Циклы романов "Воин Заката - Жемчужная сага". Компиляция. Книги 1-7: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Усы Тигпен задрожали — верный признак сильного волнения.

— Я люблю Джийан не меньше, чем ты, Дар Сала-ат, однако на свободе оказались страшные силы. Когда все закончится, ты наверняка пожалеешь, что не убила ее сейчас.

Риана вскочила на подоконник, с минуту неловко балансировала на краю, а потом пришла в равновесие и, оттолкнувшись, схватила Джийан за лодыжки. Тигпен, забравшаяся на подоконник вслед за ней, предостерегающе закричала. Джийан посмотрела вниз, дьявольские глаза засверкали, по рукам побежало холодное пламя. Риана вскрикнула и разжала пальцы. Джийан вылетела из разбитого окна. Спину колдуньи охватило пламя, и наконец она полностью превратилась в Тзелоса. Ее тело, раздуваясь, стало членистым, запульсировало и заблестело. Раздался заунывный гул, словно в воздух разом поднялась стая злобных насекомых.

Тзелос повернул плоскую треугольную голову. Что-то сухое посыпалось из пульсирующих отверстий вокруг фасеточных глаз, и Тзелос лязгнул страшными челюстями. Риана успела заметить, что, увидев демона, Реккк и Элеана подняли мечи. Новый отвратительный облик Джийан вызвал выражение ужаса на их лицах.

— Госпожа… — начала было Элеана, но закончить не хватило сил.

— Что за Н'Лууура сразила тебя, Джийан? — Лицо Реккка было мертвенно-бледным.

— Хризалиды сломались, — объяснила Риана.

— Мы должны ей помочь. — Темные глаза Тигпен оглядывали всех по очереди. — Ради всего святого, мы должны спасти ее сейчас же. Или все пропало!

Реккк выскочил в разбитое окно, бесстрашная Элеана — за ним. Тзелос поднялся на задние конечности и замолотил передними так, что полетели искры. Едва Реккк взмахнул мечом, как огромная пасть Тзелоса раскрылась, и он изрыгнул клейкое желтое вещество, прилипшее к лезвию меча. Меч стал двигаться медленнее, руку Реккка обожгла сильная боль.

С Элеаной случилось то же самое — ей пришлось поспешно опустить меч. Риана заметила, как дрожит Элеана, не видевшая перед собой ничего, кроме демона. Она заметила и то, что было неподвластно глазам Элеаны, — руку Джийан, которая опустилась, усеивая землю дождем хризалидовых искр. Испуганная птица выпорхнула из гнезда, рванулась к небу, но попала в вихрь искр и словно каменная упала на землю.

Хризалидовый смерч поднялся вровень с головой Элеаны, и Риана бросилась вперед, поставив девушке подножку. Элеана поскользнулась и упала, так что хризалиды пролетели в сантиметре над ее головой. Риана тут же подхватила Элеану и нежно обняла. На какой-то момент она не чувствовала ничего, кроме тепла и запаха девушки.

Над местом, где они лежали обнявшись, воздух закипел, и все тепло улетучилось. Затем Элеана и окружающий мир словно провалились в колодец. Риана чувствовала, как она перемещается, покидает телесную оболочку и погружается в Айяме — состояние глубокого транса Осору.

В Иномирье она стала свидетелем ужасной сцены — великой птице Рас Шамра, волшебной Аватаре Джийан, подрезали крылья и посадили ее в клетку. Это словно символизировало настоящую Джийан, которую захватили злые силы. Рас Шамра увидела Риану и издала душераздирающий крик, который сотряс весь волшебный мир до основания. Когда Риана приблизилась к клетке, Рас Шамра испугалась, закричала и начала биться о прутья, разбивая в кровь грудь.

— Остановись! Пожалуйста! — кричала Риана. — Я только хочу помочь тебе.

Но Рас Шамра и не думала успокаиваться. Едва Риана приближалась к клетке, как Аватара начинала неистово биться о прутья.

Риана приступила к обряду Вечной Звезды — заклинания, с помощью которого она когда-то освободила Матерь, — чтобы сломать прутья волшебной клетки. Риана посмотрела вверх, и слова заклинания застыли в горле. Великий Глаз, Око Айбала, открывался, и теперь она поняла, почему Рас Шамра так кричала. Птица пыталась предупредить ее. Риана поняла, что перед таким соперником и его мощным заклинанием она бессильна. Однажды это заклинание чуть не убило саму Джийан.

— Не сдавайся! — попросила она Аватару Джийан. — Я вернусь за тобой, не важно, сколько времени это займет.

Взглянув на Рас Шамру с тоской, Риана покинула Иномирье, успев услышать жалостный возглас Тигпен: «Исчезла!»

Элеана и Реккк обернулись на глухой звук, будто донесшийся из самого сердца Тигпен.

Раппа рыдала, прозрачные слезы катились по щекам и капали с пушистой морды.

— Она исчезла.

Это видели все. Демон Тзелос скрылся в ночном небе, прихватив с собой их любимую Джийан.

2

ПЕРЕВОПЛОЩЕНИЕ

Дворец правителя в'орннов в Аксис Тэре, когда-то рамаханский Средний дворец, походил на разбуженный муравейник. Нескончаемые очереди министров, чиновников, просителей ползли по длинным светлым коридорам и наполняли просторные величественные залы, словно прибой, заливающий узкую бухту. Каждый из них надеялся хоть на несколько секунд внимания нового регента.

Игнорируя просителей так же, как обязанности и дела, Курган быстро поднялся по лестнице на этаж, где его никто не мог увидеть, и быстро и бесшумно зашагал по собственным покоям. Апартаменты регента недавно подверглись полной реконструкции. Во времена Элевсина Ашеры в просторных комнатах царил порядок, словно в кабинете чиновника-педанта. Круглый стол и стулья, за которым Элевсин встречался с министрами и проводил сделки, был уставлен подарками и сувенирами, скопившимися в ходе его карьеры, основанной на принципе разумного компромисса. Элевсина убили по приказу отца Кургана, Веннна Стогггула, который на короткий срок стал регентом. Тогда же наняли целую толпу месагггунов и тускугггун для перепланировки апартаментов. В результате апартаменты по роскоши значительно превзошли убранство покоев знатных правителей-баскиров. Несмотря на протесты семьи, Курган распродал значительную часть отцовской коллекции предметов искусства, и этот преднамеренный шаг, не выражавший ничего, кроме грубости и пренебрежения, новому регенту весьма понравился. Теперь апартаменты были полупустыми и напоминали спартанское убранство казарм кхагггунских боевых командиров. Полки с военными трофеями — оружием, снятым с поверженных иноземцев или собранным на полях сражений, происходивших за много световых лет отсюда, — поблескивая маслом и воском, висели на стенах аккуратными рядами.

И все же Кургану постоянно казалось, что он здесь задыхается. Хуже того, весь этот сонм министров, придворных баскиров, помощников, лакеев и прочих безмерно досаждал ему. Все они, превосходно научившиеся прикидываться занятыми, на самом деле не делая ничего, не вызывали у Кургана даже презрения — только зеленую тоску. Он увидел, с каким остервенением царедворцы отбивают друг у друга крошечные поместья, не стесняясь разорять друзей и соседей. Они напоминали голодных псов, ослепленных роскошью регентских палат и в то же время не упускающих возможности облаять или укусить друг друга. От этой мышиной возни веяло затхлым запахом безделья. Однако, как справедливо заметил звезд-адмирал Олннн Рэдддлин, Курган не мог разогнать их всех, ведь эти тунеядцы знали мельчайшие подробности жизни двора регента, которая оказалась поразительно сложной и запутанной. Насколько правитель успел заметить, протокольные условности сводили возможность перемен к минимуму. «Очень не по-в'орнновски», — думал Курган. Ему постоянно казалось, что такой порядок насажден гэргонами, дабы регент не смог внести никаких собственных изменений и поправок.

Аксис Тэр был центром жизни Кундалы, но только Курган понимал, что это совсем некстати. В Аксис Тэре прочно поселилась горечь поражения, ведь когда-то он был кундалианской святыней, а теперь оккупация в'орннов осквернила его. Так вышло, что в'орнны расположились в двух самых священных местах города. Он как регент жил и работал здесь, в бывшем Среднем дворце, тогда как гэргоны превратили монастырь Слушающей Кости в собственный Храм Мнемоники.

Вообще-то Курган был страшно рад увидеть духовные раны, огромную боль в глазах кундалиан, которых пускали в город. Их унижения словно возвышали регента. Благодаря высоким технологиям и нововведениям в'орннов Аксис Тэр превратился в гудящий деловой город, который не признавал ни горя, ни страдания. Кундалиане то и дело поднимали мятежи, а Курган, пугая Олннна, лишь поощрял их. Он видел, каким отчаянием сопровождается создание элиты оборванцев-кундалиан, возникновение союзов, которые заключали бывшие противники, наспех сколоченных правительств в изгнании. Обрывки на первый взгляд невинной беседы, подслушанной на обочине рыночной площади, таили секреты, от которых бросало в жар и учащался пульс. Это была игра — раскрыть заговор, изобличить заговорщиков и арестовать их, когда они уже на грани успеха. А потом так приятно придумывать наказания за их преступления!..

За апартаментами регента тянулся длинный лабиринт комнат, коридоров, лоджий, еще не разведанных, оставшихся в первозданном виде со времен казни рамаханских владык, что когда-то там жили. Курган прошелся по комнатам, украшенным в изысканном кундалианском стиле, смысл и суть которого давно забыты. Теперь повсюду валялись кубки и тарелки, лежала пыль и висела паутина. Обломки неизвестной, канувшей в Лету культуры. Через слуховые окна, отверстия в вершине купола и открытые лоджии проступали меланхоличные краски осени. С фресок хмуро смотрели лица, а скульптуры за долгие годы оккупации потеряли свой смысл и значение. Подогреваемый ненавистью к отцу Курган долго и тщательно планировал собственное восхождение, ни на минуту не задумываясь о том, что, собственно, представляет собой должность регента.

Какой глухой казалась тишина после победы! Ему не терпелось стать регентом. С помощью Олннна Рэдддлина он придумал хитроумный план, который привел к тому, что отец и его бывший наставник, ранее союзники и друзья, уничтожили друг друга. Но теперь, когда мечта сбылась, каждодневная рутина управления планетой просто убивала Кургана. Как же Элевсин Ашера справлялся с толпой лизоблюдов? Да, у него получалось то, что никак не удавалось самому Кургану. И за это регент ненавидел Элевсина еще сильнее.