— Это Руди. Руди, это Декс и Перри.
Руди кивнул нам.
— Добро пожаловать в мой бар. С чего начать?
— А вы не любите тратить время, — отметил Декс.
— У нас и нет лишнего времени, — сказал Руди и встал с кресла. Он обошел стол, оказавшись невысоким мужчиной, и остановился перед нами. Точнее, передо мной.
Он уперся руками в колени и склонился, глядя мне в глаза. Я видела свое отражение в его очках. Я не осмелилась двигаться. От него пахло шалфеем и другими травами. Было приятно, но голова начинала кружиться.
Казалось, он смотрел на меня вечность. А потом выпрямился и сказал Берду:
— Ты был прав насчет нее.
— Что? — спросила я, хотя ответ слышать не хотелось. — Что насчет меня?
Руди посмотрел на Берда, а тот вскинул брови в ответ. Руди повернулся к нам.
— Насчет всех вас.
— Что насчет всех нас? — спросил Максимус.
— Не уверен, — признался Руди. — У меня есть догадки, но вы вряд ли готовы к ним.
— Черт возьми! — завопил вдруг Декс и вскочил на ноги. Он начал тыкать пальцем в Руди. — Мне надоело, что люди врут нам!
— Декс! — рявкнула я. — Сядь.
Берд посмеялся и положил ладонь на плечо Декса, отодвигая его от Руди.
— Спокойно, — сказал мягко Берд. — Ты в смятении, как и все мы. Но пойми, что мы не… не пытаемся все запутать. Но некоторые вещи сложно объяснить даже тем, кто это понимает.
— Так попробуйте, — вздохнул Максимус. Я слышала усталость в его голосе. Он не потерялся на дороге, как мы, но ситуация и ему надоела.
Декс покачал головой и начал ходить по комнате.
— Не вижу проблемы. Вы явно понимаете, что тут происходит.
— В этом и проблема. Но у вас есть право выслушать. Потому я согласился встретиться с вами. Я могу помочь, но мне нужно знать, насколько вы открыты, — сказал Руди. Декс замер и скрестил руки, его ноги напряглись.
Руди снял очки и быстро потер переносицу.
— И я боюсь, времени мало. Я не смогу отвечать на гору вопросов, так что дайте мне высказаться.
— Мы слушаем, — отозвалась я, в предвкушении сдвинувшись на край дивана.
Максимус был настороже. Декс не отводил взгляда от Руди и ждал.
— Я целитель, — сообщил Руди. — Я привык к тому, что это работа, за которую не платят. Это дар. За такое мы платы не берем. Порой, конечно, бывает другое, но чаще всего мы помогаем всем, кто просит об этом. И тут люди живут не очень хорошо. Так что у меня есть этот бар. Я считаю его своим офисом целителя. Люди приходят ко мне со своими проблемами, с проклятиями и прочим, и могу помочь им, а они при этом могут купить пива. Порой я просто слушаю. Такова жизнь хозяина бара. Но большую часть времени я просто Руди. Если хотите выслушать мое мнение, слушайте. Но я всего лишь человек.
Он прошел к дивану и сел на подлокотник рядом со мной.
— Берд рассказал мне о случившемся с Ланкастерами два месяца назад. Ты тогда еще не пришел. Максимус. И все куда больше, чем вам рассказал Уилл. Намного масштабнее.
На ранчо было много странных случаев. И теперь мы знаем, что это. Йии наалдлуши. Не нравится так говорить, но все указывает на это. Но Уилл в это верить отказывается. Он отвернулся от своих верований, хотя глубоко в сердце знает правду. Свинью можно накрасить, но она останется свиньей. И пока он видит то, что видим мы, и не препятствует, это не прекратится.
— Но йии… оборотни. Что они хотят от него? — спросила я.