– Да ладно тебе! Возьми, пригодится.
Оглядев бармена, который уже через мгновение вновь натирал бокалы, Алрой взял лист и засунул в карман. Выпив третью стопку, налил еще виски. Те обжигающе влились внутрь, на короткое время потушив огонь отчаяния, пылавшего изнутри.
– Пожалуй, мне пора.
– Удачи, Алрой!
Крикнул бармен вдогонку.
– Тебе тоже, Элио, тебе тоже…
Вернувшись домой под утро, после ночной пьянки, пытаясь заглушить боль в душе, завалился на диван, попутно включив телевизор.
Черный экран включился, прошла быстрая заставка, и плазменный телевизор оглушительно запищал. Включился канал новостей: «За последнюю неделю количество самоубийств возросло вдвое. Правительство предпримет специальные меры, ученые начали разработку более действующих депрессантов. Увеличение дозы смертельно опасно. Разработка киборгов не будет приостановлена, обновление версий, создание новых – от компании « Future now »
Он выключил телевизор.
– Самоубийства…
Алрой, задумавшись, тяжело вздохнул.
– Может быть, и я буду одним из тысяч, десятков тысяч тех людей, что просто не вынесли жизни средь этого хаоса, жестокости, злобы и этого мира, мира, который уничтожает всех и душит. Душит своим равнодушием, чрезмерной жестокостью! И не оставляет ни единого шанса на выживание…
Не с одной попытки встав с дивана, налил в стакан воды, подошел к окну и распахнул его. Звукоизоляция моментально улетучилась и комнату наполнили звуки улиц, ревущие моторы новокупленных пафосных машин с автоматикой, запах масла, метала, железа. Было слышно, как строят очередное здание, вероятнее всего где-то неподалеку. Над соседним зданием, едва не задевая плоские, скучные крыши – по электрическим рельсам промчался поезд.
Вид высоких стеклянных замков, симметричные формы, лаконичный дизайн. Уже розовеет рассвет, окрашивая безоблачное небо, что предвещает жару, в алые тона с оттенком золота. Вдали виднеются приличные дорогие районы и трущобы – как всегда граничат друг с другом, делят горизонт на две части и огорожены друг от друга высокой бетонной стеной, при виде нее кажется, что она давит на тебя, поднимается над тобой и вот-вот уничтожит как пылинку. Сами трущобы представляют собой бесконечные серые панельки, которые сложили в бесконечные ряды, из которых никогда не выберешься. В них живут люди, окруженные беднотой и живущие как отшельники. Их оградили от остальных только из-за статуса. Выбраться живым с тех опасных улиц – невозможно. Банды, беспорядки, отсутствие людей, служащих в правоохранительных органах. Наличность незаконной торговли всем, что под руку попадется. О законе там даже и говорить не стоит. Закон там – пустое слово. Разрушенные здания, протесты, нередкие теракты. Люди, которые проживают в таких районах, говорят: «Это – свобода, а не хаос.»
– А какая здесь свобода?
Оглядев всю красоту рассвета, все еще в ожидании нового дня, Алрой заметил человека, стоящего в окне. Он был прилично одет. Костюм черного цвета, трендовый. Издалека было не разглядеть всю фигуру и внешность. Единственное, что смог различить в этом человеке – его белые, словно снег, волосы.
– Зрение сильно подводит…
Было предельно ясно – этот человек через минуту, а может, и в следующую секунду выпрыгнет.
– Очередной самоубийца… Эй, ты! Не прыгай! Подумай! Все еще может наладиться! У тебя все еще есть шанс!
Но белобрысый мужчина будто бы не слышал, посмотрев с ярым презрением вверх – на небо, он раздвинул руки в стороны и спрыгнул. С закрытыми глазами, чтобы не видеть столкновение с жестокой реальностью и холодной дорогой, что приблизит его конец.
– Эх… Скоро счет смертей птиц с людьми сравняется… Умирают, как голуби!
Алрой вздохнул и, оставив окно открытым, позвонил в службу уборки тел, специализирующихся на таких несчастных людях, искавших ответ на вопрос «Ради чего жить?». Но, так и не находя – выбирали, что им делать дальше, что им делать дальше. Сами. Их никто не заставлял и никто в тоже время не удерживал. Было много способов покончить с жизнью, каким бы это странным не казалось.
– Как же меня это достало…
В телефоне послышались гудки.
– Назовите адрес, пол жертвы, если возможно – особые приметы. Начните говорить после одного гудка.
– Норв стрит, мужчина с белыми волосами.
– Адрес зарегистрирован, машина приедет через час.
Алрой, сбросив вызов, положил телефон на стол в прихожей. Осмотрел себя в зеркале напротив комода.
– Переодеться бы… Выгляжу, паршивее некуда.
Рубашка была частично заправлена в джинсы. Джинсы же были замараны грязью, которая непонятно откуда взялась.