– Алена, теперь вытяните карту, на которой изображен круг.
Что?! Это было не все?.. При взгляде на стол кулон превратился в пылающую головешку. Стоило огромных усилий не стащить его с воплями. Я икнула и выдавила:
– Нет.
Из аудитории прилетели хмыканья и смешки. И ладно! Если я попытаюсь повторить подвиг с волной, то никакой Марисы с фаерболом не понадобится.
– Что «нет»? – изумленно спросил преподаватель. – Давайте. Сначала карту с кругом, потом с крестом.
Я молча мотнула головой и отодвинулась вместе со стулом. Все, Алена закончилась, несите следующую. Тут полная аудитория предсказателей, пусть угадывают хоть до посинения. Крепко зажмурившись, я выждала пару секунд и открыла глаза. Рябь поредела. Крейн склонился над столом, внимательно всматриваясь в карты, и брови его поползли вверх.
– Не понял… – пробормотал он и взял карту с краю, бережно перевернул.
На ней были волны. Мои сокурсники затаили дыхание, Крейн открыл вторую карту, затем третью. Снова волны. Он взмахнул рукой, карты разом взмыли над столом и, синхронно перевернувшись, осели лицом вверх. Волны… На всех картах были волны. Целый океан, потоп! Ой, блин. Дис на последнем ряду уронил лицо в ладони, остальные ахнули. Что-то я… перестаралась. С перебором созданула. Все карты стали с волнами!
– Шутники старшекурсники… – буркнул Крейн себе под нос так тихо, что кроме меня вряд ли кто-то расслышал. Магическим пассом сложил колоду в ровную стопку и сказал спокойно: – Так точно, тут нет ни кругов, ни крестов. Поэтому искать их было бессмысленно. Спасибо, Алена.
Я с облегчением выдохнула, на ватных ногах поднялась со стула. Дошагав до последнего ряда, опустилась на свое место. Дис покосился на меня, и в его взгляде явственно читалось осуждающее: «Еще никогда Штирлиц не был так близок к провалу». Ну, зато я опытным путем выяснила три вещи. Сдерживающий артефакт – хороший детектор степени моего влияния, но весьма мазохистский. Говорить вовремя «нет» – бесценно. А под заклинанием чистого разума удобно менять реальность. Надо будет еще разок попробовать!
Дальше я была тише воды, ниже травы. Старалась не обращать внимания на медленно остывающий кулон, слушала лекции и прилежно записывала, радуясь, что другие преподаватели ставить эксперименты не порывались. Я прописалась на последнем ряду вместе с Дисом и решила брать у него уроки на тему: «Как не отсвечивать и прижиться на чужом факультете». Ему ведь, как и мне, необходимо скрывать свой настоящий дар. Он природник, а не предсказатель. Если криво при всех помагичит, то выдаст себя – и прощай, конспирация. Обоим нельзя терять бдительность ни на секунду. Во попали! Но не сравнить с тем, как приходится Кеннету…
Один неверный шаг, и демон на свободе, а он – в очереди за смертным приговором от Легиона. Их не волнует, что в потусторонних связях с бездной нет его вины. Да и не доказать, что это наследство такое. Скорее бы уже ритуал сохранения магии в накопители разрешили и исследования Лукаша возобновились! В них ключ к избавлению Кеннета от отцовского демона. Вот только отмена запрета на ритуал во власти Совета магов. А в Совете магов – гад-диверсант. Боже, как все смешалось… Но это даже хорошо. Решим одну проблему – по цепочке решатся и остальные.
Лекция по знакам судьбы вышла довольно интересной, а в конце теории магической вероятности нам выдали листы и попросили пройти опрос на лучшее заклинание по облегчению выбора. Я с чистой совестью выбрала пункт «свой вариант» и написала: «Эники-беники ели вареники». Как раз подошло время вареников – настал обеденный перерыв.
В столовой было довольно непривычно – никого в серой форме! Собственная синяя дико стесняла, всюду мерещились насмешливые взгляды. Я заедала стресс сладостями, Мэй наворачивала диетический суп и делилась свежими сплетнями:
– Всем уже рассказали, растрепали, что ты с Марисой вчера поругалась. Нет-нет, я уверена, вы не ругались, но так говорят. Особенно те, кто там не был. Кстати, скоро состоится торжественный прием для самых перспективных студентов, тебя наверняка пригласят. А Лиза… – она перешла на шепот, – ходила на свидание с Зюзером.
– Так ей и надо, – не удержалась я.
– Ты что, он классный! Милый и симпатичный. И почему его на целительниц потянуло…
Из меркантильных соображений. Чтобы дырки от Марисиных вилок было кому лечить.
– Что за торжественный прием? – спросила я устало. – Надеюсь, можно туда не ходить.
– Ты что? – Мэй поперхнулась супом. – Это же такая честь! Будет руководство университета, всякие высшие маги, Совет…
– Серьезно?.. Все шестеро магов Совета?
– Да! Шанс своими глазами вблизи посмотреть, познакомиться, а то и пообщаться, представляешь?..
Представляю. Отличный шанс последить за подозреваемыми, подобраться поближе и выяснить, кто из членов Совета сообщник преступных прорицателей. Обязательно схожу, даже если не пригласят! Платок для невидимости в шкатулке залежался. Настроение вмиг улучшилось, перед глазами замаячило хитрое лицо Лукаша. Ой, это же входящий ментальный вызов от ректора. «Лёнушка, милая, зайди ко мне до окончания обеда, – вклинилось в мозг, едва я коснулась сережки-артефакта, – повод радостный, решился твой вопрос с новым куратором!»
А? Уже?.. Я вскочила с места, чмокнула Мэй в щеку на прощанье и, запихав в рот остатки пирожного, помчалась навстречу прекрасному будущему. Надо же, на следующий же день решилось. Теперь мой куратор – Кеннет. Без вариантов. Он единственный с выпускного курса, которому не достался подопечный первокурсник. Ему известно, что я – создательница миров, так что Лэнсон кандидатуру одобрит. Никто не присмотрит за мной лучше… Мы тщательно работаем над моей безопасностью. При воспоминаниях о недавнем «присмотре» сердце забилось чаще, щекам стало жарко. Стоп, о чем это я? Ну да. Жизнь-то налаживается!
Лукаш встретил меня улыбкой до ушей:
– Сообщать хорошие новости – всегда приятно. Нашли тебе нового встречающего. Сейчас он подойдет, переоформим кураторство.
– Спасибо, – просияла я, – счастлива, что все получилось.
– Повезло! Кандидатура была всего одна. Но он сразу согласился. На самом деле еще утром, но потребовалось уладить формальности.
– Утром? А мне не говорил…
– Дарен вообще не из болтливых.