- Да, да. Видимо, только Мину позволено тебя так дразнить. Да-да, все понятно, - Ган переглянулся с Марком, играя бровями, после чего они дали друг другу пять.
Я закатил глаза. Они были детьми не меньше, чем я.
- Кстати о Мине. Интересно они с Сэинтом уже приехали? – План всегда предпочитал не поддаваться на манипуляции и просто игнорировал ребят. – Сэинт тебе не писал? – обратился ко мне Пи.
- Мммм… нет, - как сказать друзьям о том, что последние недели наши отношения с партнером были на уровне «сыграли-разошлись». В одно мгновение мы целовались в кадре, а после слова «Снято» Сэинт становился отстранённым. Вернее, он был прежним со всеми, кроме меня…
Я начал жалеть, что пошел на поводу у Марка. Потому что я скучал по нашему общению: за возможностью свободно обнять его, пошутить. А теперь между нами была пропасть из неловкости и непонимания.
Но я знал, что так не может длиться вечно. Конец съемок означал, что теперь начинался другой этап нашей работы, а именно - общение с фанатами и продвижение сериала, а для этого между нами не должно чувствоваться конфликта.
Пускай у него есть девушка. Но я все еще хотел иметь возможность быть с ним рядом. Я хотел вернуть наши отношения, поэтому решил во что бы то ни стало поговорить с ним на вечеринке и объяснить ситуацию.
Пока ребята веселились в гостинице, а после пошли на экскурсию по территории, я отправился на последнюю съемку. Она была легкой: все, что надо было делать – веселиться с остальными ребятами и обнимать Пита.
Э и Пит были счастливы.
Жаль, что в жизни все складывалось не так легко. Мне хотелось держать в своих объятьях Пита и думать, что это не только потому, что я сейчас был Э. Мне хотелось иметь возможность обнимать Сэинта, и не бояться, не жалеть…
- Привет, - желанный голос ворвался в мое пространство. Пока я смотрел на океан, Сэинт также появился на площадке и теперь стоял рядом со мной.
Я снова почувствовал, как бабочки запорхали в животе.
- Ты тут, Пи, - улыбнулся я ему, радуясь, что он сам подошел ко мне.
- Не верится, что это наша последняя сцена, - он перевел взгляд на океан, и это позволило мне спокойно всматриваться в его лицо. Как давно я не имел возможности свободно, без страха быть пойманным, любоваться его лицом. С прической Пита он выглядел таким женственным и хрупким.
- Да, не верится, - как завороженный повторил я, но все мое внимание было приковано к его губам.
- Думаю, теперь мы не будем так часто видеться, - эти слова разбили мне сердце.
- Не говори так. Парни сегодня вспоминали слова Пи Нью, помнишь, он говорил, что теперь все будет еще серьезнее. Мы должны работать еще усерднее на публике, - я подошел ближе к нему, и чуть не положил руку ему на плечо, но в последний момент сдержался. Сейчас мы оба стояли в воде, позволяя ногам чувствовать прохладу океана.
- На публику… Всегда только так, - он сказал это так тихо, но я все равно услышал.
- Сэинт, - я смело назвал его по имени. – Я хочу поговорить после окончания съемок. Мне… мне хочется, чтобы все стало, как прежде. Думаю, нам нужно откровенно поговорить и прояснить недоразумения, - осмелился произнести я свои намерения.
- А есть что прояснять? – он серьезно посмотрел на меня, и его взгляд заставил меня покрыться мурашками. Было что-то такое в его глазах, что заставляло дышать с трудом. Я видел в них печаль и отчаянье…
- Да, думаю, есть, - мы смотрели друг другу в глаза, пока на его лице не появилась та теплая улыбка, которую я так любил. Он положил руку мне на голову и погладил по волосам, как в старые времена. Мне всегда нравилось это проявление его ласки.
- Тогда мы просто обязаны поговорить.
Разговор между нами помог нам на площадке. Прощальные сцены, где Пит и Э были вместе, вышли действительно теплыми. Когда мои губы произносили «Я люблю тебя», и я видел румянец на щеках парня, моя собственная улыбка затмевала эмоции Э.
Я снова чувствовал себя счастливым.
И я должен был сохранить нашу связь. Мне будет достаточно того, что есть между нами сейчас.
*
Мы сидели за общим столом прямо на берегу под звуки музыки и постоянного смеха. Вечер укрыл нас освежающей прохладой, а звук океана дополнял атмосферу умиротворения.
Пи Нью сказал много трогательных слов и поблагодарил каждого актера за работу, страдания и ожидания, которые каждый из нас оправдал.
- А теперь игра. Хочу поиграть, - заныл Ган, уже наполовину опьяненный атмосферой и благодаря постоянно подливающему ему в стакан Марку. Этот малый заслуживал звание «Лучшего спаивателя друзей». А ведь по этому милому личику и не скажешь, какие опасные мыслишки могли быть в его голове.
Мы нашей восьмеркой сидели за отдельным столом, в то время как остальные члены съемочной команды веселились. Я сидел напротив Сэинта, и это позволяло мне целый вечер украдкой бросать на него взгляды и внутренне вздрагивать от приближения нашего разговора. Рядом сидел План, который фотографировал позирующего Мина.