Она кивнула:
– Очень похоже на зубы, но это вполне могло быть оружие, действующее так же, как и пара могучих челюстей.
– И у такого оружия есть название, – добавил Пукки. – Оно называется поддельные зубы. А к ним в придачу и меховой костюмчик.
Брайан закатил глаза и рассмеялся.
– Ну, ты даешь, Пукс… Но ведь на хромосому-то костюмчик не натянешь! Вот ты недавно пошутил про уродливого мутанта, однако, судя по тому, что мы видели, шутка вполне может оказаться правдой.
Робин знала обоих мужчин очень хорошо – Брайан гордился своей вездесущей рациональностью. Он вообще-то не верил ни в чудовищ, ни во что-то сверхъестественное. То, что они сейчас спорили об этом, было ему совершенно не свойственно.
– Расскажите-ка мне, – сказала Робин. – Что вы там такое видели?
– Ничего, – ответили оба.
Неужели они ей не доверяли? Точно так же, как и Рич Верде, они, наверное, думали, что ее работа заключается лишь в осмотре трупов, а не в раскрытии преступлений. Робин вдруг задумалась, не связана ли эта секретная информация с таким мрачным видом Брайана…
Она задвинула полку с трупом Оскара назад в холодильную камеру, захлопнула дверцу и направилась к своему столу. Клаузер и Чанг не отставали.
– С чисто технической точки зрения, Пукки прав, – сказала она. – По определению, мы рассматриваем это как мутацию. У убийцы могут быть другие физические отклонения. Но узнать это невозможно.
Она скользнула в свое кресло. Мужчины встали по бокам и снова принялись рассматривать на экране странный вид новой хромосомы.
– Послушай, Робин, – сказал Брайан. – Почему у Z-хромосомы две штуковины в виде крылышек, а у Y- и X-хромосом – только по одной?
Он показал пальцем на один из двух «суставов» Z-хромосомы.
– Какие еще штуковины? – спросила Робин. – А… Это центромера. Но у хромосомы не может быть двух цент…
Внезапно она увидела то, что заметил Брайан.
– Господи Иисусе! Как же я это упустила?!
У Клаузера не имелось никакого специального образования, но он был превосходным наблюдателем. Видимо, в этом он намного ее превосходил…
– Что ты имеешь в виду? – спросил Пукки. – Просвети меня поскорее, Робин!
– Центромеры состоят из двух спаренных столбцов туго скрученных ДНК, – сказала она. – Каждый столбец называется хроматидой и представляет собой копию хромосомы от одного родителя. Центромер – это место, где эти две линии сходятся, где они соединяются вместе.
Пукки коснулся экрана, приложив кончик пальца к центру Y-хромосомы.
– Вот это место, – сказал он. – Точка пересечения X. Это и есть центромера?
Робин кивнула:
– Да. До тех пор, пока клетка не поделится – а те, которые я проверила, не делились, – у нее есть лишь один центромер. У Z их два. Я никогда не видела ничего подобного. И никто не видел. Никогда.
В помещении наступила тишина. Все трое не отрывали глаз от экрана.
– М-да, – наконец проговорил Пукки. – Если это новый вид, то нужно как-то его назвать.
– Так не получится, Пукс, – рассмеялась Робин.
В этот момент загудел сотовый телефон Пукки. Он вытащил его, проверил, от кого сообщение, и присвистнул:
– Это шеф Зоу. Требует меня к себе.
Он сразу же выскочил на улицу, оставив Робин наедине с Брайаном.