Тополиный пух: Послевоенная повесть: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Первый? А кого вам там нужно?

— Тимофеева, — просто ответил «опер», — Сережу Тимофеева. Ты его знаешь?

— Знаю, — оживился Гарик.

В глазах нелюбимца двора даже радость появилась. Еще бы! Пирата разыскивает опер, а опер так просто не придет. Значит, Серега погорел… И Гарик с готовностью начал объяснять, где живет Тимофеев.

— Вон там, — показывал он рукой на первый подъезд. — На пятом этаже. Как войдете на площадку, налево. А может, его дома нет? — с каким-то беспокойством посмотрел Гарик на высокого человека. — Если нет, то вы тогда его подождите? Он придет. Он обязательно придет…

Павел Андреевич — а это был он — почувствовал, что мальчику почему-то очень хочется, чтобы Сережка оказался дома.

Поднявшись на пятый этаж и позвонив в квартиру, Павел Андреевич отрекомендовался с порога:

— Художник. Можно зайти?

— Заходите, заходите, — быстро заговорила Надежда Петровна. — Так это о вас нам из деревни писали?

— Кто писал?

— Да вы садитесь! Садитесь, — продолжала суетиться Надежда Петровна, указывая на стул. — Вы уж извините, что у нас такой беспорядок…

— Да что вы!.. Это вы уж меня извините, что я так неожиданно…

Он сел на стул и достал сигареты.

— Можно?

— Курите, курите, — поспешно ответила Надежда Петровна, забегав глазами по комнате в поисках пепельницы.

— Вы, наверно, знаете о цели моего прихода, — играя сигаретой, произнес после паузы Павел Андреевич.

— Как будто догадываюсь, — посмотрела на него Надежда Петровна. — Мне мама из деревни писала…

— Точно! — не дал договорить ей художник. — Рисовать я хочу вашего сына.

Мать покосилась на Сережку, который как-то растерянно стоял посреди комнаты и прятал глаза.

— Хорошее у него лицо, — продолжал Павел Андреевич. — Мне именно такое и нужно для картины… — И, обратясь к Сережке, громко спросил: — Ну, поможешь мне, Сережа?

— Не знаю…

— Не знаешь… — художник весело взглянул на мать. — Не знает… А ведь у нас с ним получится! Обязательно получится. Я расскажу тебе, Сережа, о чем моя картина. Мы поговорим, подумаем… И сделаем картину! Интересную картину сделаем. Ну, так как? Согласен?

— Не знаю, — повторил опять Сережка и отошел к окну.

— Да согласен! Согласен он! — быстро ответила мать и беспокойно добавила: — Только сможет ли?

— Сможет… Хотя, конечно, позировать — дело нелегкое. Но он сможет, — как бы успокаивая и мать и Сережку, сказал Павел Андреевич.

— А где вы его будете рисовать?

— В студии. В своей студии у Никитских… Это недалеко от вас. Но вы не беспокойтесь… Я его буду возить туда и обратно на машине. У меня своя машина.

— Да зачем возить-то? — замахала руками мать. — Что он? Маленький, что ли? Сам не доедет? С десяти лет один по Москве ездит…

— Нет, нет. Я буду возить… Возить туда и обратно…

Сережка редко ездил на машинах, поэтому слова художника вызвали у него интерес. «Туда и обратно… Это как же? Неужели от самого дома? Значит, я буду садиться в машину во дворе…»