В этот момент вернулся Пукки. Глаза у него были широко раскрыты, и выглядел он расстроенно.
– Что с тобой? – спросил Брайан.
– Надо узнать, не продается ли где-нибудь нижнее белье для мужчин с двумя задницами, – сказал Пукки. – Потому что мою задницу Зоу только что разорвала на части. Брай-Брай, нам нужно срочно рвать отсюда когти. Верде доложил Зоу, что мы допросили Тиффани Хайн. Теперь шеф считает, что мы нарушили ее приказ не вмешиваться в это дело.
– Но ведь это мы обнаружили труп, – сказал Брайан. – Что нам теперь делать – просто перешагнуть через все это и отправляться за пончиками и кофе?
Пукки кивнул:
– Скорее всего. Она в курсе, что Верде вот-вот приедет и что мы все равно поступили по-своему. Это ее просто взбесило. Если Зоу узнает, что мы явились сюда взглянуть на беднягу Оскара, то сама нас выпотрошит, а потом поставит в рамочку рядом со снимками своего драгоценного семейства.
Робин не очень разбиралась во внутренних проблемах полицейского управления, но наверняка в скором времени что-то могло проясниться. Странно, что Зоу так решительно настроена против участия Брайана и Пукки в этом деле…
Клаузер заскрежетал зубами. Раздражение входило в число тех немногочисленных эмоций, которые он не скрывал.
– Ну и что теперь? – спросил он. – Передадим нашего предсказателя судеб Ричу Верде?
– Черта с два! – ответил Пукки. – Я, кстати, только что позвонил мистеру Биз-Нассу, и он ждет нас через двадцать минут. Слушай, Робин, нам нужно идти. Ты ведь никому не расскажешь о нашем визите?
– Ну конечно, – сказала она. – Не сомневайся.
Пукки вышел. Брайан несколько долгих секунд разглядывал Робин, после чего последовал за напарником. Женщина посмотрела ему вслед, отчаянно вспоминая все, что он ей здесь наговорил, и пытаясь понять значение произнесенных слов. Она уже ненавидела себя за это.
Мистер Биз-Насс
Район Норт-Бич, или «Маленькая Италия», расположен рядом с Чайнатауном. Еще в детстве Брайан часто приходил сюда с отцом. Изменения при переходе из одной части Сан-Франциско в другую очень резкие и отчетливые. Проходит какая-нибудь минута, и вы уже продираетесь через плотные толпы китайцев, выбирающих себе фрукты или овощи в корзинах возле крошечных продуктовых магазинчиков, видите вывески на китайском и слышите разговоры – тоже на китайском. А еще через минуту вы уже взираете на полупустые тротуары, на столики, за которыми сидят люди и пьют эспрессо, повсюду слышны обрывки итальянских фраз, а каждый фонарный столб заклеен по кругу зелеными, белыми и красными полосками.
Норт-Бич имеет, в основном, два главных отличия: это огромный выбор самой различной готовой еды и продуктов питания, бесчисленные рестораны, пекарни, мясные лавки и кондитерские, и масса магазинчиков, заполненных всяким сувенирным хламом, дорогой одеждой и еще более дорогими предметами, претендующими на художественную ценность. Над всеми этими ресторанами, кондитерскими и сувенирными лавками располагается второй ярус Норт-Бич, представленный потускневшими вывесками и табличками, которые рекламируют импортеров, экспортеров и торговцев оливковым маслом, портных и так далее.
У мистера Биз-Насса была конторка на втором этаже, на расстоянии всего одного пролета от кафе-кондитерской «Стелла». Его вывеска не потускнела – синий неоновый глаз в красной неоновой руке, а ниже – белая изогнутая надпись: «ГАДАЛЬЩИК».
– Мило, – заметил Пукки. – Как только закончим с этим парнем, зайдем сюда и возьмем себе по чашечке кофе с тортом «сакрипантина».
– Что, надо подбросить угля в топку? – усмехнулся Брайан.
– Да, не помешает, – сказал Пукки. Он подхватил четыре толстые папки, опасаясь, что их содержимое высыплется на тротуар. – Мозги требуют химических веществ, таких как калий и натрий. Сахар – это тоже химикат, Брайан, следовательно, мой мозг нуждается в сахаре. Все это – химия, а следовательно, наука.
– Парень, который верит в Невидимого Небесного Папочку, ссылается на науку?
– Вот именно, – сказал Пукки. – И этот человек собирается поболтать с магом-язычником. Сегодня будем исповедоваться. Между прочим, я не сказал мистеру Биз-Нассу, что мы полицейские.
Брайан кивнул:
– Всегда неплохо чем-то удивить собеседника.
– Насколько мне известно, этот парень – подозреваемый, – сказал Пукки. – Но я не хочу торопить события. Пока он – единственный интересующий нас человек.
Брайана это не вдохновило. Предсказатель Томас Рид по кличке Биз-Насс занимался расшифровкой символов. Это означало, что у него могла быть какая-то связь с их делом. Вероятнее всего, он где-то случайно увидел эти символы и захотел узнать о них побольше. Однако запросы в полицейское управление Сан-Франциско не делают из чистого любопытства…
– Пукс, а что это за прозвище такое – Биз-Насс?
– Оно чем-то похоже на «Элвис», – сказал Пукки. – Ну, скажем, «тот, кто проявляет заботу о бизнесе»… Ну что, готов выслушать парня-гадалку?
Брайан был готов. На данном этапе он принял бы любой ответ. У него побаливала голова, и это являлось самой незначительной из его проблем. Организм упорно не слушался, но Брайан не сдавался. По крайней мере, до тех пор, пока он мог напрягать мышцы и не обращать внимания на то, что ему больно не только двигаться, но и дышать.
Они вошли в дверь на первом этаже, затем поднялись по лестнице. Запах ладана наверху смешался с ароматами выпечки с первого этажа. Дверь, которая вела в кабинет мистера Биз-Насса, была ярко-красной, с синим глазом посередине; ее невозможно было не распознать.
Они вошли.