— ?.. Повтори, пожалуйста?..
— Ты должен сходить к психотерапевту.
Думаю, она произнесла это слово впервые за двенадцать лет. И улыбнулась со значительным видом — раньше я за ней этого не замечал.
— И ты говоришь мне это так запросто, ни с того ни с сего, после двенадцати лет совместной жизни, между двумя бутербродами?
— Я давно собиралась тебе это сказать, и сегодня пришло время.
…Кто эта женщина в халате, сидящая напротив меня?
— Вот уже несколько месяцев мы практически не разговариваем, ты ходишь все время хмурый, тебе ничего не хочется, даже дети заметили, и их это пугает.
Хмурый? Почему она не сказала угрюмый?
— Это они сами тебе сказали?
— Оба.
— ?..
— Когда в прошлом году ты заболел, мы сделали все возможные обследования, и, слава Богу, оказалось, что это просто небольшое переутомление. Мы не слишком волновались, но, может, ты что-то от меня скрываешь?
Я ничего от нее не скрываю, что и подтвердил с чистой совестью.
— Тогда у тебя что-то на душе, в чем ты даже не отдаешь себе отчета. Тебе нужно кому-то исповедаться. Это может пройти гораздо легче, чем мы думаем.
Неужели все это произнесла Катрин, которую я знаю лучше, чем она сама? Та, которая, засыпая, кладет голову мне на плечо, в тот момент, когда я тушу лампу в изголовье? Та, что изгибается, выходя из машины, боясь, что все увидят ее ляжки? Та, которая постоянно забывает ключи в почтовом ящике, когда получает извещение о посылке? Неужели это та самая женщина? Если она решила пойти мне наперекор и раз и навсегда доказать мне, что она совсем не так предсказуема, как мне казалось, то она не могла придумать ничего лучше, чем эта история с психотерапевтом. Я — и психотерапевт? Как ей только в голову пришла эта нелепая идея?
— Скажи-ка, Мину, ты виделась со своей подругой Франсуазой?
— Конечно, нет.
— Ты листала «Нувель Обсерватер» в гостях у Моро?
— Вместо того чтобы нести всякую чушь, лучше подумай о том, что я сказала. Если постараешься, ты можешь найти хорошего специалиста.
Я не узнаю тебя, Катрин.
— Ты отвратительно вел себя с Моро.
— Не хуже, чем обычно, Мину.
— Да ты еще и издеваешься надо мной!
— Я прекрасно к ним относился до того, как они купили этот домишко в Перше. Когда у них родился ребенок, и то меньше шума было.
— Признайся лучше, что тебе стало не по себе, когда Жак заговорил о своем психоаналитике.
— Что?!
— У него есть смелость, которой тебе не хватает.
— Может, хватит об этом? Уже два часа ночи, мне еще крутиться как сумасшедшему, чтобы найти место для машины, и вообще я хочу спать.
— Ему это помогло. Жюльетта рассказала мне, когда мы были на кухне. Он больше не психует по любому поводу. Он пошел к специалисту, и ему стало гораздо лучше.
— Ты выбрала не самое подходящее время!