MoreKnig.org

Михаил Козаков: «Ниоткуда с любовью…». Воспоминания друзей: читать начало книги онлайн

Автор: Н. Елена



Шрифт:

– Я тоже делаю это неплохо!

Возвращаясь домой, мы с мужем обсуждали свои впечатления. Кевину Бродский показался высокомерным. А я пыталась объяснить такую реакцию поэта: у них обнаженные нервы, высокомерие – это маска. Но кажется, мои слова мужа не убедили. Еще через несколько лет я вновь встретила Бродского, уже в Нью-Йорке – состоявшееся знакомство и общение только подтвердили правоту моих слов. И все-таки тогда, в Вермонте, у меня защемило сердце – ведь на Бродского, как на всех любимых поэтов, Михал Михалыч в каком-то смысле молился.

Пройдет целый ряд дней, месяцев, лет, произойдет много разных событий в моей жизни, возобновятся визиты в Москву и возвращения в Америку. Из телефонных разговоров я узнавала, что происходит. Так я услышала, что Михал Михалыч запустился с фильмом «Пиковая дама» по Пушкину. Мама снова с ним работала ассистентом по актерам. А чуть позже она рассказала, что Михал Михалыч попал в больницу. Фильм был закрыт. И еще новость – Регина уехала в Америку и там осталась. Это был 1988 год. Спустя время, очередное известие – Михал Михалыч женился. У него родился сын, назвали Мишей. В 1991 году он с семьей уезжает в Израиль, работает в театре. Играет на иврите, вызубривает роль и выходит на сцену. За кулисами не может ответить на случайно заданный кем-то вопрос, он знает только текст своего персонажа. А потом у него родится дочка – Зоя. Так мне рассказывали о том, что происходило с Михал Михалычем в те годы. Теперь он смог гастролировать по миру, приезжать в Америку.

Мы встретимся снова, после долгого перерыва, в Калифорнии, куда я переселилась в начале девяностых, и куда Михал Михалыч прилетел с выступлениями. Мой друг – актер Илья Баскин, давно живущий в Америке, знакомый мне еще по Москве по его работе в картинах моего папы, – пригласил меня поехать с ним на машине из Лос-Анджелеса в город Сан-Диего, где и состоялся творческий вечер.

Зал был небольшим, без сцены, только свободный пятачок напротив зрительских рядов вместимостью человек на двести. Михал Михалыч мало изменился – такой же стройный, прямой, порывистый, улыбчивый. Он читал весь свой поэтический репертуар, который позднее, вернувшись снова в Москву, зафиксировал на пленку в виде моноспектаклей и чтецких программ. И он останется в них навсегда декламирующим стихи: Пушкина, Тютчева, Пастернака, Цветаевой, Ахматовой, Давида Самойлова, Бродского…

Он читал еще и Исаковского: «Враги сожгли родную хату». Сейчас я тоже читаю это стихотворение на редких творческих встречах, оно знакомо мне еще с детства, как песня, которую пели родители и их друзья под гитару. И каждый раз при чтении я разгадываю загадку – какой акцент нужно делать в последней строке: «И на груди его светилась медаль за город Будапешт»? А Миша произносил яростно: «Город Будапешт!» – в этом была и доблесть, и горечь, и как мне казалось, приговор.

Тот вечер превратил меня в Мишину поклонницу. Меня заворожило то, как он декламирует стихи. Его исполнение – золотая середина между поэтическим и актерским чтением: абсолютная ясность в донесении смысла текста, его образного ряда, при сохранении музыки стиха, которой следуют сами поэты. Это было волевое, страстное чтение – через стихи, он и себя открывал целиком, без остатка.

После концерта Михал Михалыч, его жена Аня, их маленький сын Мишка, Илья Баскин и я поехали в дом его знакомых, у которых он то ли остановился, то ли это были просто его поклонники. Там нас приняли по-домашнему. На кухне готовились салаты, раскладывались закуски. Подруга хозяйки узнала во мне знакомую ей по советским фильмам актрису. Подивилась и обрадовалась, что видит меня в хорошей форме. Ведь ей говорили, что я повесилась. Я приняла новость с победительной улыбкой Ирины Лавровны – она мне верно служила в непростой ситуации встречи со зрителями. От шума и гама застолья мы с Мишей вышли поговорить. Я выразила свои восторги его выступлением.

– Ты знаешь, Ленка, – произнес он устало, – понятия не имею, как я выдержал этот вечер! Ведь у меня треснул старый зубной мост во рту, он всё время соскакивал, я его тихонько нащупывал языком, боялся, что он выпадет у меня во время чтения… вот была бы история. И десна распухла, кровоточит, ужас!

Через несколько лет мы оба вернемся в Москву. Мы перезванивались. Он приглашал меня на спектакли своего антрепризного театра. Приглашал играть, мы даже начинали репетировать в паре с Сашей Феклистовым. Были у него дома в старой квартире на Ордынке. Но по каким-то причинам вся затея с тем спектаклем сорвалась. Он дарил свои книги. Снимался и ставил телевизионные фильмы, просил их посмотреть, сказать свое мнение. Он звонил и говорил очень хорошие слова о моей книге «Идиотка» – говорил не спеша, с нежностью, размышляя, делясь своими ощущениями, благодарил, поддерживал, хвалил.

В последние годы Михал Михалыча стало подводить здоровье. В первую очередь – зрение. Его не раз оперировали. При близком контакте было заметно, что один глаз плохо видит, он щурился, вглядывался. Но был по-прежнему красив и благообразен – с курительной трубкой в руке, шапочкой на голове, в плотной клетчатой рубахе навыпуск вместо пиджака – эдакий персонаж фильмов Бергмана: одиночка вне социума. Он стал более молчаливым, обращенным внутрь себя. Как будто намеренно шел не в ногу со всеми, недоумевая от того, что вокруг происходит. Но по-прежнему много работал, не сбавлял темпа. Даже наоборот, ускорял его – снимался, ставил спектакли. Пробивал фильм по своему сценарию о Михоэлсе – сценарий годами лежал в редакции канала телевидения, но так и не был запущен в производство. Снял шестисерийный фильм «Очарование зла» о Цветаевой, Эфроне, Гучковой в эмиграции… Фильм об эмигрантах годами не выходил на экран. Когда не хватало актерской работы, он ездил на «квартирники» в Санкт-Петербург читать стихи. «Ты представляешь – скажет он мне, – сажусь в ночной поезд и еду, чтобы прочитать стихи в чужом доме, вечером снова в поезд, обратно в Москву. Деньги нужно зарабатывать – Зойке на учебу, Мишке на институт».

Михал Михалыч снова разошелся с женой, она вернулась в Тель-Авив. Он переехал из своей старой просторной квартиры, которую пришлось продать, в новую – однокомнатную, на Новослободской. У него появилась девушка Надя, он с ней расписался. «У меня есть всё необходимое, – говорил он, – книги, стол, даже балкон. А что еще надо?»

Я всё чаще думала о перипетиях судьбы Михал Михалыча. О том, как его бросало из театра в театр, из страны в страну, о его неприкаянности и бездомности. И о его открытости – он не прятал ни от кого свои драмы и поражения. Сам о них говорил. А свой успех сильно преуменьшал. Даже, казалось, стеснялся, ориентируясь на очень высокую планку некоторых своих коллег и предшественников. И еще, ему всегда нужны были люди, – чтобы говорить, делиться, вдохновляться. Он шел к ним навстречу, искал их, легко влюблялся и восхищался чужим талантом, по-настоящему дружил. И всегда, без перерыва, что бы ни происходило, – работал. В своем поколении, он такой один, кто столько раз начинал жить заново. Особенно в том возрасте, когда никто не решится что-либо менять. И наконец, чего ему стоило откровение в своей автобиографической книге. Как вообще непросто писать нелицеприятную правду о себе, тем более, что всегда есть возможность свою биографию приукрасить и сгладить. Исповедь же не всем по плечу. А ему она была по силам. «Это мой разговор с собственной совестью», – сказал он кому-то о своих мемуарах. Чувствовалось, что с каждым годом его внутренний конфликт с собой и всем, что вокруг, нарастает, как снежный ком. И вскоре его личная жизненная драма достигнет поистине шекспировских высот.

В октябре 2009 года ему исполнялось семьдесят пять лет. «Русская антреприза Михаила Козакова» играла в тот вечер, 14 октября, спектакль с его участием в ЦДКЖ. Мне позвонили и пригласили прийти поздравить Михал Михалыча. Для него это должно было стать сюрпризом – выход в конце спектакля всех его коллег и друзей на сцену. Так и было сделано. После поклонов на финальные аплодисменты зрителей, Михал Михалыча попросили задержаться. А мы – Олег Меньшиков, Лена Сафонова, Павел Хомский, режиссер Мишиного спектакля «Король Лир», актеры его антрепризы и те друзья, кто смог прийти, – все поднялись из зала к нему. Михал Михалыча окружили. Он явно этого не ожидал, улыбался, благодарил. Я протянула цветы и свою новую книгу, сказала: «Мишенька, это тебе, поздравляю!»

Он посмотрел на меня, поблагодарил, улыбнулся. Потом я отошла в сторону, чтобы понаблюдать. Зал стоя аплодировал. Михал Михалыч слегка наклонялся, повторял: «Спасибо, спасибо…» Ему продолжали преподносить букеты, они не помещались у него в руках. Я забеспокоилась, не потеряет ли он подаренную мной книгу. Снова пролезла к нему поближе, дотянулась до его уха: «Мишенька, я подарила тебе свою книгу, не потеряй!» Он удивленно поднял брови: «Ленка, это ты?! Я же практически слепой, ничего не вижу, только сейчас голос твой узнал!» Я опешила. «Миша, но как же ты играл?» Он отмахнулся: «Мизансцены помогают: реплика здесь у стола, реплика там, у стенки, – потихонечку ориентируюсь. Ничего, пока еще могу».

Весной 2010-го я узнала о Мишином отъезде в Израиль. Думала, что он поехал лечить зрение. Потом стало ясно, что он решил вернулся туда, где живут его младшие дети. И, наверное, как ему казалось, где он может побыть в покое. Достала его телефон, позвонила. Разговор был горьким. Он повторял, что это последнее его пристанище – всё. Не только потому, что больше не хочет метаться и что-то менять, а потому, что больше нет сил ни на что. Я ему перечила, настаивала, что мы его ждем, пусть отдохнет, подлечится и возвращается, хотя бы в гости. На что он ответил:

– Да мне теперь в Москве и остановиться-то больше негде.

Я оптимистично заявляла, что такого быть не может, неужели мы не найдем место для него в Москве, где у него столько друзей?! Всячески пыталась подбадривать его и себя, сбить с темы «окончательных решений», которая звучала в каждом его слове. «Возьмемся за ноги…» – начал повторять он. Я не поняла, к чему это он говорит. Он снова произнес: «Возьмемся за ноги… Ты помнишь, все так дружно пели: „Возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке?“ Ну и где эти руки?» И он стал перечислять известные имена, вопрошая: «В кого они превратились?! Что стало с N, а что с Z?! – самодовольство, алчность, пресмыкательство…»

Ближе к Новому 2011 году поползли слухи о поставленном фатальном диагнозе. Кирилл, сын, подтвердил. Объяснил, что отец лежит в клинике и что всё очень серьезно. Он летал туда. В одну из таких поездок я попросила его передать Мише письмо и маленькую посылку. Нашла две фотографии из «Покровских ворот», что хранились у меня дома. Леонид Броневой в шляпе и юная Таня Догилева. А также фотографию моей мамы, Анатолия Васильевича Эфроса и Иннокентия Смоктуновского, вытянувшегося всем телом к летящему в небе самолету, – кадр из фильма «Романс о влюбленных». И еще в посылку я положила рок-оперу по «Мастеру и Маргарите», написанную Сашей Градским. Автором поэтического текста и самой идеи создания рок-оперы по Булгакову был Павел Грушко – муж моей сестры. Диски вышли буквально в те дни и стали для нашей семьи событием, которого ждали тридцать лет. Ровно столько Саша сочинял музыку и работал с либретто. Мне хотелось заинтересовать Мишу, дать ему почувствовать контакт с Москвой, с нами. Мою посылку с письмом Мише передали. Кирилл позже скажет, что отец был уже настолько слаб, что не мог ни читать, ни слушать музыку, ни отвечать на звонки.

22 апреля 2011-го Миши не стало. Его друзья и, в первую очередь, сын Кирилл, дочки Катя и Манана, хотели похоронить Мишу в Москве. Говорят, что такова была его воля. Но перевезти его в Москву из Израиля накануне еврейской Пасхи было практически невозможно. Телефоны посольств и необходимых служб молчали – и день, и два, и три. И все-таки, путем немыслимых усилий, это удалось сделать. Отпевали Ми-хал Михалыча в церкви святителя Филиппа. Отпевание никак не начиналось. Гроб стоял открытым, все, кто хотел присутствовать, давно собрались и молча ждали. После некоторого замешательства обратили внимание на растворенные кем-то окна храма. Там уже давно торчали бесстрастные камеры фото- и телерепортеров, нарушив все запреты родственников на съемку. Наконец, появился батюшка. Закрыл окна. И служба началась. В первом ряду стояли Мишины дети, внуки и вдовы.

Пошел отсчет другого времени – без Миши. Только с его фильмами, его книгами, с записями его поэтических вечеров – всем тем, где жива его душа.

«Чтение стихов – это как будто ты служишь мессу, словно ты священник», – так он говорил.

Анатолий Равикович

Мучитель, тиран и деспот[19]

К съемкам фильма «Покровские ворота» всё складывалось удачно: были замечательные партнеры, интересный сценарий, талантливый режиссер и ожидание предстоящего удовольствия от работы. Но не тут-то было. Начались муки, и кончились они только с последним словом на озвучивании. Мучителем, тираном, деспотом стал для меня Михаил Михайлович Козаков. Рафинированный интеллигент, диссидент, знаток и тонкий ценитель поэзии, литератор и интеллектуал. Но ему не хватало только плети, чтобы быть вылитым Малютой Скуратовым. Утром он вылезал из машины мрачный, бледный, окидывал своим горящим взором съемочную площадку, и начинался дикий крик. Попадало всем – и правым и виноватым. Крик прерывался появлением тогдашней жены Миши, Регины, – она привозила лекарства. Почему-то в полотняных мешочках. Миша протягивал руку, и она сыпала ему в ладонь целую кучу таблеток. Успокоительных, как я узнал. Он опрокидывал всё это в рот и запивал водой, после чего крик продолжался, но уже с меньшими децибелами. Сценарий он знал наизусть, и стоило тебе хотя бы случайно поменять местами два слова, скандал был обеспечен. Причем тяжелый. Он воспринимал это как выпад против себя, как желание его зарезать, добить его уже истерзанную тобой душу. Он показывал, как надо играть, каждую фразу и каждое слово, и требовал, чтобы мы точно его копировали.

– О, как вы это делаете, как вы это делаете, – говорит Хоботов после того, как Людочка делает ему витаминный укол. Эту фразу он снимал полдня, заставляя меня снова и снова, снова и снова повторять за ним его интонации, движения его ног, рук и глаз, добиваясь неотличимого сходства. А ведь я думал, что я приличный артист! Мне было за сорок, и я давно привык, что в театре со мной считаются, и я участвую в создании своей роли наравне с Владимировым. Я терпел из последних сил. Ну, черт с ним! В конце концов, дело не в самолюбии. В конечном счете, ведь неважно, кто придумал роль, ты или режиссер, важно, чтобы она была придумана хорошо. Так ведь получалось, что не хорошо. Он тянул меня на какого-то плюгавого интеллигента в очках, героя многочисленных анекдотов, у которого всегда большие проблемы с женщинами:

– Доктор, это правда, что когда жена изменяет мужу, у него на голове вырастают рога?

– Что вы, это всего лишь шутка.

– Большое спасибо, а то я боялся, что у меня в организме кальция не хватает.

Хоботов у меня получался какой-то одномерный, как карикатура. Всё у него падает, ничего он не может. Ну не бывает таких. Это придурок, и любить его не за что.

Съемки шли дни за днями, я устал отчаиваться и перестал надеяться, что эта картина что-то изменит в моей жизни.

[19] РАВИКОВИЧ Анатолий Юрьевич (1936–2012). Актер. Из книги «Негероический герой»

Правообладателям и читателям!

Произведение защищается авторским правом. Вы можете ознакомиться с легальным фрагментом. Если начало вам понравилось, то можно приобрести легальную полную версию по ссылке на последней странице фрагмента у нашего проверенного и надежного партнера.
Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Жнец и Ворон
Жнец и Ворон
[Детективы / Триллер / Боевик / Современные любовные романы]
????Дарк–роман.???? Справедливость не всегда приходит в мантии судьи. Иногда она приходит в маске. И с ножом в руке. В криминальном подполье шепчут два имени — Ворон и Жнец. Они появляются там, где
0
Врач для Алисы. Босс под прикрытием
Врач для Алисы. Босс под прикрытием
[Дом и семья / Психология / Секс и семейная психология / Современная проза]
— Вашей дочери нужен живой отец. — А вам какое дело? Вы — врач. Пришли, ушли, получили деньги. — А ещё я ваша соседка и три месяца смотрю, как Алиса разговаривает только с моим котом, потому
0
Система Геймдизайнера Олдфага. Том 1
Система Геймдизайнера Олдфага. Том 1
[Проза / Современная проза / Приключения]
В мире пережившим апокалипсис, люди живут в густонаселенных, высокотехнологичных городах, а все за их пределами населено жуткими монстрами, зомби и смертоносными порождениями магии. Люди
0
Добро Пожаловать в Бездну Том 8
Добро Пожаловать в Бездну Том 8
[Приключения / Фантастика / Фэнтези]
Японский студент Оримура Кейта неожиданно просыпается в странном месте похожем на его родной мир, но только разрушенный, наполненный чудовищами, магией и странными законами бытия, похожими на
0
Целительница для палача
Целительница для палача
[Любовное фэнтези / Приключения / Фэнтези]
Я умерла, спасая пациента, — и проснулась в чужом теле. Попаданка. Второй шанс? Пять лет назад я не села на свой самолёт. Жених, родители, друзья — погибли без меня. С тех пор я спасаю чужие
0
Легенда о неклишированном герое 1
Легенда о неклишированном герое 1
[Фэнтези / Попаданцы / Юмор]
Я спас девушку из-под автобуса. Она оказалась не совсем человеком и в благодарность устроила мне новую жизнь — с памятью, благородным происхождением и даром без «верхнего предела». Теперь я
0
Плохой человек. Том 1. Небеса ненавидят нас всех
Плохой человек. Том 1. Небеса ненавидят нас всех
[Боевик / Современная проза / Приключения / Фэнтези]
Что делать, когда у тебя отнимают всё? Что делать, когда от смерти отделяет один-единственный выбор? Что делать, когда всё, что ты знал, перестает иметь значение? У тебя нет ответов на эти
0
Ведьма и 7 принцев тьмы
Ведьма и 7 принцев тьмы
[Триллер / Проза / Приключения / Фэнтези]
Аврора вернулась домой, но дом не узнал её. Пять лет — целая жизнь — исчезли из её памяти как выжженные страницы: в руке висит амулет, в груди — пустота, а вокруг — мир, где тёмная сила тянет нитки
0
Я не знала, что ты предатель
Я не знала, что ты предатель
[Современные любовные романы]
Забор поворачивает, и я поворачиваю за ним. Здесь — другая часть комплекса, и забора уже нет, только живая изгородь, невысокая, декоративная, такая, через которую видно всё. За ней — терраса.
0
Мир рушится
Мир рушится
[Советская классическая проза]
Драконья сталь. Том 3
Драконья сталь. Том 3
[Любовное фэнтези / Проза / Современная проза / Фэнтези]
Завершающий том трилогии. Когда-то ради власти и справедливости — так мне тогда казалось — я предала любимого. Я стала правой рукой канцлера, который был тираном для народа. Но судьба дала
0
Предел Емкости
Предел Емкости
[Детективы / Триллер / Фантастика / Научная фантастика]
Создано с помощью нейросети. В 25-м веке человечество победило старость, но уперлось в биологический барьер: мозг не вмещает больше 300 лет воспоминаний. Чтобы не сойти с ума от «Перегруза»,
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
1
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Антинорманисты. Битва за русскую историю
Антинорманисты. Битва за русскую историю
[Русская классическая проза]
Спор историков о происхождении Руси и русского государства начался в XVIII веке и продолжается в наши дни. Кто создал нашу страну – иностранцы или славяне? Это самая острая дискуссия в русской
0
Практическая биология для школьников
Практическая биология для школьников
[Образовательная литература / Биология]
Сдавайся Капитан, это Любовь
Сдавайся Капитан, это Любовь
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Она снимает все подряд и живет без плана. Он не делает ничего без плана и смотрит на хаос как на личное оскорбление. Два соседних дома, шесть гусей, деревня Комарово и баба Клава, которая давно
1
Рывок в прошлое
Рывок в прошлое
[Попаданцы / Боевая фантастика / Альтернативная история]
Николай Орлов и отряд спецназа «Земля» – последний заслон перед мировым экстремизмом. Место действия – США, 1968 год. Самая заря появления терроризма. Время, когда угрозу еще не называют по имени, но
2
Во мгле веков
Во мгле веков
[Приключения: прочее / История]
Новый роман популярного сибирского писателя, признанного мастера приключенческого жанра посвящен доисторическим временам. В каменном веке первобытные люди обживали дикие неведомые земли. Обилие
0
Повелительница Церера
Повелительница Церера
[Эротика, Секс / Любовная фантастика]
Слышали когда-нибудь о Повелительнице Церера? Конечно, ведь она самая могущественная фигура во всей вселенной, но никто не догадывается, что за ее маской скрываюсь я. Мне не нужна власть и этот
0
Безумие и Отвага. Том 3
Безумие и Отвага. Том 3
[Городское фэнтези / Самиздат]
Сложно ли сохранить рассудок, когда теряешь всё и сгораешь заживо? Сложно. И мы с Дашей не справились... Но трудности? Жизнь в сырой библиотеке среди руин? Жестокие улицы? Мы прошли через всё.
1
Между жизнью и смертью
Между жизнью и смертью
[Любовная фантастика]
На уединенном континенте Эденвейл обладать магией — значит подписать себе смертный приговор. Тех, кто ею наделен, называют Проклятыми и по приказу короля подвергают Очищению — чудовищной казни с
1
Каменный остров. Историко-архитектурный очерк. XVIII—XXI вв.
Каменный остров. Историко-архитектурный очерк. XVIII—XXI вв.
[Исторические приключения / Биографии и Мемуары / Документалистика]
Эта книга – историко-архитектурный очерк об одном из самых романтичных и неповторимых уголков Петербурга. Каменный остров с момента основания Северной столицы стал одним из элитных районов – именитые
0
Старший трубач полка
Старший трубач полка
[Классическая проза / Современные любовные романы / Старинная литература: прочее]
1804 год. Великобритания готовится отразить вторжение французских войск. Прибрежные курортные городки превращаются в военные лагеря, боевые корабли сменили у причалов мирные прогулочные яхты. А
0
Магазин жутких игрушек
Магазин жутких игрушек
[Ужасы]
Однажды Артур побывал на заброшенном заводе и нашёл дверь в параллельный мир, населённый жуткими двойниками людей. С тех пор он стал одержим поиском мистических тайн. Оказывается, в каждой городской
0