- Потому что я милый, симпатичный и не доставляющий ей проблем подросток, – подал отцу сахар и оставленное для них двоих печенье Мингус, приподнимая уголки губ в полуулыбке. – А ты взрослый, ворчливый и…
- Замолчи! Не продолжай. Сам знаю, – вскинул руки в защитном жесте Ридус-старший, соглашаясь со всем и не находя сил на сопротивление.
- Правда, вроде бы на твой телефон приходило какое-то сообщение десять минут назад… – Мингус не успел договорить, хмыкая при виде того, какую скорость развил отец, рванув к журнальному столику, на котором он оставил свой сотовый.
«Надеюсь, ты не проспал? Пожалуйста, не опоздайте на рейс. И сообщи, как приземлитесь. На Мингуса в этом вопросе я положиться, к сожалению, не могу. Удачного полета».
Норман упал на диван, просматривая это сообщение снова и снова, не доверяя своим глазам и спустя пару минут прося Мингуса перечитать его вслух.
- Эй! – возмутился подросток, быстро пробежав взглядом по экрану телефона. – Когда это я забывал отзвониться?!
- Всегда, – улыбнулся Норман. – Знаю на собственном опыте. Сколько у нас времени до самолета?
Атланта встречала их еще более знойной жарой, чем было перед самым его отъездом. В Нью-Йорке с этим было гораздо, гораздо проще. И то, что пальцы Нормана потели, пока он набирал короткое, но важное сообщение для Даниелы, он с легкостью мог списать не на волнение, а на адское пекло, давящее на него со всех сторон.
«Мы на месте. Мингус уже стонет, и я не понимаю, из-за чего. А я сам очень соскучился».
Еще одно смс, напечатанное несколько раз, было стерто и набрано вновь и, наконец, отправлено, когда уставший ждать Мингус толкнул его локтем в бок.
«Люблю».
На площадке, кажется, в его отсутствие ничего и не поменялось, кроме придвинутых поближе друг к другу трейлеров Стивена и Лорен, которым, видимо, надоела уже беготня между временными жилищами.
- Привет, Ридусы! – покрытая практически с головы до ног кровью, поздоровалась с ними Коэн, махнув рукой и скрывшись в трейлере, даже не дожидаясь ответного приветствия.
- Мы останемся здесь или поедем в твой домик? – шагая к трейлеру отца, уточнил Мингус. И хотя ему, в принципе, было без разницы, но неплохо бы быть чуть ближе к Чендлеру, с которым им удавалось видеться не так и часто.
- Несколько дней точно проведем на площадке. И я так понимаю, что ты не против и уже готов сбежать от меня? – замечая нетерпение, легко читающееся на лице сына, вздохнул Норман.
- Ну… Только если ты разрешишь, – ковыряя носком кроссовки землю, придал голосу неуверенность Мингус, стараясь выглядеть приличным и послушным ребенком.
- Иди уже! – крепче перехватывая свою сумку, кивнул ему отец. – Только не пропадай. И предупреди меня, если останешься ночевать у Чендлера. И ведите себя нормально. А еще не забудь, что о любых твоих проделках я узнаю одним из первых! И…
- Я тебя понял, отец! Обещаю, что… – сделал Мингус театральную паузу, но под строгим взглядом отца добавил: – съемочной площадке будет нанесен минимальный ущерб!
- Постарайся выполнить обещание, – потер переносицу пальцами свободной руки Норман, на минуту замирая около двери в свой трейлер. – Эй, – взглянул он вслед уже убегающему Мингусу, – а вещами твоими я буду заниматься?
- Пожалуйста, пап! – не оборачиваясь к разочарованно качающему головой отцу, крикнул ему Мингус, заворачивая за угол одного из временных строений.
Новый сценарий, новые съемки и даже какие-то изменения в их актерском составе, которые Ридус успел каким-то образом пропустить, свалились на него в первой половине недели. И если с изучением сценария он справлялся, как и всегда, с помощью Линкольна, немного потерянного, но ни в чем не признающегося, то новостями с ним делилась Лорен. Всегда все знающая и находящаяся в курсе событий.
И вдруг отсутствию настроения у Эндрю легко нашлось объяснение, благодаря рассказавшей ему все Коэн. Оказывается, контракт Эмили на вторую половину сезона не был подписан. И ей приходилось это скрывать ото всех, ведь в одной из ближайших серий ее героине Бет предстояло покинуть их сплоченную компанию. И покинуть определенно не по своей воле, просто уйдя из группы, а быть либо кем-то укушенной, либо убитой живыми, что в любом случае не радовало.
Решив посвятить вечер воскресенья, которое выдалось у них выходным днем, решению мучающих друга проблем, Норман заранее закупил любимую ими обоими выпивку и настоял на том, чтобы Эндрю на эту ночь остался у него. Гаэль не стала сопротивляться и спокойно отпустила супруга на их пьянку, как она иногда это называла, с мило улыбающимся ей Ридусом.
- Рассказывай! – открыв одну из первых бутылок пива за сегодня, падая на диван, велел Норман, мнущемуся у дверей Эндрю.
- О чем? – на всякий случай решил конкретизировать интересующую друга тему Линкольн.
- О том, почему на тебе нет лица. О том, почему ты такой же идиот, как и я, не умеющий удержать член в штанах. И о том, что ты будешь со всем этим делать? – быстро выпалил Норман, надеясь, что Эндрю понял его и готов к откровениям, к которым он сам обычно мог быть готов лишь после большого количества алкоголя в крови.
- Ну, вообще-то, – взяв и для себя одну бутылку, начал Эндрю, – я вполне справляюсь со своими желаниями. И у меня нет причин, чтобы оправдываться. И я не понимаю, что ты имеешь в виду, под «что с этим делать». Что делать с чем?
- Ты и Эмили. Разве мы не об этом сейчас? – потянулся, заглядывая в глаза друга Норман.
- Видимо, об этом. Хотя здесь нет особой темы для обсуждений.
- Но у вас же что-то было… – задумчиво почесал щетинистый подбородок Ридус, не понимая, зачем Эндрю скрывает от него свои проблемы. Ведь о его собственных проблемах Линкольн всегда хотел узнавать первым.