8 ноября. Полный комплект
— Перестаньте, руки…
Окровавленные руки Цзянь не слушались. Они продолжали шить. В этот раз иголочные уколы были больнее, и каждый пронизывал будто до кости. Черно-белый мех панды стал влажно-красным.
— Перестаньте, руки!
Она закончила шить. В точности как и раньше и до того, большие черные бессмысленные глаза существа, дрогнув, раскрылись и заморгали, как у пьяницы, очнувшегося на полуденном солнце.
«Зло».
Цзянь почувствовала, что существо источает зло, как скунс — острую вонь. Она хотела бежать, но тело отказывалось повиноваться, вроде ее сбрендивших рук.
Зла достаточно, чтобы убить ее. А разве она этого не заслуживает?
Существо посмотрело на нее. И распахнуло широкий рот.
Цзянь начала кричать.
Сара и Алонсо сидели в кабине С-5. До отказа забитое аппаратурой помещение благоухало искусственной хвоей: над панелью приборов Алонсо повесил три «елочки» автомобильных ароматизаторов.
Сара чувствовала напряжение, исходящее от ее второго пилота.
— Ну, выкладывай, Со, — сказала она. — Сто лет уже сидишь, язык прикусив. Если есть что сказать — говори.
Алонсо с демонстративным тщанием осматривал чуть ли не каждый прибор перед собой. Сара держала паузу и просто наблюдала за ним.
Дверь в кабину открылась. Вошли Миллер и Каппи. Обычно во время полета в кабину они не заходили никогда.
— Так-так-так, — сказала Сара. — Вся банда в сборе, полный комплект. И сейчас ты, похоже, заговоришь, а, Со?
Алонсо кивнул.
— Ты правда хочешь, чтоб мы это сказали?
— Сказали — что?
Миллер коротко рассмеялся.
— Мы та-а-акие скрытные и загадочные. Может, сама догадаешься, о чем речь?
— Ага, сказал Каппи. — Сама-сама.
— И попробую… — Сара потерла подбородок, глядя вверх. — Духи подсказывают мне… Вы озабочены тем, что мы взялись за транспортировку генетического эксперимента, о котором нам ничего не известно, так?
— Бз-з-з, — прожужжал Алонсо. — Ответ неверный, но спасибо за участие в игре.
— Ладно, ребята, хватит. Расскажите, в чем дело. Миллер, опусти задницу в кресло и выкладывай.
Миллер занял место наблюдателя, располагавшееся сразу за креслом второго пилота.
— Само собой, этот генетический хлам настораживает, — сказал он. — Но я подписывался на это. Я знал, на что иду.
Каппи остался стоять. Он скрестил на груди руки.
— Вот на что мы не подписывались, так это летать на «Фреде» в долбаную зону военных действий с полным набором горящих зданий и трупов, грузить на борт раненых и сматывать удочки по-быстрому. Новый «Фред» не предназначен для операций в горячих точках, как эта, не говоря уж о переоборудованном. И ты знаешь об этом.
«Фредами» называлась вся линейка модельного ряда С-5. Этим самолетам, как правило, требовалось около шестнадцати часов техобслуживания на каждый полетный час. В модернизированной версии появилось шедевральное от первого до последнего винтика оборудование, поэтому обслуживание существенно упростилось, и тем не менее Миллер был прав: эта машина не предназначена для боевых операций. Но что сейчас они могли изменить? Сара пожала плечами, очень надеясь, что вид у нее при этом бесстрастный.