные крылья и стаей направились к сверкающим вдали горным вершинам.

— Нужно отдохнуть, магии мало, — виновато сообщила Таэльмине фея, — поверни венец центральным камнем назад.

— А снять пока нельзя? — на всякий случай уточнила тень, поворачивая обруч, посмотрела на приунывшие личики фей и пожала плечами. — Ну ладно, нельзя так нельзя, я просто спросила. А раз за нашим миром следить пока невозможно, может, вы мне расскажете, как оказались в камне? Хоть вкратце…

— Я сам расскажу, но сначала подам завтрак, — объявил Тук, пододвигая столик поближе к Таэльмине. — Айола наказала мне хорошо тебя кормить.

— Давай, — не стала спорить тень, — но ведь я могу есть и слушать?

— Можешь, — согласился он, начиная подавать на стол. — Ну так слушай… Это произошло две тысячи лет назад, когда старшие расы победили гоблинов. Большинство требовало их вообще уничтожить. Или отправить в какой-нибудь дальний мир, где нет ни магии, ни других рас. Драконы вынуждены были молчать, сама понимаешь, заступаться за собственные творения в подобных случаях не положено. А вот все остальные были против гоблинов, хотя некоторые расы сейчас рассказывают совсем по-другому, но у нас сохраняется память предков, и лгать мы не умеем, такими нас создали феи. На самом деле только феи и вампиры тогда были против изгнания гоблинов, и именно вампиры предложили просто поселить провинившуюся расу отдельно. Да, к тому времени ваши предки уже считались вполне полноценной расой.

Это был наиболее милосердный план, и драконы долго уговаривали дриад и эльфов на него согласиться. А когда и они примкнули к вашим создателям, гольды и русалы вынуждены были уступить.

Вот с того дня драконы и начали готовить выбранный ими кусок побережья к заселению. Там, где через горы пролегали сквозные ущелья, долины и перевалы, поднялись непроходимые скалы, на пустынных берегах выросли замки, города и деревни. Драконы разровняли для будущих изгоев поля и вырастили леса. А заодно придумали историю и легенды, дали веру и построили храмы. Разумеется, многое они скопировали в городах гоблинских пределов и перетащили оттуда всю утварь, мебель, скот и продовольствие. Попутно они меняли память бывшим созданиям, спящим непробудным сном в особых пещерах мира, где время идет очень медленно. Ранней весной, в одну из самых непогожих ночей, драконы перетащили всех гоблинов на новое место и заперли над побережьем магический купол.

— А феи? — спросила тень и затаила дыхание.

— Феям этот план не понравился, но спорить было бесполезно. Все равно никто не стал бы слушать, они ведь были известны своей добротой, — тихо пробормотал Тук и огорченно добавил: — И этим очень долгое время пользовались многие жители нашего мира, особенно те, кого природа обделила способностями или дала слишком слабый дар. Они приходили к дому фей и приносили списки желаний. А получив все заказанное, еще и возмущались, если им не все нравилось. Драконы и эльфы в те времена пытались убедить фей в неправильности такого поведения, но старшая фея просто не могла взять и отменить собственные правила. Она считала это очень несправедливым. А когда гоблинов переселяли, тоже возмутилась — ведь все зачинщики погибли, за что же наказывать их потомков? И объявила, что феи будут, как и прежде, выполнять все желания гоблинов. А ради того, чтобы иметь возможность свободно проходить в прибрежные герцогства, украдкой надела парочке влюбленных гоблинов браслеты верности.

— Так вот откуда они взялись… — поглядев на браслет, тайком вздохнула Таэльмина.

Ей все сильнее хотелось узнать, куда драконы утащили отряд Хатгерна, но перебивать рассказ Тука тень не решалась, догадываясь, что рискует после этого больше никогда не услышать окончание истории фей.

— Да, — подтвердила Льела, фея в серебряном платьице, — и это самый лучший подарок судьбы, которого никто из нас не ждал. Счастливое совпадение, которое помогло нам с выбором. Драконы тайком готовили новый поход к лесу, Ганти, знавший только малую часть их плана, предложил привести на запретную трону Шенлию, и мы почти согласились. Однако гольды пронюхали про намерения совета и сумели ее подкупить. С тех пор мы больше не могли ей доверять, у нее душа и так изломана, а после этой сделки в ней проросли злоба и коварство. Тогда старшие мастера гильдии теней начали готовить к переходу из прибрежных герцогств несколько самых сильных учеников, но никто не знал, удастся ли им осуществить эти планы, и мы приготовились ждать еще несколько лет. Гольды очень хитры и подозрительны, и стоило им заподозрить, что их собираются разыграть, все наши планы рухнули бы в один миг.

— Ганти с той поры специально рассказывал ученице только те сведения, которые должны были услышать гольды, — виновато глянул на тень Тук, — в камне, который она хранила, было подслушивающее заклинание.

Некоторое время Таэльмина хмуро молчала, обдумывая эту новость и начиная понимать, как тяжело пришлось в последнее время учителю. Законы гильдии очень строги, и ни один мастер-тень не даст своей ученице такой задачи, с какой она не сумела бы справиться, и не оставит ее наедине с противником, который ей заведомо не по силам. Об этом все наставники заботились особо, так как по незыблемым правилам теней обязаны были довести ученика до вершины мастерства без единого серьезного поражения. Об этом Бенфрах вскользь сообщил Таэльмине в тот день, когда она негласно праздновала окончание учебы. И она запомнила это накрепко, как запоминала все, срывавшееся с уст учителя.

Вот поэтому тень больше не сомневалась, что Шена сама своим неверным решением или поступком загнала себя в ту давнишнюю ловушку, но не могла корить согильдийку за эту случайность. Иногда во время исполнения задания на выбор способа действия выпадает всего несколько секунд, и не каждый раз тень может найти среди нескольких вариантов единственно верный.

Но не могла и не сочувствовать Ганти, больше года живущему с угнетающим ощущением вины и вынужденному нянчиться с несдержанной и подозрительной ученицей, постоянно держа ее под присмотром. Страшно даже представить, какую горечь испытал мастер-тень, выяснив, что все его усилия тщетны и напарница встала на путь предательства, презрев все принципы и правила теней и превратив в дым усилия нескольких наставников.