Пукки снова покачал головой:
– Нет, не сработает. Прежде всего, именно мне придется иметь дело с одинокими женами и подругами крутых парней из мира гангстеров. Это означает, что мое имя должно стоять первым.
– «Чанг и Клаузер»?
Пукки усмехнулся.
– Это могло бы стать полицейской драмой, если б наше шоу было историей двух геев-полицейских, которые по вечерам подрабатывают художниками-оформителями интерьеров.
– Я бы посмотрел, – сказал Брайан и, убрав руку от кнопки, стукнул четыре раза кулаком по дубовой двери. – Это было бы любимое шоу всех времен.
Оба снова уставились на дверь, но ничего не произошло.
Напарники повернулись и начали спускаться вниз. Брайан чувствовал внутри странную недосказанность; как будто вот-вот могла исчезнуть какая-то тайна, а он при этом так и не добрался до истины…
– Пукс, я должен туда войти. Дом Эриксона – ключ ко всему.
– Откуда ты знаешь?
Брайан пожал плечами.
– Просто знаю, и всё.
– Не слишком убедительно, – заметил Пукки.
– Да, и к тому же у меня не было ни одного сна с мальчишкой, убитым на Мичем-плейс.
Пукки кивнул.
– Хороший довод. Правда, иногда мы должны рассчитывать и на везение. Но… Зоу ведь сразу доложат об ордере на обыск, который мы попытаемся получить.
– К черту ордеры, – сказал Брайан, открывая дверцу «Бьюика». – Если она не будет играть по правилам, то мы – тем более. Мы должны сделать это, Пукс. Если, конечно, ты больше не считаешь, что я спятил…
Пукки скользнул на место водителя.
– Ну, я бы точно не позволил тебе нянчить своих детей, будь они у меня. Послушай, Брай-Брай, я не забыл то, что видел на крыше дома Сьюзен Пейнос. Я не смог бы вычеркнуть это из памяти, даже если б выпивал по галлону «Джека Дэниэлса» три раза в день в течение недели. Я не разбираюсь в биологии, но верю в то, о чем нам рассказывала Робин. О социальной структуре видов.
– Эусоциальной…
– Неважно. Главное, что я с тобой. Мы во всем разберемся, но ты должен мне пообещать, что не станешь вламываться в этот дом. Мы должны тщательно продумать свой следующий шаг.
– Пукс, ты не понимаешь…
Чанг стукнул по приборной панели.
– Заткнись, Брайан.
Теперь он не улыбался. Клаузер замолчал. Его друг хотел, чтобы его услышали.
– Я поддержал тебя, – сказал Пукки. – И ты обязан со мною считаться. Ты не войдешь туда просто так, без плана, даже если я сам погоню тебя туда пинками. Нам во что бы то ни стало нужно добраться до линчевателя, разоблачить Зоу, отыскать убийцу с ZY-хромосомами, который до сих пор не пойман, и любого из тех, кто ему помогал. Мы обязательно разберемся в этой головоломке с Детьми Мэри. Тебя я знаю уже достаточно долго, но сейчас, поверь, ты хватил через край. Ты не сможешь принять взвешенные решения. Поэтому давай действовать так, как я скажу, договорились?
Брайан почувствовал желание выскочить из «Бьюика», броситься вверх по ступенькам и разбить вдребезги чертову дверь. Вздохнув, он подавил в себе этот порыв. Пукки действительно всячески поддерживал его и был прав: напарник обязан был с ним считаться.
– Хорошо, – сказал Брайан. – Каков будет наш следующий шаг?
– Дай мне подумать пару минут.
Они ехали в полном молчании. За это время Пукки никого не подрезал. Он поворачивал, снизив скорость, и соблюдал все придорожные знаки и сигналы светофоров. Наконец «Бьюик» повернул на Калифорния-стрит и поехал в сторону делового района города. Заходящее солнце окрасило горизонт в ярко-оранжевый цвет, который подсвечивал вытянутую пирамиду небоскреба «Трансамерика».