Тарин вздохнул и последовал за клювоносом по многочисленным мужским коридорам.
— В этот раз не пугайся, — сказал Гаррик и открыл дверь на улицу.
Небо было чудесного сиреневато-голубого цвета, и на его фоне деревья выглядели тёмными великанами. Тарин застонал. Манящий необыкновенными ароматами воздух и нестихающее стрекотание жучков в траве… Переизбыток чувств и ощущений. Но Тарин в ловушке с мужчиной… Он стоял и часто дышал, слушая вкусных прыгающих козявок. Тарин вздрогнул и подавил всхлип.
— Успокойся, малыш. Мы останемся здесь ненадолго. Ты вёл себя хорошо. Мы немного подышим свежим воздухом.
Глупому позвоночнику сразу стало тепло. Гаррик сейчас был похож на тёмное пятно, но, стоя рядом с ним, Тарин почему-то чувствовал себя в безопасности. Вот дерьмо! Тарин отвернулся и постарался сосредоточиться на почти чёрных силуэтах деревьев, небе и движении теней, падающих на дома и стены. Тарин расстроился. Да, он на улице, но здания Начала Времён всё ещё окружают его, не выпускают из своего плена. Где-то между зданий виднелся узкий проём, но Тарин был почти уверен, что там, в темноте, прячутся новые строения.
Он постарался вспомнить, как выглядел лагерь мужчин с высоты его дуба. Да, зданий точно больше, чем можно сосчитать по пальцам на одной руке…
Тарин взвизгнул, когда до него дортонулся Гаррик.
— Уже темно, и я не хочу потерять тебя. Возьми меня за руку, мы прогуляемся и насладимся вечерней прохладой.
Тарин и капитан неуклюже, но всё-таки взялись за руки.
Тарин шагал за клювоносом, пока лёгким рывком Гаррик не подтащил его к себе.
— Со мной, Тарин.
Недовольный взгляд Тарина остался не замеченным в темноте. Нет, он не с капитаном, а всего лишь в его ловушке.
Клювонос усмехнулся.
— Знаю, знаю. Я заставляю тебя делать это. Но ведь я позволил тебе ненадолго насладиться улицей, так что веди себя хорошо, ладно?
— Улицу не позволяют, — зарычал Тарин. — Она просто есть. Тарин…
— Да, да. Тарин лесной мальчик. Но давай хоть сегодня не будем об этом. Просто прогуляйся со мной и насладись природой. Подыши воздухом, полюбуйся деревьями и послушай сверчков.
Тарин немного побродил вместе с клювоносом. На улице было прохладно, воздух чистым, а вокруг слышались правильные звуки. Ни обычной духоты, ни грохота генератора, ни стен. Однако это место принадлежало мужчинам, поэтому…
— Ненастоящее, — рискнул признаться Тарин. — Ноги в носках. Носки на фальшивой земле.
Гаррик сжал его руку.
— Знаю, мальчик. Мы гуляем по дорожке. Она твёрдая. А давай подойдём к деревьям?
— Земля! — вскрикнул Тарин, ощущая под ногами мягкую травку и рыхлую землю. Он был рад, что уже стемнело и клювонос не заметил его улыбку. — Сниму носки?
— Нет, мальчик. Мы же хотим размягчить твои шпоры, ты не забыл?
— Просто трава. Мягкая.
Гаррик усмехнулся.
— Ладно, Тарин. Давай заключим сделку.
Слово «сделка» звучало подозрительно. Тарин призадумался и был рад, что выражение его лица сейчас скрыто от Гаррика темнотой. Мужчины слишком быстро догадываются, когда Тарин начинает что-то замышлять.
— Как это? — спросил он.
— Я разрешу тебе снять носки и походить по траве босиком, а ты взамен проглотишь мой дар.
Тарин фыркнул. Какие же мужчины всё-таки странные. Проглотить дар — это не сделка! Это хорошо и полезно. Хотя, конечно, делать это с мужчинами не то, что с мальчишками…
— Думаю, — сказал Тарин, когда рука клювоноса слегка дёрнулась.