– Ты не можешь найти, – сказал он, – не возвращайся.
Потом встал и подошел к растрепе-березке, прислонился к ее стволу, разглядывая мятущиеся под ветром тени. Думаю, он уже забыл обо мне. Даже подскочил, как перепуганный зверь, когда рядом с ним раздался мой голос. Должно быть, он полностью углубился в свои странные мысли, потому что не услышал моих шагов.
– Дин, не вини меня в этом. Я старалась найти.
Справившись с удивлением, он вновь обратил ко мне свои глаза.
– Винить? Я не знаю, о чем ты говоришь.
– Я подвела тебя, и ты сердишься.
Он смотрел на меня так долго, что мне стало неуютно.
– Не понимаю, о чем ты говоришь, – проговорил он.
А я не хотела, чтобы он отвернулся. Тогда он уйдет, уйдет и оставит меня, не вспомнив ни разу. Не из жестокости или коварства, как случается среди людей. Просто я была ему безразлична – словно для кошки красный тюльпан.
Я схватила его за руки выше локтей и тормошила – с тем же успехом можно было бы трясти фасад дома.
– Ты не можешь не знать! – закричала я. – Ты знаешь все, что я прочла. И ты должен знать все мои мысли!
Он покачал головой.
– Я же человек, я женщина, – бесилась я. – А ты использовал меня, использовал и ничего не дал взамен. Из-за тебя я поломала все свои привычки: читала все дни напролет и возвращалась к тебе, будь то дождь, снег или воскресное утро. А ты не говоришь со мной, ты не глядишь на меня, ничего обо мне знать не хочешь, я тебе безразлична. Ты словно околдовал меня, и я не могу разрушить твои чары. А теперь, окончив свои дела, ты отделываешься от меня одним «не возвращайся».
– Значит, если я что-то взял, нужно отдать другое?
– Так делается среди людей.
Он коротко и заинтересованно хмыкнул.
– Что же ты от меня хочешь? У меня ничего нет.
Я отодвинулась от него. Я чувствовала… не знаю, что я тогда чувствовала. Только по прошествии какого-то времени сказала:
– Не знаю.
Он пожал плечами и отвернулся. Я бросилась к нему и потянула назад:
– Я хочу, чтобы ты…
– Ну и чего же ты хочешь?
У меня не было сил смотреть на него; я едва могла говорить.
– Не знаю. Что-то есть, что-то должно быть, но я не знаю, что это такое. Что-то такое, что я не могла бы произнести вслух, даже если бы знала.
Он снова покачал головой, и я опять взяла его за руки.
– Ты вычитал из моего ума столько книг, неужели ты не можешь прочесть во мне… меня.
– Я не пытался. – Он взял мое лицо в ладони.
Странный взгляд его проник в меня, и я вскрикнула. Попыталась вырваться. Я не хотела этого, я была уверена в этом. Я отчаянно сопротивлялась. Мне казалось, его большие ладони отрывают меня от земли. Он не отпускал меня, но, дочитав, выронил на землю. Рыдая, я съежилась на траве. Он присел возле меня. Он не пытался ко мне прикоснуться, не стремился уйти. Я наконец успокоилась и притихла, ожидая.
– Я не намереваюсь еще раз повторять это.
Я села, обтянула колени юбкой, и припала к ним щекой, чтобы видеть его лицо.