Черно-белая собачка вздрогнула.
– Я не готова вспоминать эту историю, – сдержанно проговорила она. – И в ней еще участвовал попугай Вольдемар. Надо у него разрешения спросить.
– Но Вольдемар же сейчас в мире людей, – воскликнула Куки, – и вернется ох как не скоро. Попугаи ужас какие терпеливые. Я от своих людей за двенадцать лет так устану, прямо сил больше нет добрым делам их учить. Вот и начинаю проситься в Прекрасную Долину, домой хочу. А Вольдемар четыре столетия спокойно свою человеческую семью выдерживает. Нервы у попугаев жако просто из железа.
– Отправьте к нему почтового жаба, – велела хозяйка уютного домика, – если Вольдемар разрешит рассказать вам о том приключении, я, так и быть, все объясню.
Мафи собрала лоб складками.
– Почтовый жаб Густав вчера вернулся из очередной поездки. Теперь он будет неделю отдыхать. Неясно, к кому он потом отправится, по дороге ли ему к попугаю заглянуть…
– Надо включить наш телевизор! – осенило Куки. – Тот, с помощью которого мы общаемся с друзьями и родными, которые сейчас в мире людей. Такое устройство есть в доме каждого человека!
– Нет, нет, – вздохнула Радочка, – этот секрет невозможно доверить технике, голос жако может кто-то услышать. Только личная беседа Густава с попугаем! Шепотом. На ушко.
– Раньше чем через три недели почтовый жаб в Прекрасную Долину не вернется, – подвела итог Мафи.
Куки закрыла лапками мордочку.
– Я не доживу. Лиза меня насмерть закормит. Не знаю, кто такой Изменитель, не понимаю, почему он с нами это проделал. Но я точно погибну.
Мафи обняла сестру.
– Мы не умираем. Тело уходит, а душа живет вечно. Ты снова станешь маленьким щенком, обещаю с тобой всегда играть.
Куки отчаянно зарыдала.
– Нет! Я забуду все наши приключения! Придется долго ждать, пока память оживет. Ты к тому времени отправишься в мир людей, хранить человеческую семью. И я не хочу жить у Лизы енотом! Нет! Нет! Нет!
Через когти лапок Куки-Вари закапали слезы, многочисленная одежда сразу намокла. Потом юная енотиха начала икать.
– Радочка! – закричала Мафи. – Пожалей Куканю! Ты же добрая, хорошая!
– Вовсе нет, – прошептала хозяйка, – ты меня плохо знаешь.
Мафи быстро сняла с шеи колье, потом вынула из сумочки, которая висела у нее на поясе, плоскую железную коробочку и протянула все эти вещи Раде.
– Вот. Мои сокровища. Ожерелье личными лапами сделала Капа, а ее изделия даже в мире людей очень ценятся. Шкатулка от Мули. Она ее мне дала, когда из-за меня чуть Прекрасная Долина не погибла. Внутри слова написаны.
Мафи откинула крышку и прочитала на ее внутренней стороне:
– «Нет на свете плохих щенков, есть те, кто совершают необдуманные поступки. Мама всегда любит Мафи, потому что она мама Мафи». Возьми все себе. Только помоги Куки.
У Радочки опустились уши.
– Я не самая лучшая собака на свете, но я не подлая, жадная псина, которая может забрать себе чьи-то ценности. Хорошо. Слушайте.
Глава 11
Радочка и попугай
– Когда мне исполнилось три года, – начала черно-белая собачка, – к нам приехала жить Никки, моя двоюродная сестра. Ее родители отправились в мир людей, и моя мама забрала племянницу. А через некоторое время я поняла: Никки живет намного лучше меня. У нее два шкафа платьев, сундуки игрушек. Когда мы садились за стол, моя мама всегда спрашивала:
– Никуся, что ты хочешь: макароны или пюре?
Перед родной дочерью просто ставили тарелку, у нее выбора не было. В конце концов стало понятно: гостью любят, а Радочку держат в черном теле. Родственница капризничала, не хотела ничего делать, не помогала в домашних делах, плохо училась, но ей прощалось все. Один раз Никки пролила на пол кефир, и мама сказала мне…
Конец ознакомительного фрагмента.