– Мама и Найлз едут в больницу.
Два года назад у Кэт закончилось терпение в отношении Джонатана и его властных манер. С помощью троих своих детей она покинула его. Следующим ее шагом стало заявление на развод, которое она подала в контору «Пелтье-Вайз», чтобы они вели переговоры. Это еще больше взбесило Джонатана, но процесс длился недолго. Во время одной из встреч у Джонатана случился инсульт. Он впал в кому и скончался, не приходя в сознание.
Я очень переживала за их семью. Джонатан оставил незаживающие раны в сердцах своих домочадцев. Его непомерная гордыня никогда не позволяла ему загладить свою вину ни перед Дрю, ни уж тем более перед Кэт. Дрю носил это в себе каждый день. Насколько нам было известно, Джонатан так ни разу и не взглянул на фотографию наших с Дрю близнецов. Поскольку развод так и не был завершен, он оставил Кэт вдовой. Конечно, это пошло ей на пользу, но Кэт как-то призналась, что ей странно называть себя вдовой человека, который так мало в жизни ее любил, и любил лишь свою компанию.
После похорон Гэвин занял свое законное место в компании «Вайз и сыновья», а Кэт переехала во Флориду, чтобы быть ближе к своим мальчикам и внукам. Совет директоров настаивал на переезде Гэвина и Морган в Бостон, но они отказались. Семья Морган жила во Флориде, там же она построила свою карьеру, да и Кэт перебралась в Сарасоту, так что им нечего было делать на севере. Гэвин пытался уговорить Дрю, вернуться в семейный бизнес и, хотя предложение было очень щедрым, Дрю не мог позволить себе погубить собственную фирму. Они с Налзом основали собственную фирму. Их отношения стали чем-то очень большим для них обоих. И глупо было оставлять все.
– Билл, Линдси и бабушка должны вот-вот приземлиться, – дополнил Дрю. – Гэвин заберет их из аэропорта. Думаю, втайне он надеется снова увидеть бабушку.
Мы все посмеялись над Гэвином. После поездки в Амарилло он очень сдружился с бабушкой, а она объявила его своим. Гэвин стал поддерживать с ней связь. Во время их приезда она произвела на него неизгладимое впечатление.
– Привет?! – Кэт стремительно вошла в комнату.
– Бабушка! – вскричал Коннор, вырываясь из рук Джареда.
Кэт и Найлз вошли в мою родильную палату, которая теперь напоминала муравейник. Кэт выглядела потрясающе счастливой и здоровой. Через несколько месяцев после смерти Джонатана они с Найлзом начали встречаться. Все это время она питала к нему нежные чувства, но верность мужу и преданность семье не давали ей возможности обнажить их. Вскоре они поженились и теперь были счастливы в браке. Дрю очень гордился матерью. Мало того, что теперь она жила той жизнью, которую заслуживала, так еще и не притронулась к алкоголю после смерти Джонатана.
Найлз обнял Энди, затем крепко пожал руку Дрю.
– Хороший день для новой жизни, – произнес он.
– Действительно, – ответил Дрю.
– Как твои дела, моя дорогая? – спросил Найлз, слегка поглаживая мою руку.
Я сжала его руку в ответ, мои веки слегка отяжелели.
– Просто чудесно!
– Ты выглядишь потрясающе.
Я со смехом отмахнулась от него.
– Всегда восхитительно!
Кэт подошла к Найлзу и обняла его за талию, одной рукой придерживая на бедре Коннора.
– Это так. Ты вся словно светишься.
Дрю скользнул ко мне, убрал мокрые волосы с лица.
– Моя девочка всегда красива. – Склонившись, он бережно и нежно поцеловал меня.
В комнате кипела жизнь. Все собрались вокруг моей кровати, как будто присутствие здесь было обычным явлением. Словно мы все сидели за обеденным столом и весело болтали. Мне нравилось, когда вокруг меня вспыхивали разговоры. Нравилось наблюдать, с каким упоением они наверстывали упущенное. Коннор и Хлоя перемещались от взрослого к взрослому, впитывая всю любовь и внимание, которое им так щедро дарили.
Все разговоры прекратились, едва вошла Морган. Одетая в зеленую униформу, с ярко-рыжими волосами, заправленными под хирургическую шапочку, она была желанным другом в нашей толпе.
– Бог мой, здесь не протолкнуться!
Морган щедро делилась объятиями и приветствиями, обходя каждого члена нашей семьи. За эти годы мы с ней сильно сблизились. Она заменила мне сестру, которой у меня никогда не было, и о которой я всегда мечтала. У нас даже был тайный клуб жен Вайз.
– Все на выход! – командирским тоном сказала она. – Мне нужно переговорить с пациентом.
Все дружно попрощались и вышли из моей палаты. При этом Джаред нес Коннора, а Найлз – Хлою. Дети занервничали из-за того, что им пришлось оставить родителей, по крайней мере, до тех пор, пока им не пообещали мороженое в кафетерии.
Когда палата опустела, Дрю со вздохом облегчения взял меня за руку.
– Немного не в своей тарелке? Не так ли? – поддразнила Морган.