Полковник устремил взгляд на искаженное бледное лицо покойника, и черты его дрогнули.
Может быть, он мало спал и его опухшее лицо придавало ему более взволнованный вид? Во всяком случае Мегрэ готов был поклясться, что на мясистые веки англичанина навернулись слезы.
— Вы поругались?
Полковник пожал плечами, словно нехотя принимая столь вульгарное и грубое выражение.
— Вы его в чем-нибудь упрекали?
— Нет. Я хотел узнать… Я твердил: «Вилли, вы негодяй. Но вы должны мне сказать…»
Он удрученно замолчал и отвел глаза, чтобы вид мертвеца не гипнотизировал его.
— Вы обвиняли его в убийстве вашей жены?
Англичанин пожал плечами и вздохнул:
— Он ушел. Один. Раньше бывало, мы с ним ссорились, а назавтра выпивали вместе виски и больше об этом не вспоминали.
— Вы дошли пешком до Эперне?
— Да.
— Вы пили?
Полковник бросил печальный взгляд на своего собеседника.
— Я еще играл в клубе. В ресторане «Бекас» мне сказали, что там есть клуб. Я возвратился на машине.
— В котором часу?
Он развел руками — не помнит.
— Вилли на яхте не было?
— Нет. Владимир сказал мне об этом, когда раздевал меня.
Перед дверью остановился мотоцикл с коляской. В комнату вошли бригадир жандармов из Эперне и врач.
— Уголовная полиция, — сказал Мегрэ, представляясь своему коллеге. — Не впускайте сюда никого и позвоните в прокуратуру.
Врачу достаточно было беглого осмотра. Он заявил:
— В момент погружения в воду он был мертв. Посмотрите следы.
Мегрэ это знал — он уже видел следы. Он машинально взглянул на руку полковника, мускулистую с квадратными ухоженными ногтями и набухшими венами.
Потребовалось не менее часа, чтобы вызвать прокуратуру на место происшествия. Полицейские на велосипедах окружили кафе «Флотское» и яхту «Южный Крест».
— Могу я одеться? — спросил полковник.
И, несмотря на халат, шлепанцы и голые лодыжки, проходя мимо рядов любопытных, он держался с достоинством. Войдя в каюту, тут же выглянул из нее и позвал:
— Владимир!
И все люки на яхте снова закрылись.
Мегрэ допрашивал смотрителя, которого ждала у шлюза моторная лодка.