Лучшая доля: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А если нет? — я попыталась ей помочь, уж больно было интересно.

— То я должна стать его то ли содержанкой, причём пожизненно, то ли фавориткой. Не поняла, если честно, походу у них многожёнство бытует. А если официальный брак, то я одна законная супружница.

Теперь я скривилась. Ну да, ну да, свежо предание да верится с трудом. Съязвила, как обычно, не подумав:

— Жена одна и куча любовниц.

Роза обиделась, но промолчала.

— Эй, я же пошутила.

Спохватилась я слишком поздно, Роза была не настроена говорить. Жевала салат и смотрела на холодильник.

— Роза, — позвала я её и, наверное, зря, так как сестра меня окатила холодным взглядом.

— Знаешь что, Маргаритка, пора тебе бросать свою работу. В людях только гнилое видишь. Так никогда и счастливой не будешь, и ни один мужчина тебя не вынесет и замуж не возьмёт.

Я пожала плечами, не зная, стоит ли продолжать разговор. Хотя вопросы остались, но лучше задам их ши Понтеру лично. А вот тема моей работы была для меня больным местом. Сама знала, что работу пора менять, да и обиженных мною становилось с каждым разом всё больше, и не факт что никто не сдаст моего настоящего имени и адреса и тогда могут пострадать сестры.

До конца ужина я методично жевала и рассматривала Розу. Она обладала классической красотой. Высокий лоб, тонкий прямой нос, голубые глаза, высокие скулы. Конечно же, изюминкой были густые, натурального цвета светлые волосы, длинные, чуть вьющиеся. Она ими гордилась и меня заставляла растить свои, приговаривая: «Это слабость для мужчин — длинные, густые волосы». За фигурой ей следить не приходилось, так как она работала администратором у тех, кто из любой сделает стройняшку, да и, собственно, наш бюджет тоже не позволял жить на широкую ногу, всё скромно, сбалансированно. Уж в этом я прекрасно разбиралась. Как-то раз пришлось вести колонку диетолога на веб-сайте нашего журнала. Хороший опыт, в будущем всякое может пригодиться. Опять же мне стало проще составлять диету для Лилии.

Роза доела салат и, наконец, оттаяла.

— Маргаритка, скажи, что я не права, только по — честному. Ты видишь другой выход?

Я несколько секунд помолчала, вспоминая, как сама судорожно пыталась отыскать лазейку, чтобы собрать в срок нужную сумму. Я же тоже готова была пойти на многое. Пусть не настолько решительно, как Роза. Даже, возможно, сестра в этом плане благороднее. Она решилась на самопожертвование, ведь суррогатная мать не имеет прав на своего ребёнка, ни видеться с ним, ни общаться, а Роза очень любит детей и хочет своего. Это было волевое решение. Я же пошла иным путём, более подлым и ужасным. Наверное, она права, пора менять работу, и как только Лилия выздоровеет, попробую пробиться на центральные галаканалы. Хочу быть спецкором. Мысль о полицейской облаве до сих пор будоражила кровь и хоть я не пострадала, но риск был. Непередаваемые ощущения, когда в груди сердце заходилось от адреналина, и чувство такое, что я на своём месте. Как меня достало чужое грязное бельё. Лучше раскрывать преступления, спасать людей, чем разрушать их жизнь. Это была моя изначальная мечта и у меня появится возможность, наконец, исполнить её.

— Нет, не вижу, — пробормотала я, глядя прямо в родные голубые глаза. — И прости меня. Ты на самом деле умница и всё правильно решила. Это я трусиха, а ты намного сильнее меня. Прости меня за мои слова. Ты не проститутка, конечно же, и никогда ею не была. И вообще, ты замуж выходишь. А мы тут сидим и глупостями занимаемся, а надо платье тебе купить.

Роза рывком приподнялась на стуле и обняла меня за шею.

— Маргаритка, спасибо тебе. Я так переживала, что ты не примешь моего решения.

— Да куда я денусь со списанной станции, — растрогалась я, целуя сестру в щёку, — сама знаешь, что я сначала наговорю, потом извиняюсь.

Роза села, светясь улыбкой.

— Ты просто слишком прямолинейная.

— Как и ты, — не осталась я в долгу. Уж кто-кто, а Роза у нас вообще не считала нужным прогибаться под кого-то, поэтому и работала до сих пор администратором, а могла бы уже и замуж выйти за хозяина. Но мы гордые. Мы — Ярины.

— Да уж. Это у нас от папы, — пробормотала сестра, весело подмигивая, и мы рассмеялись.

В комнате Лилии послышался шорох, и я прижала палец к губам. Роза повторила мой жест, и мы на носочках прокрались к дверям спальни. Приоткрыли дверь и стали в щёлочку наблюдать за сестричкой. Она лежала на кровати в воздушном облаке белого одеяла, бледная, как самый настоящий снег. Лилия хмурила бровки и явно спала. Сегодня к ней вернулись боли. Целый день она мучалась со спазмами, пока мы были на работе. Только час назад мы ей дали обезболивающее, от которого она, наконец, сумела заснуть.

— Завтра операция, — шёпотом напомнила мне Роза над левым ухом.

Я кивнула, морщась от того, что старшая оперлась о мою спину своим костлявым локтем. Через тонкую ткань хлопковой туники, которая мне была вместо пижамы, я очень чётко ощущала эту адскую противную боль. Я дёрнула плечом, чтобы сестра слезла с меня, но она только сильнее надавила, строго шепча:

— Ты придёшь?

Сложный вопрос. Редактор требовал репортаж про наркодельцов, и если я сегодня его не сделаю, то придётся заниматься им и завтра, и тогда точно не приду. Всё это рассказала Розе, и та послала меня работать, так как для Лилии важно наше присутствие в больнице, как моё, так и Розы. Я не могла её бросить в такую минуту.

Закрыв дверь, мы с сестрой разошлись по своим делам: я в свою комнату, она на кухню прибираться. В голове у меня сплошной бедлам, ни о каком репортаже и думать не хотелось. Но материала было много, если не начну сейчас, тогда подведу сестру.

С тяжёлым сердцем села за рабочий стол, заваленный картами памяти. Экран компьютера тускло светил замершим кадром, где бандиты как раз только-только встретились. Вот она тяжёлая сторона работы репортёра — из всего отснятого материала выбрать самые удачные фрагменты и впихнуть в часовую передачу, да так, чтобы редактор утвердил с первого раза. Мне нужна тонна кофе и конфеты, чтобы продержаться до утра. Замотала волосы в тугой пучок на затылке, надела очки оператора, прицепила на палец манипулятор и занялась делом. Кадр за кадром, останавливая в нужные моменты, в уме придумывая текст репортажа. Всё же как слаженно работают манаукцы. Чётко, быстро, стремительно и неумолимо. У бандитов не было и шанса на побег. Перестрелка была хоть и захватывающей, но быстро закончилась, каких-то пару-тройку секунд, а мне они тогда показались минутами. Полицейские появились со всех сторон как тени и уложили всех на пол. Умеют же работать люди.

Уже второй раз смотрю, как они провели задержание, и понимаю, что наводку слили не только нам, но и манаукцам. То есть наш информатор работал на два фронта. Мысль в голове забилась, как надоедливый колокольчик, а не это ли моя судьба? Навязаться им на хвост, главное только зажать в угол информатора и предложить ему сделку. А почему бы и нет? Это же будет новый виток в моей карьере, то, о чём я мечтала так давно — спецкор!