Спиною к Западной Стене (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

  Великий актер исчез. Перед Коммодором сидел испуганный, вспотевший старик с бегающими глазами. Или это еще одна роль? - усмехнулся про себя Коммодор.

  - Светлейший, мой внучатый племянник... Он очень молод, совсем глуп, я ему сто раз говорил. Его... Его в Башню отвезли. Вчера.

  - В Башню? - Коммодор изогнул брови. - Это серьезно. У нас просто так в Башню не возят, ты знаешь. Синюю повязку надел, дурачок?

  - Да что Вы, Светлейший, - захлебнулся Лицедей. - Что Вы! Как можно? Мой племянник и синюю повязку?! Нет. Нет! Там другое...Но взяли за это. Клянусь жизнью, театром моим клянусь - не понимаю, откуда она у него взялась, он Ваш преданнейший поклонник!

  - Это у тебя поклонники, - усмехнулся Коммодор. - Те, что цветы охапками тащат. Значит, все-таки за повязку взяли? Плохо. Очень плохо. Но я-то что могу сделать?

  Лицедей шмыгнул носом и вдруг заплакал.

  - Кроме Вас ни на кого надежды нет. Я и к Распорядителю ходил, просил, в ногах валялся. Ну ведь не виноват парнишка ни в чем, зачем же его так?

  - Тихо, тихо, ты что плачешь-то? Стыдись. Ладно, я подумаю. Но смотри, если все-таки в повязке дело... Смотри! А ну, сидеть! - вдруг рявкнул Коммодор, заметив, что Лицедей вот-вот сползет с сидения и рухнет перед ним на колени. - Тут тебе не театр. На, утрись лучше.

  Коммодор вытащил из кармана платок и протянул Лицедею. Платок был несвежий, с утра Коммодора одолевал насморк. "Утрется или побрезгует?" Лицедей принял платок с поклоном и тщательно вытер лицо.

  - Можешь оставить себе. Да, вот еще что. Сегодня буду говорить на площади. Поедешь со мной. Слушай внимательно, потом выйдешь перед ними сам. И скажешь... Впрочем, не мне тебя учить. Все. Отдышись, отряхнись и готовься.

  Лицедей часто закивал и начал стирать грязь с дорогих панталон и башмаков.

  Коммодор отвернулся и стал смотреть в окно. Людей на улицах прибывало, они что-то кричали и радостно махали Коммодору, а он улыбался и махал в ответ.

  ***

  Раз-два, раз-два, раз-два. Под бой барабанов и бодрое завывание духовых, особой, месяцами отработанной походкой, высоко вскидывая руки и грохоча по брусчатке тяжелыми башмаками, выходила на площадь Гвардейская Сотня Светлейшего. На самом деле, в этой Сотне служили тысячи, а еще тысячи мечтали оказаться в ее рядах. Кормили сытно, платили щедро, гоняли много. Ну гоняли, и что? Служба есть служба.

  - Молодцы. Хорошо идут. - похвалил Коммодор.

  - Еще бы они плохо ходили, - ответил Распорядитель. - Вот они у меня все где - и сжал кулак.

  Коммодор пожевал губами.

  - Лицедей тут жаловался. Внучатого племянника, говорит, взяли. За что?

  - За что обычно. Синяя повязка.

  - А на самом деле?

  - Да за повязку, я же говорю, Светлейший. Не веришь?

  - Нет.

  - Ладно. Повязки в его доме мои люди разложили, аккуратно. А на самом деле... Дурак он. Предупреждали трижды.

  - О чем предупреждали?

  - Чтобы на поля - те, что за Северной стеной - не совался.

  - Дались тебе поля эти. Что там?

  - А ты будто не знаешь, Светлейший. Яйцеголовник там. Высокий такой, жирный. Отборный. Листик к листику, цветочек к цветочку. Раз понюхал - на целую неделю счастье.

  - Я же распорядился...

  - Так мы выполнили. Все в точности. Но ты же про поля за Северной стеной ничего не говорил, так ведь?

  Коммодор опять промолчал.