Куджо: читать начало книги онлайн

Поэтому она мыла полы, которые и так блестели, и думала и Стиве Кемпе, с которым позволила себе легкий флирт. Стив переехал однажды в город откуда-то из Вирджинии и открыл здесь торговлю антикварной мебелью. Не раз она ловила себя на том, что сидит перед телевизором и не знает, что там идет, думая о том, как его загар контрастирует с белой тенниской, или о том, как смешно оттопыривается его задница, когда он бегает по корту. И в конце концов…

Она почувствовала спазмы в желудке и побежала в ванную, зажав руками рот. Ее стошнило. Она невидящими глазами уставилась на рвоту, и ее стошнило еще раз.

Когда желудок чуть отпустило (но ноги по-прежнему были ватными), она посмотрела на себя в зеркало. Лицо было совсем белым, глаза покраснели. Волосы сбились в бесформенный комок. Она подумала, что станет такой в старости… совсем скоро, и в ужасе поняла что, если бы Стив Кемп сейчас был здесь, она бы позволила ему себя взять — только бы он обнимал ее, и целовал, и уговаривал не бояться, и говорил, что время — это миф, а смерть — всего лишь сон.

Из ее груди вырвался звук, напоминающий хриплое рыдание — совершенно безумный звук.

Она уронила голову и расплакалась.

Черити Камбер сидела на двухспальной кровати, которую делила со своим мужем Джо, и смотрела на что-то, что держала в руках. Она только что вернулась из магазина, где в то время была и Донна Трентон. Теперь ее руки, ноги, щеки похолодели, словно она слишком долго шаталась с Джо на снегоходе, но завтра было первое июля, и снегоход стоял в сарае, дожидаясь зимы.

"Не может быть. Это какая-то ошибка".

Но в этом не было никакой ошибки. Она вертела это так и сяк, и все сходилось.

"Ну что ж, это со многими случается. Ведь так?"

Со многими. Но с ней?

Она слышала, как Джо заколачивает что-то у себя в сарае — этот звук разносился сквозь жару, как удар колокола. Потом пауза и сердитое "Ч-черт!"

Молоток ударил еще раз, и снова наступила пауза. Потом муж завопил:

— Бретт!

Она всегда немного пугалась, когда он звал сына таким голосом. Бретт любил отца, но Черити никогда в точности не знала, какие чувства испытывал к сыну сам Джо. Странно, но это было так. Один раз, два года назад, ей приснился страшный сон, который она так и не смогла забыть. Ей снилось, что ее муж воткнул вилы прямо в грудь Бретту, и их зубья вышли у мальчика из спины, приподняв его рубашку, как колышки палатку. "Маленький засранец не пришел, когда я звал его", — сказал муж во сне, и она в ужасе проснулась рядом с реальным мужем, который мирно спал, напившись пива. Лунный свет падал на нее через окно, и в его призрачных лучах она испугалась того, что лежало рядом с ней — монстра с желтыми, острыми зубами, посланного ей в наказание с каким-то сердитым Богом. Джо не раз поднимал на нее руку, и она обычно беспрекословно слушалась его. Бретт рос таким же. Но иногда она просто боялась за мальчика.

Она подошла к окну и увидела, как Бретт бежит к сараю. Следом трусил с обалделым видом Куджо.

Тихо: "Подержи это, Бретт".

Еще тише: "Сейчас, папа".

Снова начался стук молотка, немилосердный колокольный звон: "Бом! Бомм! Боммм!" Она представила, как Бретт держит какую-нибудь заклепку. Муж мусолит "Пэлл-Мэлл" в углу своего тонкого рта, рукава рубашки засучены, он орудует пятифунтовым тяжелым молотком. И если он пьян… если он промахнется хоть на сантиметр…

Она уже воображала захлебывающийся крик Бретта, когда молоток превратит его руку в красное месиво, и закрыла глаза.

Потом опять посмотрела на вещь, которую держала в руке, и подумала о том, как ее можно использовать. Больше всего на свете она хотела в Коннектикут повидать свою сестру Холли. Она не была там уже шесть лет, с лета 74-го — она хорошо помнила то лето, очень тяжелое для нее кроме этой восхитительной поездки. "Тогда начались все эти ночные странности Бретта — кошмары, крики и, чаще и чаще, хождение во сне. И в то же лето Джо опять начал пить. Сомнамбулизм Бретта в конце концов прошел. Пьянство Джо — нет.

Бретту тогда было четыре года, теперь ему исполнилось десять, и он вряд ли помнил тетю Холли, которая шесть лет назад вышла замуж. Теперь у нее уже был мальчик, названный по имени мужа, и совсем маленькая девочка. Черити их еще не видела — только на фотографиях, которые сестра прислала по почте.

Она боялась сказать об этом Джо. Он устал слушать ее просьбы на этот счет, и, если она попросит еще раз, она может ее ударить. Последний раз она заводила разговор насчет Коннектикута шестнадцать месяцев назад. Он отказался — ему неплохо жилось и в Касл-Роке. Каждый год он с Гэри Педье и другими приятелями отправлялся на север к Мусхеду поохотиться на оленей. Следующей осенью он собирался взять с собой и Бретта. Она не хотела отпускать Бретта на две недели с этими типами, чтобы он слушал их похабные шуточки и наблюдал, в каких скотов превращаются мужчины от непрерывного пьянства. И к тому же, у всех заряженные ружья. Рано или поздно это кончится плохо. Пускай, но без ее сына. Без Бретта.

Молоток медленно, ритмично колотил по металлу. Потом замолчал. Она слегка расслабилась.

Она знала, что рано или поздно Бретт все равно уйдет с ними, и она для него исчезнет. Он вступит в их клуб, и она для него тоже станет всего лишь кухаркой и прачкой. Да, этот день придет, но она хотела отдалить его как можно дальше.

Быть может, ей удастся удержать его дома хотя бы этой осенью? Во всяком случае, было бы не плохо до этого съездить с Бреттом в Коннектикут. Показать ему, как живут…

ага, показать ему и посмотреть самой

(как живут приличные люди).

Если Джо отпустит их… но думать об этом не имело смысла. Джо мог уезжать куда хотел, один или с друзьями, а она не могла, даже с Бреттом. Таково было одно из главных правил их брака. Поэтому она не могла даже подумать, как хорошо бы было в Коннектикуте без него, сидящего у Холли на кухне, дующего свое пиво и бесцеремонно оглядывая мужа Холли своими карими глазами…

Вдвоем с Бреттом.

Можно даже на автобусе.