- Что? – удивленно раскрыла глаза Даниела, забывая при этом прикрыть отпавшую челюсть. – Кто ты и что сделал с обычно не желающим связываться ни с чем подобным Мингусом? Тебе не надо завоевывать мою любовь, малыш. Я и так тебе за все благодарна. Можешь принести оставшиеся вещи и бежать по своим делам.
- Все мои дела здесь, Дани. Честно, – передал он захныкавшую и потребовавшую маму Алексис ей в руки, забрав перед этим у нее цветы и сумку. – Я рад твоему возвращению и хочу провести этот вечер с тобой и сестренкой. Только, конечно, если ты не против.
-Спасибо, – улыбнулась Дани, устало опускаясь на диван и крепко прижимая к себе тянущую ее за распущенные волосы дочку. – Кажется, мои силы закончились, когда моя мама потребовала от меня объяснений…
- Вот! – воскликнул Мингус, перебивая ее. – Теперь ты понимаешь, что чувствую я, когда вы с отцом отчитываете меня и ждете, что я вам все-все расскажу.
- Это разные вещи, Мингус, – усмехнулась закинувшая отдающую тупой болью ногу на журнальный столик Даниела. – Ты несовершеннолетний. И мы беспокоимся о тебе. А я вроде как взрослая уже девочка.
- Такая взрослая, что даже не знаешь, как правильно переходить через дорогу, чтобы не попасть под машину? – не вдумываясь в свои слова и не замечая, как дернулась, услышав заданный вопрос, Даниела, Мингус прошел на кухню, ища вазу, подходящую под присланный отцом букет.
Усадив успокоившуюся спустя какое-то время Алексис в собранный Мингусом манеж, Дани позволила себе принять душ, что было довольно затруднительно с сжимающей щиколотку лангеткой. К тому моменту, как она вышла из ванной, на обеденном столе уже стояло несколько блюд, от которых исходил просто восхитительный аромат, и поверить в то, что к их приготовлению приложил руку Мингус, было сложновато. Только заметив коробки из-под еды, выброшенные не все предусмотревшим мальчишкой, Дани хмыкнула, выдавая этим свое присутствие и вынуждая Мингуса покраснеть.
- Эх ты, повар, – снисходительно улыбнулась она, медленно шагая к столу.
- Могла бы сделать вид, что ничего не заметила! – буркнул розовощекий Ридус-младший и, не дожидаясь, пока Дани приступит к своей порции, запихал себе в рот целую ложку любимого блюда. – Пока ты была в ванной, я покормил Алекс, – прожевав, сообщил он. – И тебе звонила Лидия. Это твоя начальница? Я не стал брать трубку, решил, что ты сама ей перезвонишь.
- Обязательно, после того как мы с тобой поужинаем, – пообещала Даниела, прекрасно понимая, что ее перерыв в работе, который и перерывом назвать-то было сложно, уже закончился. Лидия в курсе, что она вернулась в Нью-Йорк, и теперь, несмотря даже на ее некоторые проблемы со здоровьем, а точнее с передвижением по городу, ей вновь придется окунуться в привычную суету. И может быть, это было к лучшему? Полностью погрузившись в заботы о детях и в работу, Дани перестанет испытывать непрекращающуюся боль. И не столько физическую, сколько эмоциональную…
Нажимая кнопку вызова и заранее предчувствуя, что Лидия никогда не звонит просто так, Дани задержала дыхание и лишь на секунду отвлеклась, чтобы подмигнуть помахавшей ей из манежа малышке Алекс.
- И тебе привет, – оборвала она Лидию, проигнорировавшую приветствие и сразу приступившую к делу.
- Ага, привет-привет. Когда ждать отредактированное интервью с Диланом О’Брайеном? Неплохо было бы, если бы ты успела подготовить его к концу недели.
По шуму на другом конце провода Дани поняла, что ее редактор перебирает на столе какие-то бумаги, занимаясь одновременно тысячей дел.
- Без проблем, – согласилась Даниела, которой это было совсем нетрудно сделать, сидя дома.
- И еще кое-что. Знаю, что ты пока не можешь сама управлять машиной, и пришлю за тобой водителя. Тебе не придется даже напрягаться: он тебя отвезет, подождет и потом заберет обратно…
- Ближе к делу, Лидия, – подтолкнула ее в правильном направлении Дани, устав от начатого издалека повествования.
- В воскресенье у тебя запланировано интервью с Шоном Патриком Флэнери. В одном из его любимых ресторанов на Манхэттене. Он сказал, что кроме как с тобой, больше ни с кем разговаривать не будет.
- Не вопрос. Тем более я могу договориться с ним, и он приедет ко мне домой, чтобы не гонять водителя, – уж ей-то Шон точно в этом не откажет, узнав о ее маленькой проблеме с ногой.
- Это вряд ли, – прискорбно отметила Лидия. – Он настаивал именно на ресторане.
Ну что за звезды пошли? Друзьями еще называются! Неужели лучше будет притащить травмированную Дани в ресторан вместо того, чтобы навестить ее дома и в спокойной обстановке обсудить интересующие ее редакцию темы?! Видимо, ему совсем наплевать на ее здоровье.
***
Как можно было сниматься в такой нервной обстановке, когда его дети и Даниела снова были все вместе в Нью-Йорке, а он был вынужден сражаться на невыносимой жаре с сотнями ходячих? Сложно было не то что сфокусировать свой взгляд на что-то говорящем ему партнере в кадре, а вообще понять, где он, и что вокруг него суетятся люди, которым нужно его внимание и собранность.
- Думаешь, одного букета пока достаточно? – нервно постукивая пальцами по подлокотнику, уточнил Норман, советуясь с другом.
- Ага, – как-то без особого энтузиазма ответил ему Флэнери, либо занятый чем-то еще, либо посчитавший жест Ридуса довольно слабым.
- А, может, добавить к цветам что-то еще? Что-то более существенное? – продолжал настаивать Норман, кажется, позабывший весь свой прошлый опыт с другими женщинами. Неужели рядом с неподдающейся ему Дани он умудрился растерять всю свою уверенность? Ведь первый раз он заполучил ее с одного взгляда, а теперь вел себя, как неуверенный ни в чем подросток.
- Не знаю, – снова подал голос Флэнери. – Не стоит так усердствовать. Ты можешь спугнуть ее.
- Спугнуть? Не хотелось бы, – протянул волнующийся Ридус. – Хотя… Я тут кое-что придумал, поможешь мне?
- Ничего противозаконного? Похищение там, например, или еще что-то типа этого? – хохотнул явно насмехающийся над всеми его потугами Шон.
- Нет! – грозно рыкнул Норман, призвав друга к вниманию. – Кое-что лучше. У меня тут намечаются выходные в конце недели, и я бы…