— Ночной Мальчик! — Тарин кубарем перескочил через кровать и вцепился в Гаррика. — Надо бежать! Быстрее!
Позвоночник запутался и посылал странные сигналы. Тарин не знал, что делать: то ли спасать глупого мужчину, который не понимает, что надо бежать от мёртвого мальчика… то ли спрятаться самому за большим толстым охотником. Тогда сначала съедят клювоноса… Нет, эта идея позвоночнику не понравилась.
Гаррик прижал Тарина к себе и опять затрясся.
— Тише, мальчик! Тише. Это никакой не мальчик-привидение, и не ночной мальчик, как вы его называете. Это был ты.
Тарин зарычал. Нет, пусть чудовище всё-таки съест клювоноса! Тарин нырнул под руку капитана и бросился к двери, но Гаррик успел схватить его за пояс и подтащить в угол комнаты.
— Ай-ай-ай! Поедает мальчиков! — Тарин вырывался изо всех сил. — И жирных мужчин! — добавил он, поскольку, похоже, клювонос так и не понял грозящей им опасности.
— Прекрати сейчас же. Ты своими шпорами мне уже все яйца отбил!
Гаррик крепче обхватил Тарина, пытаясь хоть как-то усмирить его, а затем развернул к Ночному Мальчику.
— Смотри, Тарин. Это ты. А это — обычное окно. Темнота на улице превращает его в зеркало. Ты же видел своё отражение в озере, да? Смотри, это ты.
— Не-е-ет, — завыл Тарин. — Я не поедатель мальчиков. Я пока живой. Просто пойман мужчиной.
— Матушки, — сказал клювонос. — Тарин. Ты живой. Ты не Ночной Мальчик. Гляди.
Тарин хотел зажмуриться, но предпочёл смотреть смерти в лицо. Гаррик помахал его и своей рукой вверх-вниз, и Ночной Мальчик, и тень за его спиной сделали то же самое.
— Видишь? Это наше отражение. Не надо бояться. Это стекло, Тарин. Вот, прикоснись к нему.
Тарин издал писк умирающего кролика, когда клювонос поднёс его руку к Ночному Мальчику, который тоже потянулся к нему.
Тарин почувствовал текущую по ноге тёплую влагу. Быть пойманным мужчиной не страшно. А вот встретиться лицом к лицу с поедателем мальчишек — ужасно!
— Ну же. Мальчик. Ты правда так напуган? Смотри, я заставлю его исчезнуть.
Клювонос перегнулся через дрожащее плечо Тарина и прикоснулся к стене. Что-то ширкнуло, чпокнуло, свиснуло и мёртвый мальчик исчез, оставляя вместо себя свежий воздух.
— Ушёл? — дрожащим голосом спросил Тарин. Похоже, мужчины всё-таки владеют магией…
Гаррик крепко его обнял.
— Послушай, Тарин. Я не обманываю тебя. Это было твоё отражение. В окне, когда с другой стороны темно. Всё, что я сделал, это открыл его.
— Окно?
— Я покажу тебе его днём, мальчик. Стекло проще увидеть при свете дня. Смотри. Вот дыра в стене. А в ней находится плотная прозрачная штука Начала Времён. Она нужна, чтобы сквозь неё в комнату попадал солнечный свет, но не снег или дождь.
— Не понимаю, — ответил Тарин, но потом, послушавшись Гаррика, всё-таки осторожно сунул голову в дыру в стене. — Как высоко! Как на дереве! Это сделала лестница?
— Да, лестница. Прямо под нами находится офис Титуса.
— Хм, — сказал Тарин, проводя пальцами по краю дыры, а потом выглянул из окна. Тарин посмотрел в темноту и погладил рукой наружную стену. Точно, это та самая стена с осыпающейся красной штукой и растущим на ней плющом, которую Тарин видел, когда его вели в офис Титуса!
Тарин пошевелил пальцами на ногах и улыбнулся.
— Оставим окно открытым? Впустим свежий воздух?
— Нет, мальчик. По ночам становится очень холодно. Мы должны беречь тепло.
Нижняя губа Тарина задрожала.
— Вернётся мёртвый мальчик?