– Хорошо, что Виталик не заставил меня открыть багажник, – медленно проговорила она.
– Какой Виталик? – машинально спросила Эльвира, предвидя ответ.
– Тот, что подходил к нам на посту… Нам надо от этого срочно избавиться!
– Как, он же неподъемный, этот ящик, – проговорила Эльвира, даже навскидку определяя, что двум женщинам, из которых одна, то есть она сама, вообще не привыкла поднимать тяжести, ни за что его не поднять. Да и в Алене на вид килограммов пятьдесят, куда ей такой ящик тягать.
– Сделаем вот что, – решительно сказала та, – сейчас я съеду с обочиныпоближе к кустам, и мы перетаскаем эти гранаты куда-нибудь, понемногу…
– Куда?
– Ну, не знаю. Выкопаем ямку, – она кивнула на лежащую в багажнике небольшую лопатку, – сложим туда все это, и закопаем.
– А они не взорвутся?
– Будем брать осторожно. У гранаты есть чека – вот она – главное, ее не трогать.
– В чем носить? У нас же ни пакета, ни коробки.
– В руках! – прикрикнула на нее Алена.
– Так мы до вечера носить будем!
– А что ты предлагаешь? Ездить с гранатами в багажнике, пока какой-нибудь бдительный сержант нас не арестует?.. Не переживай. Я съеду так, чтобы носить пришлось недалеко… А то, знаешь, я стану поближе к яме, а ты будешь передавать их мне по несколько штук…
В отличие от Эльвиры Алена была скорой на ногу. И на руку. Она быстренько выкопала яму. Потом так же споро стала укладывать в нее гранаты. Ящик обе девушки в последнюю очередь вдвоем вытащили из багажника, раскачали и забросили подальше в кусты. Вряд ли до поздней осени его кто-нибудь там обнаружит. Ямку присыпали землей и набросали поверх листьев.
Алена отошла в сторону, придирчиво осмотрела место захоронения и довольно произнесла.
– Ну, вот, и провозились-то мы не больше часа.
Только теперь Эльвира почувствовала настоящий страх. Гранаты! Возможно, они были от смерти в двух шагах… какой там, в двух, в полушаге, на расстоянии одной ступни… на расстоянии… Она бы еще долго прикидывала да высчитывала, но Алена на нее прикрикнула.
– Что стала, будто лошадь, на которую слепни напали!
– Тогда бы я от них отмахивалась, – машинально пошутила Эльвира. – А тебе не кажется, что этой машины могут хватиться, потому что… кому-то же эти боеприпасы предназначались!
– Ты права, – задумчиво пробормотала Алена. – В таком случае, у нас всего один выход: сменить номера!
– Интересно, каким же образом? – от возмущения Эльвира окончательно пришла в себя. – Даже если ты и достанешь другие номера, тебе все равно придется предъявлять старые документы. Или ты и их сможешь поменять.
– Об этом надо подумать, – согласилась Алена.
Она опять сдала машину назад и вернулась на шоссе.
– В Мостовом у меня есть дядя, а у него – старый «запорожец». Стоит в гараже без дела. Вот с него мы и свинтим номера…
– А документы? – опять вмешалась Эльвира.
– … и прицепим назад. Одну табличку, – невозмутимо проговорила Алена. – Спереди оставим родные. Ведь по ним нас может тормознуть милиция… Зато те, кто будет ехать следом, будут видеть совсем не то, что им нужно.
– Это же чистейшей воды афера. Как можно так рисковать?! А если они захотят осмотреть багажник и увидят номера другие?
– Придется повертеться. Ты же не хочешь лежать где-нибудь в кювете с прострелянной башкой?
– Не хочу!.. Но и верить во всякую ерунду мне тоже не хочется.
– Возможно, я порой чересчур увлекаюсь, рисую себе картины, которых по сути быть не может…