— Я была там сегодня. Я, мать твою, видела, как ты нёс её на руках.
Он остановился, замер на мгновение, между нами были лишь темнота и напряжение. Мы оба тяжело дышали из-за возбуждения, гнева и неуверенности. Слёзы, которые я так тщательно сдерживала, обещали пролиться с минуты на минуту.
— Ты была там сегодня? В Чарльстоне? На пристани?
Я кивнула, сердце забарабанило о рёбра с неистовой силой.
— Так почему же ты ничего не сказала?
У меня ком встал в горле.
— Ты сделал свой выбор. Это было очевидно.
— Я сделал выбор несколько недель назад. По-видимому, это не было достаточно очевидно.
Резким движением он подтянулся выше, моя грудь прижалась к его груди, и жар от его тела опалил меня.
Взяв моё лицо в свои руки, он заставил меня посмотрела на него, его взгляд был жёсткий и яростный. Он провёл большим пальцем по моей нижней губе и усмехнулся, этот звук вибрацией отозвался в моей груди.
— Знаешь, не так я хотел всё это сделать. У меня был план, но ты и твой наполовину трезвый рассудок всё испортили... — он замолчал и прижался нежным и чувственным поцелуем к моему лбу.
Неожиданная перемена в его поведении вогнала меня в ступор.
— Я люблю тебя, Сэди.
Я попыталась покачать головой, уверенная, что всё расслышала неправильно.
— Да, Сэди. Я. Люблю. Тебя. Я думал, думал, ты знаешь. Думал, что мои поступки это доказали. Бумажные самолетики, мои ночные вылазки к тебе в комнату через окно, только чтобы просто пообниматься пару часиков, твоя резинка для волос у меня на запястье, которую я не могу заставить себя снять. Как ты могла не понять? Неужели ты думаешь, что я со всеми своими подругами устраиваю прогулки при луне? Что я, поднимаясь по лестнице, еще с кем-то не могу вытерпеть несколько шагов, прежде чем доберусь до своей постели? Я теперь даже мимо грёбаного «Криспи Крим» не могу пройти, чтобы не купить чего-нибудь. Осталось только на лбу написать большими буквами о моих чувствах.
Я застыла, лежа под ним. Я так хотела услышать эти слова, но сейчас не могла этого вынести. Моё сердце, казалось, поместили в блендер, который покромсал мои эмоции на мелкие кусочки и раскидал их повсюду. Он врал, я видела его с ней своими собственными глазами. Фотографии в его тумбочке. Все их совместные обеды, о которых он не упоминал.
Но мне отчаянно хотелось верить ему. Его глаза горели искренностью, и воспоминания о тех моментах, когда мы были вместе, только вдвоём, нахлынули на меня. Не считая секс. Другие моменты. Как он со своим упрямством во что бы то ни стало был намерен заманить меня в воду. Как мы лежали в гамаке, переплетя ноги. Как наши тела автоматически сплетались вместе, пока мы спали.
Взгляд на его лице изменился, стал более решительный.
— Я знаю, ты чувствуешь эту связь, Сэди. Она неоспорима, — просунув одну руку между нами, он вставил в меня один палец. Я была мокрой, более чем готовой для него, и мои бёдра взмыли вверх. Он добавил второй палец, и мне пришлось постараться, чтобы сосредоточиться на его словах. — Ты думаешь, что отвечаешь мне подобным образом, только потому, что это простая физиология? Или что это просто биологическая совместимость? Думаешь, это гормоны разбушевались?
Его пальцы входили и выходили из меня, а тёплая ладонь легла на мой клитор. Я не могла ответить, моё тело было напряженно до предела. С моих губ слетело его имя. Это было единственное, о чём я могла думать.
— Думаешь, такое можно испытывать с каждым?
Когда он резко отстранился, крик нужды вырвался из меня. Я была уже так близко. Он расстегнул штаны и приспустил их достаточно для того, чтобы освободить себя. Он разместился между моими бёдрами, его член ощущался желанным теплом на моей чувствительной коже.
Я заёрзала, ища какого-нибудь давления или трения, чего угодно, только бы облегчить это чувство внутри меня, хотя понимала, что это неправильно, что это наше прощание.
— Ты не думаешь, что между нами такая страсть по другой причине? Я знаю, что ты любишь меня, тебе даже не нужно произносить это вслух. Думал, ты тоже это знаешь. Думал, что то, как наши тела реагируют друг на друга и есть проявление чистой, искренней, идеальной любви.
— Ты не любишь меня, — выдохнула я, поднимая бёдра, пока он не оказался возле самого входа.
— Ещё как люблю! — прорычал он и вошёл в меня одним сильным толчком.
Мы оба замерли, он заполнил меня, растягивая, и это превосходило все остальные ощущения. Пульс на его шее бешено бился, а упругая задница напряглась под моими руками. Даже несмотря на то, что мы кричали друг на друга, в этот момент быть с ним рядом казалось самым правильным решением.
И даже если мне больше никогда не доведётся испытать это снова, я знала, что никогда не забуду, какого ощущать его внутри себя. Его длинный, упругий член, жадный и нетерпеливый, теперь двигался с бешеной скоростью.
Он опустил свой рот на мою шею и начал жадно её посасывать. Словно помечал свою территорию.
Я прижимала его крепче, сильнее, извиваясь под ним, встречая каждый его толчок. Мне хотелось в последний раз получить всё, что он мог дать.